Сергей Свой – Мир всё помнит иначе (страница 7)
На первой странице не было ни автора, ни издательства.
Только одна строчка, написанная от руки.
Алексей прочитал ее.
И несколько секунд просто не мог понять смысл написанного.
«Этого персонажа необходимо убрать. Он мешает развитию сюжета».
Он перечитал еще раз.
Потом закрыл книгу.
Открыл снова.
Надпись никуда не исчезла.
И только тогда он впервые за весь день подумал, что, возможно, происходящее с ним не ошибка.
Возможно, кто-то действительно что-то менял.
И почему-то в этой измененной реальности он оказался тем человеком, которого забыли удалить полностью.
Глава 2
Алексей еще долго сидел за кухонным столом, не выпуская книгу из рук. Он несколько раз открывал первую страницу, перечитывал единственную надпись и всякий раз испытывал одно и то же чувство — раздражение оттого, что никак не мог понять, кто и зачем это сделал.
Книга не выглядела старой. Обычный переплет из недорогой темно-серой ткани, без названия, без фамилии автора, без издательских реквизитов. Даже бумага была какой-то странной. Не глянцевой, не газетной, а плотной, чуть шероховатой на ощупь, словно ее изготовили вручную. Такие книги в магазинах не продавались, в этом Алексей был уверен.
Он попробовал вспомнить, когда видел ее в последний раз. И видел ли вообще.
Не получилось.
Книжный шкаф он разбирал совсем недавно, перед Новым годом. Тогда пришлось освободить две полки под профессиональную литературу, которую привез с работы. Он хорошо помнил этот вечер, потому что провозился почти до полуночи, а потом еще долго ворчал, что снова накупил книг больше, чем способен прочитать.
Такой книги там не было.
В этом он мог поклясться.
Алексей машинально перелистнул несколько страниц.
Они оказались пустыми.
Еще несколько страниц.
Снова ничего.
Он уже собирался закрыть книгу, решив, что имеет дело с чьей-то нелепой выходкой, но взгляд неожиданно зацепился за строчку, появившуюся почти в середине.
Ее точно не было пару секунд назад.
Он был готов в этом поклясться.
Чернила выглядели свежими, словно надпись появилась действительно несколько секунд назад.
Алексей невольно усмехнулся.
— Очень смешно...
Он даже оглянулся по сторонам, словно ожидал увидеть спрятанную камеру. Никакой другой реакции эта фраза сначала не вызвала. Если кто-то действительно решил устроить настолько сложный розыгрыш, то фантазии ему было не занимать.
Он снова перевернул страницу.
Дальше шел обычный текст.
Теперь книга уже не казалась пустой.
Более того, она была почти полностью исписана аккуратным, ровным почерком. Это был не типографский шрифт и не распечатка на принтере. Каждая буква выглядела так, будто ее вывели пером, не торопясь и не делая ни единой помарки.
Алексей начал читать.
Первые несколько строк не вызвали у него особого интереса.
В них рассказывалось о каком-то человеке, который проснулся раньше будильника, долго стоял у окна и жаловался на дождь. Потом он поставил чайник, посмотрел сообщения в телефоне и собрался на работу.
Алексей нахмурился.
Это слишком напоминало его собственное утро.
Он перевернул еще страницу.
Совпадений стало больше.
Пробка на Третьем кольце.
Разговор с охранником.
Все это уже произошло сегодня.
До мельчайших подробностей.
Он почувствовал, как по спине медленно пробежал холодок.
Конечно, совпадения бывают.
Иногда даже невероятные.
Но совпадение не может дословно воспроизводить разговор, который состоялся всего несколько часов назад.
Алексей быстро перелистнул еще несколько страниц.
Почерк оставался тем же.
История продолжалась.
Вот он входит в кабинет руководителя.
Вот пытается войти в систему.
Вот открывает телефон.
И чем дальше он читал, тем сильнее крепло ощущение, что кто-то незаметно стоит у него за спиной и подробно записывает каждое его движение.
Он резко захлопнул книгу и несколько секунд сидел неподвижно.
Сердце билось заметно быстрее.
Нет, этого не могло быть.
Если книга существовала раньше, то описать сегодняшний день заранее она не могла.
Если же ее подбросили совсем недавно, значит, кто-то находился рядом с ним весь день и каким-то невероятным образом успевал записывать происходящее.
Ни одно из объяснений не выглядело убедительным.
Он снова открыл книгу.