Сергей Тамбовский – Анти-Горбачев-4 (страница 2)
– Что-нибудь серьезное? – продолжила она спрашивать, внимательно вглядываясь в глаза мужа.
– Серьезнее не бывает… но надеюсь, что вернусь я сюда уже немного в другом качестве.
– Я буду за тебя молиться, – сообщила Оксана самым серьезным тоном, – и да поможет тебе Господь наш вседержитель…
– Ну ты уж… – хотел было возразить Щербицкий, но по ходу возражения передумал и махнул рукой, – ладно, помолись уже, не повредит…
Вертолет МИ-8 пограничных войск Западного округа забрал Щербицкого с площадки, оборудованной специально для таких экстренных случаев позади госдачи номер 9, и взял курс на северо-запад. Через два часа он приземлился в пригороде Кишинева, а оттуда номенклатурная черная Волга ГАЗ-31 доставила его в резиденцию секретаря компартии Молдавии…
Москва, улица Косыгина, 9
– Сейчас Евгений Максимович подъедет, – сказал жене Романов, положив трубку вертушки, – срочный разговор будет.
– Что-то серьезное, Гриша? – встревожено спросила супруга, – почему так поздно?
– Не знаю, он объяснит… – ответил генсек, – ты вот что, ты иди в свою комнату и не мешай государственным делам.
– Может, вам приготовить что-нибудь? – немедленно озаботилась она, – селедочку там порезать или бутерброды какие-то.
– Это можно, – милостиво разрешил Романов жене, – только в темпе вальса, пожалуйста. Примаков тут через двадцать минут будет.
Примаков нисколько не обманул и прибыл ровно через девятнадцать с половиной минут после своего звонка. Супруга Романова уже все порезала и положила на тарелочки, сам Григорий Васильевич достал из встроенного в секретер бара бутылку армянского коньяка и встретил руководителя главной службы безопасности Союза во всеоружии.
– Вижу по вашему лицу, – так начал разговор Романов, одновременно разливая коньяк в рюмки, – что случилось нечто экстраординарное. Рассказывайте во всех подробностях, я человек нее склонный к истерикам, могу спокойно выслушать всякое и разное…
– Всякого и разного, Григорий Васильевич, – начал Примаков, пригубив рюмку, – стряслось предостаточно, так что даже не знаю, с чего начать.
– Начните сначала, в порядке хронологии событий, – предложил ему Романов, подцепив на вилку ломтик лимона.
– Давайте не так, – смело возразил председатель КГБ, – давайте я начну с главного.
– Слушаю вас со всем вниманием, – Романов откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– В стране готовится военный переворот, – бухнул самое главное Примаков, – и это не мои старческие фантазии, не так уж много мне лет, чтобы страдать деменцией…
– Что, прямо как в Латинской Америке? – задал наводящий вопрос Романов, – у них там в среднем раз в пять лет что-то такое случается. Но у нас же не Колумбия и не это… не Чили, чтобы такое произошло вдруг.
– Согласен, Григорий Васильевич, – Примаков без спроса налил еще две полные рюмки и махнул свою без закуски, – у нас не Колумбия. Но военных товарищей тоже хватает…
– Что же это ваши первые отделы в армии так плохо работают? – вспомнил Романов о структуре ведомства, – третье управление, кажется, занимается политическим здоровьем вооруженных сил…
– Верно, наша недоработка, Григорий Васильевич, – мужественно признал недостатки подведомственного органа Примаков, – будем принимать меры, но это в перспективе. А в тактическом смысле надо срочно что-то делать…
– Давайте подробные детали, – попросил Романов, – а то наш разговор напоминает диалог двух дипломатов, которые намеками обычно изъясняются.
– Хорошо, – глубоко вздохнул Примаков, извлекая из внутреннего кармана пиджака сложенный лист А4, – вот здесь я набросал приблизительную схему, которой по данным наших источников будут придерживаться заговорщики.
Романов с большим интересом начал изучать блок-схему, озаглавленную “План Альфа” – на ней имели место многочисленные кружочки и прямоугольники, соединенные стрелочками.
– В центре тут у вас что значится? – показал он на большой прямоугольник с буквами АЩ.
– Это мозговой центр заговора, – пояснил Примаков, – руководят всем этим делом Алиев и Щербицкий.
– Щербицкий же в отставке, – удивился Романов, – как он может руководить чем-то?
– Может, Григорий Васильевич, – уверил его директор КГБ, – еще как может.
– Ладно, -= смешался на секунду генсек, – допустим, а вот эта стрелочка к большому кругу справа с с буквами ЯО – это то, о чем я подумал?
– К сожалению, я не ясновидящий, – вздохнул Примаков, – ваших мыслей читать пока не могу, но эти буквы означают ядерное оружие.
– Даже вот так… – нервно забарабанил пальцами по столу генсек, – давайте детали по этому вопросу… самые подробные… кто, как и где – не хватало нам только еще ядерного конфликта внутри страны.
– Ядерное оружие, товарищ Романов, – принял официальный тон Примаков, – помимо России у нас расположено еще в трех республиках – Украина, Белоруссия и Казахстан. Суммарно там находится примерно 25% нашего ядерного арсенала, больше всего, конечно, на Украине.
– Конкретизируйте, Евгений Максимович, – потребовал Романов.
– Хорошо, – вздохнул тот, – цифры называю по памяти, она у меня, конечно, хорошая, но определенный люфт допустить может.
Романов разрешительно махнул рукой, тогда Примаков продолжил.
– Начем с самого большого, с Украины – там сейчас находятся 170 межконтинентальных ракет типа УР-100 и МР-23, а также полк стратегических бомбардировщиков – 38 Туполевых 95 и 160 с пятью крылатыми ракетами на каждом. Общее число боеголовок в районе 1700.
– Где все это располагается? – немедленно потребовал уточнений генсек.
– МБР в основном на западе Украины – Волынь, Хмельницкий, Житомир, а самолеты базируются на аэродроме Узина, это под Киевом, и в Прилуках Черниговской области. Идем далее – Белоруссия.
– Ее я бы пока исключил из рассмотрения, – произнес Романов, – в этой республике все более-менее спокойно.
– Хорошо, Белоруссию пропускаем и переходим к Казахстану. Там сейчас находится две ракетные базы в Целиноградской и Семипалатинской областях с ракетами СС-18 Сатана по НАТОвской классификации…
– А у нас они как называются?
– Р-36М, – пояснил Примаков и продолжил, – всего на этих двух базах имеются 104 МБР с десятью боеголовками каждая. И еще под Семипалатинском расположена авиабаза ТУ-95М, всего 40 единиц с 240 крылатыми ракетами. Как-то так, если вкратце…
– Охрана там надежная? На Украине и в Казахстане?
– В наше время, Григорий Васильевич, – откровенно ответил Примаков, – нельзя быть уверенным ни в чем… поэтому мое… ну то есть предложение от комитета, конечно, заключается в том, что надо экстренно эвакуировать ядерное оружие на территорию России…
– Баллистические ракеты из шахт эвакуировать не так просто, – заметил Романов.
– Согласен, – живо отозвался Примаков, – но хотя бы самолеты можно вывезти быстро и безболезненно. А что касается ракет, то есть способы приведения их в полную небоеготовность в короткие сроки.
– Снять боеголовки?
– Нет, это слишком сложно и долго – давайте я не буду их раскрывать, слишком секретное это дело…
– Согласен по всем пунктам – выводите… а куда, кстати, вы их будете выводить?
– Бомбардировщики на аэродромы в Энгельсе и в Коми АССР, – быстро ответил Примаков, – как раз уместятся. А на местах объявим, что начинаются глобальные учения, например.
– Хорошо, – вздохнул Романов, – про ядерное оружие я понял, давайте дальше.
– Дальше у меня вот что, – и Примаков вытащил новую бумажку из другого кармана, – это план покушения лично на вас, Григорий Васильевич…
Романов разгладил мятую бумажку на столе, посмотрел на нее несколько секунд, потом попросил объяснений.
– Вот этот большой кружок с буквой Ш – это очевидно штаб?
– Абсолютно правильно, – подтвердил Примаков, – это он и есть. Вы наверно захотите знать, кто в него входит?
– Да, хотелось бы узнать, – наклонил голову Романов. – Наверно кто-то из руководителей республик?
– Не угадали, – покачал головой Примаков, – союзные секретари хорошо шифруются, ни одной фамилии, которая печатается в газетах, там нет.
– Тогда кто же это?
– Пожалуйста, – пожал плечами Евгений Максимович, – согласно нашим агентурным сведениям, там числятся Мамука Кобаладзе, это из грузинского отделения КГБ, Андрей Голобородько – украинское секретное ведомство, и Серик Толбаев из казахского филиала КГБ.
– Действительно, ничего про них не слышал, – согласился Романов, – а теперь объясните, какой у этих заговорщиков план? Застрелить меня в Кремле, как Сальвадора Альенде в его президентском дворце?
– Немного не так, Григорий Васильевич, – поправил его Примаков, – кстати, давайте уж еще по одной рюмке нальем, если нет возражений…
Романов налил полные рюмки коньяка, они выпили по половинке без лишних подробностей, потом Примаков закончил свою мысль.
– Кремль это слишком серьезно, туда нет доступа ни у кого из фигурантов дела. Их план проще и в то же время эффективнее – по первому варианту вас должны взорвать вместе с президентским самолетом в воздухе…
– Страшно спросить, что же предусмотрено вторым планом или, как это сейчас принято выражаться – планом Б, – спросил Романов.