Сергей Свой – "Лузитания" не утонула! (страница 8)
— Англия никогда не простит нам такого, — глухо сказал Николай Николаевич. — Это будет разрыв союза.
— А что будет, если мы продолжим воевать, дядя? — вдруг спросил государь. Его голос окреп. В нем зазвучали металлические нотки, которые слышали немногие. — Что будет с Англией, когда в России вспыхнет революция и мы выйдем из войны по воле каких-то безумцев? Она простит нам это? Нет. Она будет поддерживать этих безумцев, лишь бы Россия продолжала воевать. Полковник прав. Союзнический долг — это хорошо. Но долг перед семьей, перед Россией — выше.
Он повернулся к жене. — Аликс?
Императрица смотрела на него. В ее глазах шла борьба. Любовь к своей родной Англии, где прошло ее детство, и дикая, всепоглощающая любовь к мужу и детям. Выбор был мучительным, но недолгим.
— Моя семья — здесь, Ники. Оля, Таня, Маша, Настя, Алексей… они — моя жизнь. Англия… Англия предала бы нас ради своей выгоды, если верить тому, что мы слышим. Я выбираю детей. Я выбираю Россию. Сделай то, что должен сделать.
Николай II кивнул. Он встал, подошел к окну, посмотрел на заснеженный парк. Когда он обернулся, в его лице не осталось и тени сомнения. Это был уже не усталый, затравленный человек, а самодержец, принявший тяжкое, но единственно верное решение.
— Хорошо. Дядя, вы уже начали работу по изоляции шифров. Продолжайте. Создайте это «Криптографическое отделение». Подчиняйтесь только мне лично. Англичанам скажите, что материалы повреждены, требуют сложной реставрации. Тяните время. Полковник Батюшин, я назначаю вас моим личным представителем по особым поручениям при Ставке с правами генерал-майора. Ваша задача — координировать все действия в этом направлении. Используйте любые ресурсы. Через министра иностранных дел Сазонова я дам указание нашим послам в Стокгольме, Берне и Вашингтоне начать осторожные зондажи о возможности мирной конференции и «утечки» о британских провокациях. Но все должно быть в абсолютной тайне.
Он подошел к Батюшину и положил руку ему на плечо. Взгляд императора был тяжелым и пронзительным.
— Вы принесли мне страшное знание, полковник. Но вы же даете и шанс. Если мы спасем Россию, спасем детей… вы будете первым, кому мы будем обязаны. Если же вы ошиблись или играете какую-то свою игру… — он не договорил, но смысл был ясен.
— Я не ошибаюсь, Ваше Величество, — тихо сказал Батюшин. — Я видел могилы.
Государь вздрогнул и отвел руку.
— Дай Бог, чтобы этого не случилось. Дядя, полковник, действуйте. У вас есть полная моя поддержка. А теперь… извините, мне нужно побыть с Аликс. И… с детьми.
Николай Николаевич и Батюшин отдали честь и вышли. В коридоре, за тяжелой дубовой дверью, они на секунду остановились, опираясь о стену. Оба были мокрыми от холодного пота и истощены до предела.
— Мы сделали это, — прошептал великий князь. — Черт возьми, мы сделали это. Он поверил.
— Поверил, — согласился Батюшин. — Но теперь начинается самое трудное. Нам предстоит обмануть британскую разведку, сохранить тайну, возможно, пойти на прямой конфликт с союзниками. И все это в условиях продолжающейся войны.
— Держись, полковник, — хрипло сказал Николай Николаевич. — Теперь ты генерал. И у тебя есть миссия. Не дай «Лузитании» утонуть. Ради них. — Он кивнул в сторону закрытой двери.
Батюшин кивнул. Он снова был в роли, которая оказалась ему предназначена судьбой или странной игрой случая. Он был Николаем Степановичем Батюшиным, генерал-майором, личным представителем императора. И у него была одна цель: изменить ход истории. Первый шаг был сделан. Впереди были месяцы тонкой, опасной работы, где противниками будут не только немцы, но и те, кого вчера еще называли союзниками. И тикающие часы, отсчитывающие дни до мая 1915 года.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.