Сергей Тарасов – Славные фантастические истории (страница 1)
Сергей Тарасов
Славные фантастические истории
Тень
По серому лесу, в надвигающих сумерках, еле передвигая ноги, брела тень, похожая на человека. Птицы, упыри с лешими, а также волки с филинами следили за тенью и думали, – что это такое и что привело это создание в зимний лес. Тень пробиралась по едва заметной тропинке, пробиралась через осинник, падала и снова вставала. Куда идет это непонятное существо, издали похожее на человека, рассуждали мыши и лисы…
Потом одна, умудренная старая ворона каркнула во все свое воронье горло – предположила, что это тень, которую потерял какой-то лесник или грибник еще летом. Это бывает, но очень редко. Если какой-нибудь человек в лесу потерял свою тень, когда охотился за грибами или собирал ягоды, то его тень искала своего хозяина везде неделями. А если не находила, то становилась бездомной и десятками лет скиталась по лесу, пока не пристраивалась к какой-то нечистой силе. Человек, который лишался своей тени, мог жить после захода солнца в безлунную ночь – он становился кандидатом в упыри или вурдалака…
Наверное, это был я – я так устал от своей жизни, которая мне покидывала в последние месяцы то хлопоты, то неприятности, то иногда болезни и страдания.
Я шел по заснеженному зимнему лесу и размышлял обо всем, что приходило мне в голову: думал о жизни, – в частности о своей несчастной жизни и жизни нечистой силы, в представителя я вот-вот превращусь, и о существовании космического разума, И о том, что, по-моему, такая же, неорганизованная и подлая погода в нашем регионе – перепады температуры следовали одна за другой, и мой организм не выдерживал – становился похожий на тень.
Жизнь такая непредвиденная штука, просто держись…Никакой логики и порядка. Надо всегда быть начеку и ожидать какой-нибудь подлянки – вдруг тебя уволят с работы, внезапно заболит зуб, выиграешь миллион в спортлото, попадешь в аварию или тебе изменит жена, погаснет твоя любимая звезда, или, вместо метеора и кометы в деревню свалиться космический корабль…
Наглые формы жизни
Никак не могу понять поведение своего организма: – я веду спокойную жизнь, сплю по девять часов в сутки, завтракаю и обедаю в определенные часы – растительной пищей, богатой витаминами. И вообще, я больше отдыхаю в кресле, чем двигаюсь по комнатам. Но он начинает мне создавать, или выдумывать для меня разные новые, еще неизвестные нашей медицине болезни, – с разными странными, удивительными, – для меня и врачей, симптомами. У меня, в эти довольно спокойные, в экономическом или политическом смысле дни, часто болят две головы из трех, челюсти с хребтом и хвостом, поднимается давление, стресс сменяется депрессией, или наоборот: – я не могу найти себе пятый угол в комнате, чтобы там откинуть свои, с огромными когтями, передние конечности…
Так проходит два – три дня, и я вдруг обнаруживаю, что надо мне срочно ехать в город, за продуктами и еще платить налоги. Еще ко мне приходят квитанции, которые надо срочно оплатить, а кроме того, мне надо опубликовать книгу, которую я успел написать. Короче, все это надо было срочно переделать, и я заставляю себя разогнуться, подняться, одеться, принять горделивую позу, чтобы затем выйти из дома, переделать все свои дела и вернуться в свое логово уже поздним вечером. Конечно, я в эти дни успеваю только позавтракать, а обед я обычно всегда пропускаю. Потом, уже поздним вечером, я доставляю свой утомленный организм домой, и пока он еще двигается, заставляю его приготовить себе ужин, после которого у меня остается последнее в этой жизни желание: – свернуться кольцом, упасть на диван и замереть.
Но мой неутомимый организм, когда я съем ужин, не может заняться пассивным отдыхом: – ему что-то надо сделать для полного счастья, и я начинаю шевелиться. У меня уже ничего не болит, и давление приходит в норму. Так что, после ужина, в конце этого напряженного дня, я забываю про свои утренние болезни, и думаю, куда их мой беспокойный организм дел?
Пока я в истоме и в блаженстве свиваюсь кольцами, завязываюсь в морские узлы на диване, мои головы анализируют ситуацию, и все они, как одна, приходят к единственной правильной мысли – надо пройтись, полетать, и, может быть, заняться охотой.
Лес из могучих, разноцветных дендритов, находится прямо за огороженной плетнем лужайки, на которой я иногда прогуливаюсь после удачного дня, – или сплю, когда на планете устанавливается хорошая погода. Никто, даже общительные соседи, не помышляют нарушить мое гордое одиночество, когда я там сплю или разминаю свои крылья. Но сегодня уже поздно там отдыхать, и я решил ограничить себя легкой прогулкой: – обойди свой луг по периметру и помахать своими крыльями. Пусть мой организм довольствуется этими активными минутами…
Я разогнул свое мощное тело из колец и узлов, в которые сам себя завязал, и вылез на природу. Планета уже готовилась ко сну: – везде были синие сумерки, а на горизонте появились яркие звезды, между которыми мелькали многочисленные хвосты комет. В синем полумраке я прошел вдоль плетня, который соорудил из кустарника в прошлом периоде моей жизни, и, к своему удивлению обнаружил в нем несколько дыр – какой-то хищник пробрался на мою лужайку и отдыхал, наверное, на моей густой траве.
Это мне не понравилось – я был эгоистом и не мог себе позволить чужим формам жизни отдыхать на моей лужайке. Но вскоре я обнаружил следы посадки чужого корабля: – три отпечатка опор летательного аппарата так помяли мою траву, что я не выдержал и зашипел, как рассерженная змея, или кипящий чайник. Я сразу осудил этот наглый случай вмешательства в свою личную жизнь своими тремя головами, и все они вынесли свой вердикт: – надо этот летательный аппарат поймать, с его пассажирами, и уничтожить.
На следующее утро я померял давление в своих трех головах и пришел к неутешительному выводу: – если я не умерю свой пыл, вызванный наглыми пришельцами, то вскоре взорвусь, как паровой котел в паровозе. Чтобы этого не произошло, мне надо спокойно посидеть несколько дней в засаде. Тогда я поймаю этих наглецов, скручу их в бараний рог, а потом поступлю с ними самым жестоким образом – зажарю их на моей большой сковородке и съем их с костями…
Мне надо устроить для них ловушки около проделанных ими дыр в ограде, и подождать, когда они появляться. Я нашел в своем хозяйстве несколько высушенных ветвей железного куста, смастерил из них клетки, установил их напротив дыр и замаскировал их травой. Мне осталось только подождать, когда они появляться.
Ждать я умел и провел время в засаде с пользой: – решил пару уравнений и построил графики к некоторым переменным квантового поля своей планеты. Это было самое мое излюбленное времяпровождение: – пока одна голова думала, вторая строила графики, а третья оглядывала окрестности моей лужайки. Потом третья моя голова навострила свои уши и сказала, что рев и грохот от летательного аппарата приближаются. Это были долгожданные гости, которые не так давно помяли траву на моей лужайке и сделали дыры в плетне.
Мое гибкое тело сразу же залегло в траву и приготовилось к приему долгожданных гостей. Они не заставили меня ждать: – легкий одномоторный механизм проскользнул через одну из дыр, немного прокатился по траве и замер: – он, как я и планировал, попал в мою ловушку. Винты у него сразу же погнулись об железные прутья кустов, а колеса подогнулись и сломались, – отчего этот агрегат лег на брюхо и сразу же принял неподвижную позу.
Из кабины вылезли три неуклюжих, страшных на вид существа: – они стояли на своих двоих задних конечностях, а в передних были палки различных размеров. Голова у них была всего одна, но эти головы у этих всех существ исторгали брань и угрозы тому, кто посмел устроить им такой негостеприимный прием. Это они говорили про хозяина этой лужайки: – про меня. Это меня сразу же привело в бешенство, и я еще немного прополз поближе по траве к этим незваным гостям.
Один из этих страшных созданий заметил, как шевелиться трава на лужайке и от ужаса закричал, указывая двоим своим спутникам на место, где я только что был. Из палок, которые у них были в передних конечностях, вырвался огонь с пламенем, и вокруг меня легла обугленная, скошенная трава. Это я уже не выдержал: – поднял все свои головы и уставился своим немигающим взглядом на пришельцев. Они от ужаса завыли в унисон и снова подняли свои палки. По моей броне застучали камешки от их оружия, а те, которые не попали по мне, снова стали косить мою траву. Тогда я взмахнул в раздражении своим хвостом, вытащил своими передними лапами зажигалку и поднес пламя к своим головам.
Мое яростное дыхание превратилось сначала в синий огонь восстановительного пламени, потом оно перешло в окислительное, – и я выдохнул его сначала на их аппарат, на котором они прилетели, а потом на этих страшных, омерзительных тварей. Первым не выдержал их механизм: – он сначала оплавился, а потом взорвался, – брызги раскаленного металла разлетелись по всей моей лужайке. Пришельцы тоже были не в состоянии выдержать моего дыхания и упали, как подкошенные. Запахло жареным мясом…
Я еще на всякий случай подышал в их сторону, а потом, когда понял, что они больше не в силах даже двигаться, пополз к ним поближе. Они еще шевелились, но я мгновенно прервал их предсмертную агонию: – ударил их несколько раз своим могучим хвостом, и с ними было покончено.