Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 11)

Это было золотое время «Астон Виллы», воцарившейся на английском футбольном Олимпе. «Вилла» вытеснила северян и заставила столичные клубы ждать своего часа уже в следующем столетии…

Из нынешних грандов первым на высшую ступень английского чемпионата в год смерти королевы Виктории поднялся «Ливерпуль» (интересно, что к чемпионскому титулу мерсисайдцев привел тот же самый Том Уотсон, таким образом, Том — первый тренер, выигравший английскую Футбольную Лигу с двумя командами). Через семь лет чемпионом Англии стал «Манчестер Юнайтед». И лишь в 1931 году лондонский «Арсенал» — первым из столичных клубов (и клубов Южной Англии) — выиграл чемпионский титул.

Лучшими тренерами XIX века, и здесь сомнений быть не может, я называю Билли Саделла — тренера «Престона», Тома Уотсона — тренера «Сандерленда», а затем и «Ливерпуля», и Джорджа Рэмзи — тренера «Астон Виллы».

Лучшими футболистами XIX века я бы назвал двух шотландцев (а о шотландцах мы поговорим буквально через пару страниц, — вы только посмотрите, сколько их в этой миниатюрной главе, и точно также их было много и на английских полях в конце XIX века!): Артура Киннэрда, первого лорда футбола, и Арчи Хантера (не сказать о нем подробнее было бы преступлением против человечества!). И это были не только феноменальные игроки, но и люди с удивительной, потрясающей судьбой.

Заканчивался век девятнадцатый, железный, в течение которого Англия дала миру паровоз, телеграф, газовую плиту, пневматические шины, лампу накаливания, посудомоечную машину, зонтик со стальными спицами и рулонную туалетную бумагу. Но разве можно сравнить эти инновации с футболом — великой игрой, которой англичане неизлечимо заразили нашу планету — единственное место во Вселенной, где можно ощутить радость побед и горечь поражений?

Глава II. Всегда рядом

2.1. Зарождение шотландского футбола

Вышли мы все из народа

Шотландцы ведут свое происхождение от пиктов — сурового воинственного племени, с успехом населявшего северную часть Британии за восемнадцать веков до футбольной эры. Ничего не могли с пиктами поделать римляне, захватившие южную и центральную часть острова — не помогли ни передовое вооружение, ни идеальная дисциплина. Даже знание латыни не помогло. Для устрашения цивилизованных легионеров пикты разрисовывали себя темно-синей краской, становясь на лицо ужасными, недобрыми внутри и предельно живописными. Английское слово «picture» (картина) как раз и связано с названием этого племени — «пикты». И мы, нанося сегодня татуировку на тело, становимся в определенной исторической степени этими самыми пиктами — дикими, свирепыми, кровожадными, в общем — неотразимыми.

Император Адриан, договорившись со всеми соседями огромной Римской империи, с пиктами договориться так и не смог — крутые северные парни продолжали изводить защиту императора своими бесконечными результативными атаками, вынудив Адриана построить в начале II века высокий оборонительный вал, перекрывший Северную Британию с запада на восток в районе Ньюкасла (императору повезло — не каждую страну можно за одну пятилетку перекрыть с запада на восток).

Но что пиктам Адрианов вал? — разрисовав себя с особой тщательностью, они все равно прорвались в стремительной контратаке на английскую территорию, — не сразу, правда, но зато с завидной и надолго запоминающейся удалью, дойдя аж до самых британских ворот — города Лондона. В Лондоне пикты знатно погуляли — сожгли полгорода, празднуя взятие ворот, и ликвидировали изрядную часть местного населения, усомнившегося в целесообразности праздничного пожара. Римляне, подтянув резервы, вытеснили гостевую команду северян на ее половину поля, но уже не так легко и эффективно как раньше — в рядах легионеров появляется все больше мигрантов и гастарбайтеров, и как следствие этого — захромала дисциплина и стала стремительно увядать латынь. В конце концов римляне и вовсе уйдут из Британии — останавливать Аттилу, который со своими товарищами с востока (по имени гунны) реально посягал на целостность древнеримской империи на континенте.

Не успели пикты обрадоваться единоличному лидерству на британском острове, как на смену римлянам пришли с юга германские команды англов, саксов и ютов, а с востока стали давить на психику убойные ребята из сборной Норвегии — их в Европе шепотом называли викингами и боялись пуще смерти (ведь перед матчами их атакующая линия принимала допинг в виде сырых мухоморов и была практически неудержима на поле). За десять веков до футбольной эры, устав воевать против всех, пикты соединились с ирландскими скоттами и образовали государство, которое вредные англичане, припомнив пиктам — как те отжигали в их столице, — назвали не Пиктландией, а Скотландией или Шотландией.

Новоиспеченные шотландцы пару веков отбивались от викингов и семь веков от англичан, жаждущих покорить неугомонного северного соседа. Отбивались бы и дальше, если б у враждовавших не появились общие короли и коммерческие интересы. Против своего же короля и личной выгоды не попрешь — пришлось подписывать унию о дружбе и любви с доселе ненавистными англичанами.

Но нет худа без добра: межнациональное бракосочетание позволило горцам перековать мечи на мячи. Ну а поскольку руки гордого пикта или настороженного скотта всегда должны покоиться на рукоятке кинжала — мало ли что судьба уготовит — в качестве основного национального развлечения была выбрана игра в мяч ногами.

В футбол в Шотландии играли и раньше. И так же, как и в Англии, местные короли запрещали футбол, отвлекавший население от сельскохозяйственной деятельности и военной подготовки, причем первый официальный декрет о запрете этой игры был издан еще Яковом I в начале V века до футбольной эры (1424). Особенностью же шотландского футбола во времена позднего Средневековья, своего рода ноу-хау пиктов и скоттов, было применение игроками огнестрельного оружия во время матча. В самом деле — куда гордому шотландцу девать руки, если мяч ими трогать нельзя, а за пазухой пистоль? И почему бы не прервать прорыв по флангу метким выстрелом, тем более если в соперниках — представители враждебного клана?

Применение оружия во время матчей массового характера не приобрело (хотя зрителям нравилось), но свой след в истории футбола оставило: игроки стали гораздо активнее распространять свой футбольный опыт, причем не только среди мужчин, которые так и норовили пасть смертью храбрых, но и среди женщин. И вскоре в горных районах Шотландии появился удивительный обычай: одинокие девушки клана по особым праздникам играли в футбол с замужними. Эти матчи собирали огромную аудиторию. Мужчины внимательно следили за действиями своих жен, ведь если женщина беспричинно меняет свою игровую позицию, ошибается при передачах и выбивает мяч в аут — вероятность ее измены в супружеской жизни весьма высока. Холостые же юноши, наблюдая за ходом матча, подыскивали себе будущую спутницу. Впервые в истории человечества невеста выбиралась, исходя из того, как она играла в футбол — как принимала решения на поле и вписывалась в командную игру… Точность выбора была на редкость высока — в жене, выбранной на футбольном поле, муж был абсолютно уверен. Такие супруги жили в стабильном согласии и умирали в один день, когда их со скалы сбрасывали представители соседнего клана.

Наконец — в 1824 году в столице Шотландии, суровом и величественном Эдинбурге, было создано первое зафиксированное футбольное формирование. Молодые потомки пиктов и скоттов встречались по субботам в местном лесопарке, делились примерно поровну и гоняли мяч под восторженные крики местных жителей, собиравших в округе грузди и лисички. Самое главное — то, что парни каждый раз записывали в небольшие блокноты с названием «Foot-Ball Club» свои фамилии и правила, по которым они в тот день намеревались играть. Несколько таких блокнотов уцелели и стали одной из главных британских реликвий наряду с Великой хартией вольностей, подписанной чуть более шестисот лет назад коварным Иоанном Безземельным.

Но дальше — эстафету первородства перехватили вечные соседи и соперники шотландцев: потомки бриттов, англосаксов и нормандцев, скрывающиеся и поныне под псевдонимом «англичане». Проявив чудеса интуиции, изобретательства и управления, англичане опередили шотландцев на всех основных этапах появления новой игры. И футбольное Рождество (1863) — за Англией, и в ясли пошел футбол в этих краях, и на ноги встал именно здесь… Шотландцы же шли проторенным англичанами путем с отставанием от двух до десяти лет по каждому пункту.

Итак…

В дальний путь на долгие года

Четвертый год футбольной эры (1867) — в Глазго создается первый футбольный клуб — «Куинз Парк» (в Англии первый клуб — «Шеффилд» — был создан за 10 лет до этого), который, согласившись с правилами английской Футбольной Ассоциации, сумел дважды дойти до финала Кубка Англии. И это притом что игрокам приходилось преодолевать не только расстояния, но и позицию истинных патриотов Шотландии, воспринявших футбол в штыки — ведь это была игра ненавистных завоевателей! Но ничего уже не могло удержать парней из «Куинз Парка» — они полюбили футбол до такой степени, что первыми в мире научились играть накоротке, отдавая мяч друг другу не только вперед, но и назад и даже поперек поля. При такой игре, которую уже вполне можно было назвать комбинационной, футболисты постоянно оказывались перед выбором одного варианта из многих, а значит — им приходилось быстро думать, оценивая текущую ситуацию, и принимать оперативные эффективные решения.