Сергей Тамбовский – Кирпичики 2 (страница 11)

— В деловых, — кратко ответил я. — Была пара совместных проектов, которые мы продвигали в последнее время, вот по этому поводу и общались.

— Конкретику давай, — пододвинул к себе чистый листок следователь, — что за проекты, когда и где встречались, сколько раз?

Я вздохнул и перечислил проекты, начиная с площадки под МЖК-кий дом и заканчивая банковскими делами.

— Вот сам смотри, что у нас получается в чистом осадке, — и он повернул ко мне свой листок, где, как выяснилось, он ничего не записывал, а рисовал кружочки и прямоугольнички. — Это вот он в левом углу, а это вот ты в правом. Участок под МЖК он у тебя отобрал? Отобрал, рисуем первую стрелочку…

— Стоп-стоп, — притормозил я следователя, — там всё совсем не так однозначно было, как у вас выходит…

— Ты не перебивай, а дослушай до конца, — мягко осадил меня Знаменский, — подругу он у тебя увёл? Прямо из стойла увёл, это вторая стрелочка. А три это то, что по нашим сведениям акционирование банка он собрался провести без тебя и без твоего МЖК.

— А почему я об этом ничего не знаю? Сегодня же в три часа должна была встреча состояться с моим участием.

— Ну это твои личные проблемы с недостатком проверенной информации. А у нас вот что получается… — и он нарисовал в центре листа искорёженный автомобиль, совсем неплохо, кстати, нарисовал и закоротил на него все три стрелочки.

— Один раз, как говорят умные люди, это случайность, два раза — совпадение, но три раза — это уже система. Вот и по всему выходит, что в его смерти больше всего был заинтересован ты, гражданин Летов. Потому что и вопрос с участком снова всплыл бы, и Люба твоя возможно вернулась бы, да и с банком лучше бы сладилось.

— Бред какой-то, — потряс я головой. — Про участок МЖК всё верно, но мы же полюбовно договорились о сделке. Насчет подруги совсем мимо — не было у меня ничего к Любе, так что ушла и слава богу. А про банк это ваши умозрительные догадки, лично я через… (я посмотрел на часы) через три часа прибыл бы на встречу в Промстройбанк. И потом — ну какой из меня взрывник-террорист? Я же электронщик, а это от химии ну очень не близко.

— Ладно, допустим, — нехотя убрал он листок в сторону. — Тогда расскажи, друг мой ситный, историю своего транспортного средства.

— Какого средства?

— Мерседеса 190-й модели, на котором ты сейчас по городу раскатываешь, — любезно пояснил он.

— Аааа, — сделал я попытку потянуть время, — этого…

— А что, у тебя и другие есть?

— Конечно — велосипед Пензенского велозавода.

— Ты тут прекращай ваньку-то валять и отвечай на поставленный вопрос.

Я задумался на пару секунд и решил вывалить всё подчистую — всё равно кто-нибудь сольёт информацию, если уже не слил, и тогда я окажусь по уши в дерьме.

— Этот Мерседес я пригнал из Германии неделю назад.

— Да что ты говоришь? — довольно искренне проявил он интерес. — И почём сейчас в Германии Мерседесы?

— За полторы тыщи марок сторговал, повезло — пятилетка всего…

— Это на наши деньги… тысяча выходит?

— Если по официальному курсу, то да, а так-то четыре тыщи где-то.

— Хорошо, давай дальше по теме.

— Заказ делал Геннадий Мишин, который у вас только что был, деньги в основном его были. Так что ему я и передал Мерседес с рук на руки для продажи.

— Дальше давай, не останавливайся, — подогнал меня Знаменский.

— А дальше он продал его Куриленкову, за сколько — убей, не знаю. А ещё дальше Куриленков написал дарственную на этот Мерседес на меня.

— Вот с этого места давай как можно более подробно.

— С чего бы это такая душевная щедрость у него прорезалась?

— Позавчера примерно в пятнадцать часов двадцать минут я подъехал в офис Куриленкова с целью обсудить детали двух наших проектов…

— Стоп-стоп, — скомандовал следователь, — один проект это банк, а второй какой?

— Так концерт же, только что обсудили.

— Да-да, что-то запоминается у меня плохо, — смешался на секунду он, — продолжай.

— Вопросы обсудили, встречи назначили, а перед моим уходом Куриленков зачем-то подошёл к окну и открыл его — проветрить кабинет что ли захотел…

— И дальше что?

— А дальше то, что я краем глаза увидел непонятное шевеление и блеск на крыше соседнего дома… соседнего через улицу, там дома очень разной высоты стоят, если вы в курсе…

— На Ильинке-то? — задумался Знаменский, — пожалуй да, от двух до шести этажей встречаются. И что ты сделал после того, как заметил этот блеск?

— Толкнул в спину Куриленкова и сам упал на пол, после чего раздался выстрел и разлетелась вдребезги китайская ваза на столе.

— Что, в самом деле китайская?

— Вряд ли — на настоящую даже у него денег не хватило бы, копия, но выглядела она неплохо. После этого охрана утащила Куриленкова в защищенное место, проверила крышу, безрезультатно, как я понял, и допросила меня. В милицию, как я понял, никто ничего не сообщал…

— Любопытно, — следователь опять начал что-то черкать на листочке, — но давай уже ближе к Мерседесу.

— На следующий день я опять пришел с визитом к Сергею Владимировичу, надо было уточнить кое-какие детали — вот тут-то он и вручил мне дарственную на Мерседес. В знак благодарности, сказал, за спасение его жизни. Вот и вся история.

— То есть выходит, что ты в обоих покушениях совсем не при чём получаешься?

— То есть получается, что да, — подтвердил я.

— Ладно, проверим мы эту историю, — ответил, постучав костяшками пальцев по столу, Знаменский. — Многовато тут тёмных мест на мой взгляд… а ты тогда вот что скажи — есть ли у тебя догадки, кто мог это сделать?

Я откашлялся и задавил в себе желание повторить слова товарища Груздева. А вместо этого начал рассуждать логически:

— Конкуренты по бизнесу, это ж главная и единственная версия. Я слышал, что в сферу интересов АМТ не очень давно вторглись ещё две организации, первая «Российский клуб», вторая «Монтана интернешнл». Вот там и надо покопать…

— А… — открыл было рот Знаменский, но я его перебил.

— А источник взрывного устройства надо поискать в организациях, тесно связанных в оборонкой — у нас в городе минимум три штуки таких, которые боеприпасы делают… или раньше делали. Конкретную же операцию кто угодно мог провернуть, те же вояки.

— Больно ты умный, — буркнул Знаменский, но без осуждения. — Забирай свой пропуск и иди пока. Да, из города в течение недели не выезжать.

— А если выеду, то что? — решил уточнить я перед дверью.

— Там увидишь, — и следователь улыбнулся мне волчьей улыбкой. — И на Мерседесе постарайся не ездить в ближайшее время, нехорошая примета это.

Я принял его слова к сведению, но насчёт приметы, если честно, не до конца понял. Теперь что, подумал я, выйдя на шумную площадь Горького, теперь надо обсудить наболевшее с Геной… да и не помешает звякнуть Мише и остальным моим компаньонами по кирпичному бизнесу. И с Галей же надо будет связаться — я ж обещал забрать её из этого… из речпорта.

Зашёл в ближайшую телефонную будку и сразу договорился с Геной встретиться через полчасика. Он собирался в эту сторону как раз, так что сказал, чтоб я никуда не двигался, а он скоро подойдёт — третья скамейка справа от памятника, окей. А Мишин телефон, увы, молчал, как рыба. Ну не беда, повторим попытку попозже. Галя же оказалась именно на этой трубке, выслушала она мои сбивчивые объяснения молча, но, кажется, всё поняла.

— Ну тогда встречаемся вечером в десятом доме, — предложила она, — а я пока с бабушкиными проблемами разберусь.

Гена оказался пунктуален и прибыл на место рандеву минута в минуту, в руках у него был красивый пакет с рекламой джинсов Левис.

— Для Любы прикупил чего? — подколол его я.

— Нет, это рекламные проспекты, — не повёлся он на мои подколки. — Давай-ка лучше о деле.

— Давай, — вздохнул я, — концерт надо либо переносить, либо совсем отменять — в воскресенье же Куриленкова хоронить будут, какое уж тут веселье.

— Ненене, — сурово отбрил меня Гена, — отменять нельзя, там уже половина мест распродана. А вот перенести можно… на неделю к примеру. Так и быть, этим я сам займусь. Дальше давай.

— Про банк, — продолжил я, — у нас же сегодня встреча через (я посмотрел на часы) полтора часа на Октября. Что с этим делать?

— Как что, встречаться, — отвечал мне он с милой улыбкой, — как говорится, война войной, а бизнес по расписанию.

— Алевтина же Куриленкова ждёт.

— Будем работать по обстановке, но на встречу всё равно надо идти. Я, кстати, знаю, где добыть денег на вступительный взнос при регистрации банка — это если Алевтина в отказ пойдёт, так-то у неё средств на пять таких взносов хватит.

— Ладно, проехали, — ответил я, — мы этот вопрос. И о лотерее…