Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 163)
— Ваше величество, англичане ведут переговоры с немцами и японцами. Создают антирусскую коалицию. Пока неформально, но через год-два может оформиться в союз.
— Знаю, — кивнул я. — Они всегда так делают. Но мы не одни. У нас есть Франция, есть сочувствующие в Америке, есть нейтралы, которые боятся Англии больше, чем нас.
— Что будем делать?
— Укреплять союз с Францией. Дать им кредиты, технологии, оружие. Пусть строят армию, пусть готовятся. И сами будем готовиться.
— К войне?
— К миру, Щеглов. К миру, который держится на силе.
Сцена 20. Царское Село, лето 1910
Я сидел в парке с Дагмар. Вокруг цвели розы, пахло летом, где-то вдалеке играли дети — внук Коля и дети прислуги.
— Ты думаешь о войне? — спросила Дагмар.
— Всегда думаю, Минни.
— А о мире?
— И о мире тоже. Но мир без войны бывает только в раю. А мы живем на земле.
Она взяла меня за руку:
— Ты сделал все, что мог. Россия сильна, как никогда. Люди сыты, дети учатся, заводы работают. Если будет война — мы выстоим.
— Выстоим, — повторил я. — Но ценой крови. Опять.
— Это жизнь, Никса. Без крови не бывает.
— Я знаю. Но хочется, чтобы ее было меньше.
Она поцеловала меня в щеку и встала:
— Пойдем, внук зовет.
Мы пошли к дому. Солнце садилось за деревьями, золотя аллеи. Где-то вдалеке пел соловей.
Мир был прекрасен. И хрупок.
---
Часть 7. Вместо эпилога
Сцена 21. Москва, Кремль, сентябрь 1910
Я приехал в Москву на открытие памятника героям войны. На Красной площади собрались тысячи людей, играли оркестры, гремело «ура».
Памятник был огромен — русский солдат, опирающийся на танк, с винтовкой в руке. На постаменте — надпись: «Павшим за Россию. 1906–1907».
Я стоял у подножия и смотрел на лица ветеранов. Безрукие, безногие, с нашивками за ранения — они смотрели на меня с надеждой.
— Ваше величество! — крикнул кто-то. — Спасибо за победу!
— Спасибо вам! — ответил я. — Вы победили. Вы спасли Россию.
— А что дальше? — спросил пожилой солдат.
— Дальше — мир. Долгий, надежный мир. Мы построим заводы, дороги, города. Мы сделаем Россию такой сильной, что никто не посмеет напасть.
— А если посмеют?