Сергей Тамбовский – Книга 5. Империя на марше (страница 9)

Я вкратце объяснил диспозицию и пересказал, что требует Лиознова.

- Так я не против, пристёгивайте, если этот ваш Славик не совсем уж страшный на морду, - наконец решилась она.

- Да вроде не страшный он, белобрысого прибалта напоминает, хотя родом из нашей области. Тогда делаем так… сейчас спать ложимся, потому что полночь уже, утром я тебя веду к Лиозновой (ты должна ей понравиться, уж постарайся) и если она даёт добро, включаем тебя в штат нашего ТСЖ… ну заведующей клубом например… и вперёд, на штурм вершин кинематографа. Заодно опыт руководящей работы наберёшь.

- Так, а Лиознова, это которая про Штирлица?

- Да, она самая.

- А она разве не в Москве сидит?

- Её киностудию к нам перевели, вооон за теми бараками они сейчас, - и я показал в окно примерное направление на киностудию.

Алёна глянула по направлению взмаха моей руки, ничего в темном окне конечно не разглядела, но настроение у неё по всему резко улучшилось.

Утром после коротенького завтрака я потащил её на киностудию. Перелезая через очередную колдобину, она выразила недоумение:

- Да неужели в такой грязи какая-то киностудия может сидеть?

- Может, Алёнушка, - успокоил я её, - у нас весной везде грязь, что же теперь, и кино поэтому не снимать?

- Да, вчера забыл спросить – как там дела-то идут в Тамбове, как родители?

- Всё хорошо, спасибо, папа на службе восстановился, мама тоже работать пошла, а то всё дома сидела. А в Тамбове тоска зелёная, особенно зимой, летом ещё так-сяк, а как дожди зарядят, а потом белые мухи полетят так хоть волком вой… тамбовским волком. Вот я и сорвалась оттуда поближе к столицам.

- Ну и славно, что всё хорошо. Держись за меня, Алёна, трудности у меня временные, это мой внутренний голос уверенно заявляет, а он до сих пор ни разу не ошибся в прогнозах, так что прорвёмся…

Как-то худо-бедно допрыгали мы до порога киностудии, очистили обувь от налипшей грязи и поднялись на третий этаж к Лиозновой. И опять не было даже попытки проверить наши документы, нехорошо это, надо бы сказать, чтобы исправили…

По дороге я вдруг заметил удивительно знакомую азиатскую физиономию, скромно подпиравшую стенку у входа в какой-то кабинет. Ба, да это ж мой старый знакомый боец из казахского акимата Костанай Талгат. Поздоровался, он меня тоже узнал.

- Ты тут какими судьбами? – спросил я.

- Да вот в новое кино позвали, буду играть злобного пирата.

- Это не «Пираты 20 века» случайно?

- Они самые, сейчас павильонные съёмки проведём, а летом в Ялту – там на натуре сниматься будем. А ты что тут делаешь?

- Живу я здесь вообще-то, - весело ответил ему я, - вот за теми бараками. А ещё сериал под руководством Лиозновой снимаем. Это моя сестра Алёна, познакомься, тоже играть будет.

Талгат пожал ей руку, потом высказался:

- Красивая у тебя сестра… на цыганку похожа.

Но тут из кабинета вышел Коля Ерёменко, младший естественно, и дёрнул Талгата за рукав:

- Время, Талгат, время, через пять минут съёмка, где ты прпадаешь?

Мне он на ходу кивнул, а на Алёне задержал взгляд несколько дольше, но сказать ничего не сказал.

- Это Ерёменко что ли? – возбуждённо спросила Алёна, когда они скрылись за поворотом.

- Ну да, Колян, а что – нельзя?

- Здорово, - только и смогла выговорить она.

А мы тем временем подошли к кабинету Лиозновой, я постучал и после ответа изнутри «Заходите, не заперто), мы зашли внутрь.

- Здравствуйте, Татьяна Михайловна, - поприветствовал её я, - как здоровье?

- Спасибо, в норме. Трава эта твоя действительно чудодейственная какая-то, как на крыльях с утра летаю. А это кто с тобой?

- Знакомьтесь, это Алёна, моя сестра из города Тамбова. Приехала учиться здесь, некоторое время у меня поживёт.

- На цыганку похожа…

- Да, - вступила в разговор Алёна, - у меня мама наполовину цыганка, оттуда наверно…

- Так я собственно чего её привёл-то? – продолжил я, - Инна моя наотрез отказалась участвовать в операции под кодовым словом «Славик», никак ей это не катит. А вот Алёна совершенно не против – может замену произведём, ну как в футболе?

- Стой, в первоначальном варианте должен был быть любовный треугольник ты-Инна-Слава, а теперь как? Ты же, надеюсь, не собираешься за сестрой ухлёстывать?

- Это очень просто, у нас же в восьмом подъезде живёт такой Вова Малов, мой кореш чуть ли не с детского сада, вот он и будет третьей стороной треугольника…

- Что за Малов, ты про него ничего не говорил? – вдруг спросила Алёна.

- Не волнуйся, на рожу он вполне себе ничего и тоже блондин… а ещё у него кличка во дворе была Дон-Жуан, он чем-то на солиста группы АББА похож. Так что ожидается битва двух блондинов за прекрасную Алёну. Цыганские корни тоже можно красиво обыграть – ты кстати цыганочку-то умеешь танцевать? – спросил я её.

- Запросто, - уверенно ответила она, - в нашем институте культуры ещё и не этому учили.

- И ещё, раз она институт культуры практически закончила…

- Так не закончила значит? – уточнила Лиознова.

- Один курс остался, хочу перевестись в этот город.

- Так вот с таким образованием ей прямая дорога в заведующие нашим клубом, ну это где мы с вами в бильярд играли, а потом собрание было…

- Ладно, я всё поняла и не возражаю, вводи Алёну – сегодня съёмки второй серии, Алфёрова с Абдуловым подойдут вместе с оператором примерно к… (Лиознова посмотрела на часы)… к 13.00, задействуй их по полной программе в течение часа. В два-тридцать у них другие дела начинаются. Оревуар, - сказала она, открыв большую бухгалтерскую книгу.

Ну ладно, что не адью, подумал я и вытащил Алёну за рукав в коридор.

- Вот прямо сегодня и окунайся с головой в процессы – будешь занимать Абдулова с Алфёровой, я не могу в час, у меня лекции.

Довёл её до квартиры, сунул в руки намётки сценария, а сам побежал в кинотеатр, надо ж финансовые дела нашего ТСЖ поднимать в конце-то концов.

В кинотеатре «Знамя» работала, если вдруг кто-то забыл, мать Андрюхи, моего кореша с пятого этажа. Не директором, упаси бог, обычным кассиром, но протекцию составить я её всё же попросил… не сам, через Андрюху передал. И она не отказала, так что сегодня на десять с копейками утра у меня было назначено рандеву с Алевтиной (о господи!) Витальевной Прониной. В её кабинете, входу куда был через будку киномехаников в нашем дворе.

Эти киномеханике в перерывах между заправкой рулонов обычно выходили на приступочек и курили, жадно затягиваясь и выпуская голубые кольца дыма в наш двор. Сейчас как раз один из этих товарищей и занимался этим делом. Объяснил ему, что почём и зачем, он хмуро выслушал, потом ткнул пальцем внутрь помещения, иди уже, пацанчик, раз у тебя дело к нашей директорше. Зашёл, чо… директорша была дамой монументальных наружных форм (бюст размера 5+, шиньон на голове, юбка до пола) и наверно примерно таких же внутренних убеждений, подумал я, нелегко с ней будет найти контактик-то...

- Здравствуйте, Алевтина Витальевна, - с порога заявил я, - не помешаю?

- А ты собственно кто? – строго спросила она, целясь своими глазами в очках с дикими диоптриями прямо мне в солнечное сплетение.

- Меня зовут Сергей Сорокалет, я председатель жилтоварищества дома, где расположен ваш кинотеатр, и у меня к вам есть одно деловое предложение. Даже два предложения, - оттарабанил я, вежливо глядя ей в глаза.

- Так-так-так, - она постучала пальцами по столу, потом подвинула зачем-то настольный календарь и продолжила, - вспомнила, я тебя по телевизору видела, ты вроде у нас какую большую должность недавно ещё занимал, верно?

- Точно, - быстро ответил я, - председателем горисполкома я был, но недолго, потом пришлось подвинуться в управдомы.

- Это бывает, - понимающим тоном сказала она, - и ещё как бывает… вот взять меня к примеру…

Но тут она вспомнила, что перед ней по сути зелёный пацанчик и свернула вечер воспоминаний.

- Так что ты хотел-то? Давай, выкладывай и не стесняйся.

- Понимаете, Алевтина Витальевна, - начал я, - время сейчас сами знаете какое, переходное, поэтому старые нормы уже не работают, а новые ещё не работают. Значит что?

- Что? – эхом отозвалась она.

- Можно потихоньку внедрять новые нормы хозяйствования, не забывая про старые. Но потихоньку, оглядываясь по сторонам.

- На что намекаешь-то, сказал бы прямо, а то я не поняла.