Сергей Тамбовский – А и Б сидели на трубе (страница 4)

– Вот, – сказал я Кузьмичу, – ровно две сетки, вот одна, вот вторая. Верну в целости и сохранности завтра… может даже и сегодня после девяти вечера.

– Сегодня не надо, – твёрдо обломил меня он, – я спать ложусь в полдевятого.

Ну не надо, так не надо, пожал плечами я, завтра значит завтра – и быстрым шагом обогнул дебаркадер. Там между двумя очередными волжскими старицами с непременными смородиновыми кустами (на которых почему-то ее росли ягоды) имелась относительно ровная песчаная площадочка, как нельзя лучше подходящая для вечернего шоу. Там меня ждал Колька Гарин.

– Достал? – спросил он меня сразу в лоб.

– Ясен пень достал, – продемонстрировал я ему две свёрнутые рулончиками сеточки, – в полном объёме. А ты сделал, что я просил?

– Сам смотри, – и он широким жестом продемонстрировал он сделанное. – Я старался.

В песочек были вбиты четыре колышка квадратом со стороной в пять метров примерно.

– Отлично, – похвалил я Колю, – где колья-то взял?

– Места знаю, – туманно отвечал мне он.

– А забивал чем?

– Кувалда возле столовки валялась, ей и забивал.

– Супер, – подытожил я, – давай сетку натягивать.

– А что это такое будет-то, расскажи, – попросил Колька.

– Ринг, неужели непонятно, – начал растолковывать я, – у нас же поединок будет… то есть даже три поединка… ну это если я до третьего дотяну. А поединки обычно на ринге происходят, квадрат со стороной от 4 до 6 метров по разным стандартам (я взял средние пять), огороженный столбиками и натянутыми между ними канатами. Столбики ты обеспечил, канатов, извини, в ЛТО мы никак не достанем, но вместо них прекрасно пойдут волейбольные сетки, вот они. Давай натягивать.

– Понятно, – въехал Колян, – а откуда ты знаешь про размеры рингов?

– Книжки иногда умные читаю. Не, кроме рингов бывают ещё и октагоны, там бьются разные восточные единоборцы, но это совсем уже лютая экзотика, так что давай ограничимся классикой.

Мы в четыре руки быстренько закрепили сначала одну, потом вторую сетку на колышках. Крепили простым наматыванием и ещё верёвочками закрепили снизу и сверху, получилось довольно прочно.

– А зачем так высоко? – продолжил тупить Коля, зацепившись за нижнюю кромку.

– А как туда запрыгивать прикажешь, если её совсем низко опустить? А тут подлезть довольно несложно будет. Давай проверим крепость.

Проверили налеганием на сетку всем корпусом – держалось прочно.

– Ну вот, всё готово к бою, – бодро сказал я, – к боям то есть. Надо потренироваться что ли ещё, обычно боксёры перед матчем разминаются.

– Говори, что надо делать, помогу, – согласился Коля.

Я наскоро сделал несколько разминочных упражнений, а потом поставил Коляна в стойку, а руки ему дал небольшую картонку, валявшуюся тут неподалёку.

– Вот эта картонка теперь мой соперник, двигай её в разные стороны, но чтобы плоской стороной всегда ко мне была, – сказал ему я и начал отрабатывать давно и прочно забытую технику ударов руками и ногами.

Получалось, прямо скажем, не очень, но Коле всё равно понравилось.

– Ты где так научился махаться-то? – с большим интересом спросил он, – что-то раньше я у тебя таких навыков не замечал?

– Да, – отмахнулся я, – в одной полуподпольной секции, там тренером казах был.

– А меня с собой возьмёшь, когда в следующий раз туда пойдёшь?

– Да не вопрос, конечно возьму. А сейчас бросковую технику вспомним – становись в полуприсед, руки вперёд полусогнутыми, я буду нападать, а ты уворачивайся.

Это часть разминки прошла совсем уже отвратительно, один только раз у меня получилось зацепить Коляна, да и то криво и косо. Но упасть он, конечно, упал.

– Брек, – скомандовал я, – на первый раз достаточно. А относительно этой картонки у меня одна идея появилась. Только краску надо достать… или мел на худой конец.

– Я знаю, где куча мела лежит, – сразу включился Коля, – тут недалеко.

– Ну пошли, покажешь…

––

Вечер как-то незаметно прикатил, у нас здесь, конечно, не Шарм-аль-Шейх, где темнеет резко и сразу, минут за 15-20, но и не Мурманск, где сейчас круглосуточно солнце в небе висит. За это время я успел переговорить со всеми моими сегодняшними спарринг, так сказать, соперниками и выработать некие правила и график предстоящего соревнования. Поскольку первой у меня была стычка с Бобом-Бобиковым, он и был определён в голову очереди. Затем шёл Игорёк и на закусь оставался Босов… ну если конечно я дотяну до этого момента. Условились не бить ниже пояса, останавливать бой при первой крови или если кто-то крикнет «сдаюсь», длина поединка три минуты, если по истечении этого времени никто не победил, даются дополнительные три минуты, а если и после них ничего не ясно, фиксируется ничья.

На картонке я нарисовал крупную цифру один на одной стороне, и соответственно двойку на обратной и привлёк к процедуре девочку Леночку.

– Будешь выходить перед началом каждого раунда с высоко поднятой картонкой, – объяснил я ей задачу, – и громко объявлять номер раунда… да, а ещё раньше, когда мы на ринг выползем, можно и каждого соперника объявить – справишься?

– Ну-ка поподробнее объясни, – потребовала она, – а то не очень понятно.

– Да господи ты боже мой, – отвечал я, – берёшь в руку воображаемый микрофон и громким отчётливым голосом говоришь «Ladies and gentlemen. Viktor Malov is in the red corner of the ring, Igor Akhundov is in the blue corner of the ring. Meet them».

– А если по-русски?

– Девчонки и ребята! В красном углу ринга Виктор Малов, в синем углу Игорь Ахундов. Встречайте!». Причём всё это можно разукрасить интонациями…

– Это как?

– Гласные немного протянуть – не встречайте, а встреееечаааайте! И чтоб ударение к концу слова повышалось. Понятно?

– Боюсь, не справлюсь я с этим заданием, – не на шутку разволновалась Лена.

– Да брось ты, справишься, всё равно все парни будут на твои ноги смотреть, а слова фоном пойдут…

– Ты думаешь?

– Уверен.

– Хорошо, уговорил… я пойду парадный сарафан тогда надену и ресницы намажу…

– Не помешает, – согласился с этой идеей я.

И она мигом ускакала, только песчаная пыль на её месте осталась клубиться – вот нравятся мне такие понятливые и шустрые. А Колька, маячивший неподалёку, подошёл и подал вдруг ещё одну идею:

– Слушай, раз у вас спортивное соревнование ожидается, то судья же нужен… ну или арбитр, на соревнованиях они всё время перед глазами маячат – следить чтоб за правилами и всё такое…

– Чёрт, забыл я про это дело, – в сердцах высказался я, – может ты судьёй поработаешь?

– Не, я не могу, я же лицо заинтересованное, твой дружбан как-никак. Нужен кто-то нейтральный…

– Надо этого тогда привлечь… ну который запоминает всё вместо физрука.

– Старова что ли? Да, наверно пойдёт – я пойду поговорю с ним, а ты пока народ собирай, – сказал мне Колька и отчалил в направлении столовки.

––

Через полчасика народ по большей части собрался – не все, конечно, обитатели нашего дебаркадера собрались возле моего импровизированного ринга, но половина-то точно, слухи о том, как задрота Малова хотят проучить реальные пацаны, сыграли свою роль. Да и делать-то, если честно, в нашем лагере по вечерам нечего, танцы только по выходным, телевизор сломался в первый же день после нашего заезда, до кинотеатра пилить пешком больше часа, к тому же по дороге надо как-то преодолеть глубокий и широкий канал. А тут какое-никакое развлечение. Я одолжил у одного парня красивые синие трусы с майкой, на которых было написано «Трудовые резервы», а кисти забинтовал бинтиком, одолженном в лагерной аптечке, так что был полностью готов к подвигам.

– Ну чо, Мальчик, – начал угрожающим тоном предстартовые запугивания Бобиков, – ты допрыгался, ща я тя убивать буду.

Психологическое давление походу он на меня таким образом оказывал, надо ж, какой грамотный пацан… надо отвечать.

– Ты, х…й, полезай в корзинку, – ответил я ему его же любимыми словами, – если хочешь яйца в целости сохранить.

– Ах ты блять, – он покраснел, сжал кулаки и попёр на меня, как трактор «Кировец» по целине.

– Стоп-стоп-стоп, – притормозил его я, – мы ещё не в ринге, щас перелезем через канаты, тогда можешь бить, а до канатов это не по правилам.

Стоявшие неподалёку Ахундов с Босым молча наблюдали за нашей перепалкой и ни во что не вмешивались, но я мельком заметил некоторую растерянность на их лицах – ну ещё бы, маленький пушистый хомячок вдруг взбунтовался и попёр на матёрых пустынных койотов, это ни в какие рамки не укладывалось. А если он взбесился, этот вопрос явственно проступал у каждого из них, потому что они были несколько умнее отморозка Бобикова. А этот Боб никакими посторонними вопросами не задавался, он просто хотел забить меня до полусмерти, чтоб я больше не выступал.

А тут и Лена подошла, действительно в новом красивом платье (по её мнению – по мне так лучше, чем купальник, на ней ничего не сидело) и с накрашенными ресницами и губами. Я сунул ей в руки картонку и сказал, чтоб действовала по утверждённому сценарию.

– Друзья, – сразу понесла она отсебятину, ну и ладно, – у нас сегодня необычное соревнование – бой без правил наших отрядников. Можно сказать, что это дуэль – Виктора Малова (я поклонился обществу) вызывают по очереди Евгений Бобиков (тут она немного повысила голос к концу его фамилии – Боб нехотя поднял вверх правую руку), Игорь Ахундов и Семён Босов (а эти так и совсем никак не прореагировали). Первыми на ринг вызываются Бобиков и Малов.