Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 34)

Данное правило идет в своде под пунктом 6, и не случайно Антон Павлович Чехов назвал свою знаменитую повесть, написанную через пару десятилетий, «Палата № 6», — можно предположить, что это дань памяти неудачно сформулированному правилу футбольного офсайда.

Футбол и регби: развод затянулся

Любопытно, что в ныне действующих правилах футбола пункт, описывающий офсайд, идет под номером 11. Но и в современных международных правилах регби правило «вне игры» изложено в пункте под номером 11, — вот она, встреча офсайдов!

К счастью, совпадая по номеру, трактовки «вне игры» расходятся по содержанию. Вот современное определение офсайда для игры в футбол:

Игрок находится в положении «вне игры», если любая часть его головы, тела или ноги находится на половине поля соперника (исключая среднюю линию), и любая часть его головы, тела или ноги ближе к линии ворот соперника, чем мяч и предпоследний игрок соперника.

Что же касается регби, то, как вы помните, эта игра, согласно популярной легенде (а история сплошь и рядом состоит из красивых легенд, будь то 300 спартанцев или Ледовое побоище), возникла из первобытного футбола: в 1823 году, когда унифицированные правила еще никому не снились, Уильям Уэбб Эллис, учившийся в частной школе города Регби (местечко в центре Англии, в двадцати километрах от Ковентри и тридцати от Лестера), во время очередной унылой нерезультативной игры в мяч ногами — а тогда можно было останавливать мяч руками, но нельзя было с ним перемещаться по полю, — вдруг схватил мяч и, пробежав с ним в руках через все поле, занес его в ворота. Парня, ясное дело, тут же побили за самоуправство, но идея бегать с мячом в руках по футбольному полю английскому студенчеству приглянулась, и новая игра в Англии прижилась. По правилам новой игры школы Регби, нельзя было пасовать вперед. Только назад. Поэтому атаки шли веером — мелким пасом ближайшему партнеру сзади.

Но футболистам-то за что такое наказание в виде веера и мелкого паса назад (хотя сегодня многие не уверенные в себе футболисты спасаются как раз этими самыми мелкими передачами назад)? В течение первых трех лет энтузиастам игры по унифицированным правилам приходилось бегать исключительно позади мяча. Но это ж бег по мукам, да и только! Попробуйте для интереса поиграть с таким правилом и посчитайте — сколько в воздухе за время матча повиснет крепких выражений… Единственным плюсом подобного варианта положения «вне игры» было развитие дриблинга: хочешь — не хочешь, приходилось самому идти с мячом вперед, обматывая соперника.

Но не дриблингом единым жив футбол, и уже в 1866 году Футбольная Ассоциация Англии опомнилась и, признав, что бес регби ее попутал, опубликовала первое изменение к принятому своду правил. Впервые вводилось понятие «офсайда». Игрок считался в положении вне игры, если перед ним и воротами соперника находилось по крайней мере три игрока противоположной команды (включая вратаря).

Привет, офсайд

Дело пошло. Игра начала стабилизироваться.

Считается, что первый офсайд был зафиксирован в марте 1866 года и не на ком-нибудь, а на Чарльзе Олкоке — придумавшем игру на вылет и организовавшем первый футбольный турнир на нашей планете, — что ж, значит, Бог метит не только шельму, — первым офсайдом был помечен великий апостол футбола.

В 1872 году офсайд стал фиксироваться в момент передачи, а не в тот момент, когда игрок уже получил мяч. Что это означает? А то, что теперь необходимо было следить за местом, где отдают передачу, и за местом, где ее принимают. Как это можно было осуществить на практике — никто толком не знал, и у первых судей, обслуживавших матчи, стал стремительно развиваться шейный остеохондроз. В конце концов, главных арбитров освободили от фиксации положений «вне игры» по состоянию здоровья, сделав ответственными за офсайды специальных людей на линии. Звали несчастных «лайнсменами».

А тем временем жизнь неслась вперед и требовала от футбольных законодателей новых уточнений, и они произошли. В 1903-м году было введено понятие «пассивный офсайд»: не мешал, не влиял, — значит, правила не нарушал. Просто рядом впереди бежал, проявляя пассивность. Отныне так разрешалось.

В 1907 году офсайд стал фиксироваться только на чужой половине поля. Зашивались лайнсмены, фиксируя офсайды по всему полю, а они ведь тоже люди. При этом игра постоянно останавливалась, что возмущало разум болельщиков.

В 1921 году отменили офсайд при вбрасывании аута. Мелочь, а тоже ведь в пользу динамики игры — вбрасывание аута могло теперь стать началом быстрой атаки на ворота. Короткий миг полной свободы перемещений. С другой стороны — своеобразная дань истории, — эпохе, когда все были в игре, обходясь без офсайдов.

Все эти нововведения, собственно, и должны были оживить игру, сделать ее более динамичной, зрелищной и результативной…

Но не тут-то было.

Ловушка

Начало XX века принесло миру ряд важнейших инноваций: Эрнест Резерфорд расщепляет атом, а североирландский защитник Билл Маккрэкен, игравший с 1904 по 1924 год за «Ньюкасл» и выигравший три чемпионских титула с одним Кубком в придачу, расщепил часть своего серого вещества и придумал офсайдную ловушку, или так называемый искусственный офсайд.

По его сигналу все игроки команды выдвигались вперед, и соперник оказывался в офсайде. Все, кроме вратаря и последнего защитника, который при этом оставался сзади (ведь, согласно действовавшим правилам, офсайд фиксировался по двум защитникам и вратарю) и встречал нападающего, если тому вдруг удавалось избежать офсайда. Грамотно и со вкусом нашел Маккрэкен лазейку в правилах!

Из креативной искры защитника Билла возгорелось пламя офсайдовых ловушек по всей империи. Болельщики считали уже не количество голов — их было неприлично мало, — а количество положений «вне игры». Нормой стало сорок офсайдов за матч, а уважающие себя защитники норму перевыполняли с избытком («футбол, — говорили в те годы болельщики, — это игра в мяч ногами, которая заканчивается со счетом 0–0, при этом команды соревнуются в количестве искусственных офсайдов»). Особенно преуспели в этой футбольной забаве сам автор ловушки и его партнер по обороне Фрэнк Хадспет. Футболисты, приезжавшие на север Англии, шутили: «Как только мы, выйдя из поезда на перрон в Ньюкасле, слышим свисток сотрудника вокзала, нам кажется, что мы уже в офсайде»…

Но долго эта оборонительная вакханалия продолжаться не могла — чаша терпения широких народных масс переполнялась…

Второе рождение

И переполнилась. В 1925 году в Советском Союзе осудили Троцкого и начали строить социализм в одной отдельно взятой стране. Ну а в Англии местная Футбольная Ассоциация, осознав революционную ситуацию, приняла, возможно, самую радикальную поправку к футбольным правилам в XX веке. И касалась она, конечно же, главного регулятора: положения «вне игры».

Отныне игрок считался в офсайде, если перед ним и воротами соперника находилось менее трех игроков противоположной команды. Включая кипера, разумеется.

Скорбный труд английских футбольных законотворцев не пропал зря. Тяжкие оковы оборонительной тактики пали — если до принятия радикальной поправки, в сезоне 1924–1925, игроками Футбольной Лиги было забито 4700 голов, то в следующем сезоне футболисты за то же количество матчей, но с новым правилом офсайда, заколотили в сетку уже 6373 мяча. Рост производительности футбольного труда налицо! В сезоне 1926–1927 Джордж Кэмзелл, выступавший за «Мидлсбро», установил рекорд результативности, забив 59 мячей. А в следующем сезоне его результат перекрыл удивительный — невысокий, но постоянно забивавший головой — футболист Дикси Дин, главная легенда «Эвертона», забивший на один мяч больше (и этот рекорд — в 60 голов — держится до сих пор; выступая в Первом дивизионе Дикси Дин забил 310 голов в 362 матчах — это третий результат в истории; выступая за сборную Англии — забил 18 голов в 16 играх!).

Теперь, делая искусственный офсайд, можно было нарваться на крупную неприятность. Футбол стал приятнее, привлекательнее на вид, можно сказать — родился заново!

На зверя и ловец бежит. Именно в это время — а ничего случайного в мире не происходит — в лондонский «Арсенал» приходит великий английский тренер Герберт Чепмэн и оттягивает одного полузащитника в центр обороны, получая новую тактическую схему — «дубль-вэ». «Арсенал» становится сильнейшим клубом 30-х годов, а схемой «дубль-вэ» заразились не только в Европе, но и на далекой Амазонке, где, как известно, много диких обезьян. Пошла, поехала великолепная футбольная бразилиада…

Впрочем, вечную футбольную феерию изобрести невозможно — и в середине 60-х годов XX века на поле вернулась хорошо забытая старая офсайдная ловушка — в условиях действующих правил «вне игры». Особенно преуспели в этом оборонительном упражнении бельгийцы. Опять игра становилась оборонительной и монотонной (несмотря на отдельные всплески тотального футбола).

Что делать? Ясное дело — корректировать правило офсайда.

Офсайд, спаси нас от скуки!

В 1990 году — после скучнейшего Чемпионата мира, в котором впервые финал выиграла команда, забившая всего один гол, а проигравшие вообще мячей не забили, — футбольные законотворцы опубликовали изменение к правилам: теперь футболист не считался в офсайде, если он находился на одной линии с предпоследним игроком защищающейся команды.