Сергей Сухинов – Звездная застава (страница 36)
Командир озадаченно кивнул. Отобрав у Вадима издание, он стал неторопливо листать статью, обильно украшенную фотографиями макетов суперсовременных зданий. На одной из страниц он действительно нашел изображение яйцевидного летающего города, как две капли воды похожее на то, что увидели Корин с Асташевским над озером.
— Любопытно, — нахмурившись, процедил командир. — Не думаю, что это сходство случайно. Пришельцы, прежде чем попасть в катастрофу, могли некоторое время тайно изучать земную цивилизацию. Не исключено, что они могли сделать с орбиты и фотографии марсианской выставки.
— Но она состоялась два года назад, Володя, — напомнил ему Корин.
— Ну и что? — раздраженно ответил командир. — Давайте не будем отвлекаться на мелочи. Главное сейчас не этот мираж, а то, что мы с Саблиным обнаружили космолет! Если позволите, я доложу вкратце результаты нашего полета над долиной.
Рассказ командира все выслушали с неослабевающим вниманием. Снимок ажурной конструкции космолета, чем-то напоминающего Эйфелеву башню, пошел по рукам. Даже Марта не выдержала и, вскочив с кресла, попыталась разглядеть фотоснимки из-за спин сидевших товарищей.
— Вот они, милые, где собрались, — прогудел сквозь пышные усы Асташевский, разглядывая изображения желто-бурых «кальмаров», скопившихся в расщелинах скал вблизи корабля. — Ого, сколько их! Десять… нет, Даже двенадцать. Интересно, чего это они копошатся?
— Мы наблюдали за космолетом минуты две, не больше, — нерешительно произнес Саблин, искоса поглядывая на невозмутимого Поплавского. — Я могу, конечно, ошибаться, но у меня сложилось впечатление…
— Они готовятся к отлету! — перебил его Ашот, энергично взмахнув рукой. — Я сам видел, как двое чудищ оттащили от корабля вспомогательные фермы. Что я, предстартовой подготовки не видел, что ли?
— Положим, предстартовой подготовки инопланетян ты не видел никогда, — иронически возразил командир. — Не стоит наводить панику, не располагая точными фактами. Саблин, продолжай.
Когда-то Виталий начинал свою работу в космосе механиком старта, и потому его мнение представлял особый интерес. Заместитель командира не привык быть в центре всеобщего внимания. Его стихией был второй план, подыгрыш ведущим, но в создавшейся ситуации отмалчиваться было невозможно.
— Согласен с вами, Владимир Павлович, — после некоторого колебания произнес он, с трудом выдавливая из себя слова. — Как только инопланетяне заметили нас, один из них немедленно начал уничтожать лазерным лучом часть ферм и какие-то пустые емкости. Подобные операции, как известно, входят в перечень работ по предстартовой подготовке земных космолетов…
— Итак, пришельцы готовятся к отлету, — холодно прервал Саблина командир. — Корпус Станции для них не помеха, корабль пройдет через него как сквозь пустоту. Возникает вопрос — почему «кальмары» пытаются исчезнуть, даже не попытавшись за прошедшие месяцы вступить в контакт с людьми? Возможность для этого у них была, хотя бы во время встречи со спасателями…
Заметив недоуменные взгляды товарищей, командир нехотя пояснил:
— Должен признаться, я до сих пор умалчивал кое о каких фактах — на этом настаивали мои друзья из правительства. Да черт с ними, с секретами! Короче, через несколько дней после загадочного взрыва в Заповедник все-таки сумела проникнуть армейская группа спасателей. Тогда-то и произошло странное событие. На лесной дороге вездеход едва не наехал на монстра, обвивающего тело молодой женщины длинными змеевидными щупальцами. Нервы у парней не выдержали. Они отогнали чудище в сторону от трупа и сожгли его в пепел лучами бластеров.
— Да-а-а, — выдавил из себя потрясенный Ашот. — Хороший секрет, интересный. Без него как-то спокойней было.
— Спасателям, конечно, никто не поверил, — продолжал Поплавский, внимательно наблюдавший за реакцией товарищей на его рассказ. — Доказательств-то у них не было! На всякий случай ребят списали в запас, дабы монстры посреди бела дня им больше не чудились. Разумеется, никому и в голову не могло прийти, что чудовища — это разумные существа!
Корин насторожился. Ему показалось, что командир пытается повернуть разговор в какое-то иное русло, но тут вмешался Вадим:
— Ох, наломали дров братья по разуму, — сокрушенно произнес он. — Горы трупов, мутирующий лес с его дьявольскими хронотрещинами… Я бы на месте пришельцев тоже не рвался вступать в контакт. Тем более что и мы, люди, умеем палить из бластеров без суда и следствия.
— Постойте, я не совсем понимаю, — сказала Марта, внимательно изучая фотографии, сделанные Саблиным во время полета над долиной. — Почему же «кальмары» не улетели сразу после вынужденной посадки в Заповеднике? Коли их космолет получил серьезные повреждения, то как объяснить игры с Топью, миражами, каменными истуканами? А что означает статуя, которую увидел Игорь в центре призрачного Города? Похоже на символ братания двух цивилизаций — и вместе с тем пришельцы явно избегают контакта с людьми. Загадки, одни загадка…
— Верно! — поддержал астробиолога Асташевский. — И самая большая тайна все-таки состоит в сходстве наших зданий с бесплотными строениями инопланетян. Володя, ты ничего не слышал в последнее время о Лазареве? Интересно, он бывал когда-нибудь в этих местах?
— Очень интересно, — сухо прервал Вадима командир, словно не услышав его вопроса. — Но самое любопытное, товарищи, в том, что до рассвета осталось всего два часа. Хорошо еще, что наш очаровательный ксенопсихолог догадался загрузить бортовую ЭВМ «Белки» различными видами программ типа «Контакт» — так, на всякий случай. Марта, как у тебя дела? Сейчас надежда только на тебя.
— Я пошла готовить оборудование, — вздохнув, сказала Марта, поднимаясь с кресла. — Вадик, милый, ты мне поможешь?..
Вскоре салон опустел — один Поплавский остался сидеть у экрана, глубоко задумавшись. Пододвинув поближе журнальный столик, на котором беспорядочно были разбросаны фотографии, он небрежно отбросил в сторону изображение космолета пришельцев» увеличенные снимки самих «кальмаров» — и пристально стал всматриваться в овальные здания, висящие над озером. Помедлив, он встал, подошел к сейфу, встроенному в стену салона, и достал оттуда папку со списками имен людей, погибших в Заповеднике во время катастрофы. На второй же странице он обнаружил строчку, на которую раньше почему-то не обращал внимания: «Лазарев Петр Борисович, архитектор, пропал без вести…»
Услышав в коридоре чьи-то шаги, командир быстро вновь спрятал бумаги в сейф, а фотографию города-«яйца» после некоторого колебания засунул в нагрудный карман.
Глава 7
В комнате было пыльно и грязно, пол усыпали мелкие камешки, искореженные металлические детали, а у выхода лежал, опираясь на стену, пульт управления двигателем космолета, отсвечивая множеством матовых экранов. В дальнем, плохо освещенном углу стоял длинный монтажный стол, на котором, тихо жужжа, копошились крошечные роботы-наладчики, приводя в порядок снятые с пульта блоки.
Дорианин — этим словом пришельцы, кажется, называли себя — лежал на каменной плите у темного проема окна, свесив до самого пола жилистые «щупальца», и пристально смотрел на Марту тремя фасетчатыми, как у стрекозы, глазами.
Астробиолог устроилась в мягком кресле неподалеку от инопланетянина и устало регулировала переносной компьютер, то и дело поглядывая на дисплей. Марта чувствовала себя на редкость разбитой, и даже таблетки этомина, которые она время от времени принимала вместе с кофе, не вызывали у нее приступов бодрости. Провода путались в непослушных руках, контактный разъем то и дело выскакивал из гнезда, но хуже всего было то, что она не имела никакого желания продолжать контакт с пришельцем…
Вот уже третий день она проводила долгие часы в здании, грубо сложенном из огромных каменных блоков, где безуспешно пыталась сломать стену отчуждения между людьми и «кальмарами». Нельзя было сказать, что дориане проявили недружелюбие или уклонялись от встреч. Порой пришельцы даже позволяли людям присутствовать при операциях ремонта и сборки каких-то сложных подсистем, которые немедленно затем отправлялись на космолет. Но этим пассивным отношением все и ограничивалось. С Мартой постоянно встречался только один из дориан, которому травма нескольких «щупалец» не позволяла с полной нагрузкой работать в мастерской. Два-три раза в сутки он оставлял центральный сборочный пункт и перебирался сюда, в лабораторию. Сама Марта почти не покидала здания. Она не могла выдержать вопросительных взглядов товарищей, их нарочито небрежных вопросов: «Ну как дела?» Нет, никто не торопил ее, все отлично понимали сложность стоявшей перед ней задачи, но дело практически не продвигалось, и она чувствовала свою вину.
— Начнем сеанс, — сказала Марта на линкосе, универсальном языке, созданном учеными специально для давно ожидаемого контакта. — Вы готовы, дорианин?
Марте показалось, что пришелец утвердительно кивнул, но она тут же одернула себя — в жестикуляции дориан она совершенно не разбиралась. Впрочем, так же как и в глухом, невнятном потоке их речи, который упрямо отказывался расшифровывать мощный компьютер.
На дисплее высветилась (в который уже раз!) таблица контакта первой ступени. Дорианин тут же уставился в нее круглыми глазами и что-то неразборчиво забормотал. Марта некоторое время пыталась уловить в потоке шипящих звуков какие-либо знакомые словосочетания, которые ей с грехом пополам удалось выудить во время предыдущих сеансов, но вскоре, отчаявшись, откинулась на спинку кресла, полузакрыв глаза. У нее было ощущение, что «кальмар» каждый раз говорил на разном языке. Уловить какую-то систему в этой каше звуков казалось совершенно невозможно.