Сергей Стэн – Приграничное поселение (страница 60)

Девушка неслышно коснулась Коляна и показала на правую фигуру, имитировав рубящий удар по собственному горлу. Колян понимающе опустил подбородок.

–Краф, мы с тобой бьём левого. Постарайся сработать на максимум. Я его не смогу долго держать, как Колян. Поехали!

Краф перед боем втихаря одел подаренное кольцо. По пути он достаточно натренировался, и сбрасывая лишнюю энергию, и накладывая «исцеление» на растянутые вчерашними тренажёрами мышцы. В принципе, оказалось не очень сложно. В момент формирования силового каста нужно было держать в памяти перед собой кольцо, словно пропуская силу через него, и тогда оно работало особенно эффективно.

Сейчас, словно скрываясь за массивным камнем, он собирал сгусток энергии с окружающего пространства. Кольцо послушно создала вакуумную воронку, куда сразу потекла энергия. Мысленно разогнав воздушный шар замахом из-за спины, парень резко убрал контроль и сжатый большим давлением воздух выстрелил, как из пращи. Эффект превзошёл все его ожидания.

Слизняк, который бросился на Такари, принял удар всей своей головогрудью.

Вы нанесли удар «воздушным камнем» в критически важный орган. Урон – 19

Такари едва успела отвернуть лицо. Брызги слизи разлетелись по сторонам. Две трубчатые лапы отломились сразу, а третью закрутило так, что выплеснувшаяся из неё струя слизи веером улетела вверх и за спину, немало смутив Коляна. Тот с трудом удерживал бьющегося на аркане второго монстра.

Такари с криком вонзила копью в ошеломлённого ударом противника, и оно против заскрипело, перерезая мускульные мешки со слизью.

Победа!

Слизняк прямоходящий, семейство слизней – погибает

Уровень 3

Жизнь 0/28

Но останавливаться было рано. Рядом плевался ядовитой слизью второй противник. Краф забежал чуть сбоку, выводя Коляна с линии удара, и на этот раз «ледяная стрела» нашла цель. Этот удар был не столь ошеломляющим, и информационная система подтвердила снятие только 6 энергетических единиц. Но Колян заметно приободрился, а Краф только сейчас понял, что таких крупных слизняков им ещё не попадалось.

Слизняк прямоходящий, семейство слизней

Уровень 5

Жизнь 25/38

Опасность – небольшая, ядовитые обжигающие плети, базовый урон: 4,8

действие яда 0,01-0,015 в минуту

Подскочившая Такари, наотмашь полоснула копьём-протазаном по размытой слизистой фигуре и ещё 3 снятые единички урона облегчили жизнь изнывающему от напряжения танку. На этот раз Краф прицелился более тщательно. Бить воздушным камнем он боялся. От таких ударов слизь брызжет во все стороны… а вот «ледяная стрела» с мягким чавканьем вошла в район живота монстра, без таких внешних эффектов. Тело урода вокруг раны покрылось ледяным налётом и система сообщила о снятии ещё 8 единиц.

Колян, резко дёрнув арканом, пригнул на мгновенье безобразное туловище, и Краф понял, что победа близка. Оставшиеся 12 единиц гнилой жизни были не без отвращения распиты на троих. Копьё Такари, «ледяная стрела» отрядного мага, и аркан Коляна, окончательно придавил урода к земле.

Несколько секунд все рассматривали крупную жертву. Пятый уровень оказался не так прост. Но всё же победа им досталась без потерь, если не считать дрожащие от усталости руки Коляна и прожженную в двух местах куртку Такари.

– Не знаю, как вы, а я перекур… – освободив тело слизняка от лыковой петли Колян устало опустился на примятую боем траву. Рядом села Такари старательно очищающая куртку.

– Ну ты даёшь Крафчик. Чем ты его долбанул? Гранатой что ли?

– Он попал в главную слизистую железу – подсказал Колян, который, не смотря на борьбу с 5-ти уровневым монстром, ухитрялся ещё и наблюдать за товарищами.

– Да я тоже так сначала подумала, но он же ещё и руки ему повыбивал сразу. Как сухие палки – взгляд её чёрных глаз продолжал сверлить парня и Краф молча поднял перед ней зажатый кулак с одетым перстнем.

– Нифига себе – сразу всё поняла Такари, – а я гадаю откуда у тебя такой фич? Неужели перстень такой мощный? Я думала он на регенерацию.

– Не надо только говорить нигде. Это никому не должно быть интересно. Просто вам не сказать я не могу. Мы должны знать возможности друг друга.

– Нифига себе подарочек… – японка долго и задумчиво смотрела на парня. Колян уже забыл, и занялся чисткой оружия, а девушка всё смотрела и смотрела.

– Ты знаешь насколько такая приблуда может потянуть?

Краф равнодушно пожал плечами.

– Что же ты сделал такого необычного для своей рогатой благодетельницы?

– Трахнул, наверное, с особым цинизмом, между… – Колян не успел рассмеяться над собственной шуткой. Подзатыльник заставил его клацнуть зубами, едва не прикусив язык. Рука у щуплой на вид японки оказалась необычайно тяжёлой.

– Ладно, лучше проедем. Знать такое опасно. Ляпнешь где своим бестолковым языком, а люди кругом добрые… Не дай бог Айлу узнает. И Крафу ещё достанется – девушка демонстративно застегнула ремень подсохшей куртки – Отдохнули? Давай Колян в рабочую позу. Опять на плечи полезу.

Так они обнаружили одного за одним ещё двух слизняков. В эти разы обошлось без накладок, и особенно не уставшие друзья опять присели на отдых.

– У кого сколько в общей сумме? У меня одиннадцать сотых – радостно сообщила Такари.

– Восемь сотых.

Краф на секунду замялся. У него подросли статы сразу и по физике и по менталке.

– Четыре сотых ловкость и двадцать четыре сотых в ментальном древе.

Колян уважительно посмотрел на него.

– Как же я мечтал быть в одной команде с магом. Ты давай качайся дальше, мы таких дел наделаем…

– Наделаем, наделаем… главное, чтоб не в штаны – ехидно передразнила здоровяка японка, и знаком приказав пригнуться, быстро взобралась ему на плечи. Прищурившись, она оценила высоту солнца.

– Подъём! Вокруг никого нет. Я предлагаю заглянуть хоть в одну хижину.

Колян радостно выпятил грудь.

– Давно пора, я только за. Сколько от этих уродов трястись можно. Только ты Крафа прикрой плотнее, с его недоделанным третьим. А я чо… если понадобится и на перерождение скатаюсь. Первый раз что ли?

Оставаясь в зарослях травы, они по нескольку раз тщательно оглядели прилегающие дома и улицы. И только тогда, изрядно нервничая, они стали приближаться к выбранной похожей на приплюснутый блин хижине. Она стояла чуть поодаль, и из неё имелось два противоположных пути отхода. Обе двери и окно были давно вынесены, и внутри проглядывалась только угольная тьма.

– Никого – шёпотом констатировал Колян и копьё в его руке качнулось.

«А он тоже изрядно нервничает» – подумалось Крафу, и он сам с трудом разжал кулак, слившийся в одно целое с рукоятью кинжала. Тот кухонный нож парень давно продал за чисто символическую плату, и теперь на поясе висел боевой клинок, как две капли напоминающий осетинский.

И всё же вошли они в облюбованный дом не сразу. За долгие минуты наблюдения никакого движения ни внутри, ни снаружи на каменистой мостовой замечено не было. Одной дверью дом смотрел на бескрайнее море степной травы, другая выходила на узкую извилистую улочку. Оттуда несло как из самоварной трубы затхлым воздухом, пропитанным гнилостными миазмами. Глухой стук иногда прерывался воем и визгом, но чувствовалось что все эти звуки доносятся ветром издалека. Видимо в центре города кипела жизнь и в эти жаркие дневные часы.

Краф сразу, как они выбрались из-под прикрытия травяной стены, наложил на себя и держащихся рядом с ним друзей лёгкий купол ментальной невидимости. Энергии он жрал гораздо меньше, чем защита от обычного взгляда, и Краф не боялся, что запас «выносливости» растает на значительное количество.

В зоне прямой видимости никого не было уже долго, и Такари первой подошла к выбитой двери. Здесь она встала и пропустила вперёд мощную фигуру привычно танкующего Коляна. Сама она вошла после Крафа. Всё правильно. Тылы в условиях тесной городской застройки прикрывать нужно особенно тщательно.

Спёртая духота вместе с темнотой сразу окутали бойцов. Заставили задержаться в дверях. Нужно чтобы глаза привыкли к темноте. Лёгкие сразу наполнились давно протухшими испарениями и ощущение тяжёлого гнилостного смрада быстро притупилось. Краф тронул плечо вслушивающегося в тишину дома Коляна и танк, согласно кивнув, медленно шагнул вперёд. Краф, безуспешно пытаясь найти комбинацию, чтобы создать подобие ночного зрения, отправился следом. Сзади неслышно двинулась японка.

Длинный коридор с единственным поворотом вывел их в совершенно тёмный холл. Краф это понял по изменившемуся гулу собственных шагов и сразу кожей почувствовал движение воздуха. Видимо есть открытые двери, ведущие к окнам.

Свет зажечь означало заранее выдать своё присутствие, но ничего другого не оставалось. Когда Такари достала из сумки световой шар и поднесла его к лицу, она не увидела собственной руки. Странная абсолютная темнота в доме дышала чем-то неопределённым и опасным. И всё-таки шар медленно зафосфорицировал, откинув зеленоватые блики сначала на напряжённые лица, а потом и на стены. Четыре чёрных дверных проёма уставились на них, как пустые глазницы мертвеца…

– Тихо… – предупреждение девушки было лишним, оба парня и так замерли, улавливая на уровне подсознания лёгкий шорох… поскрипывание, щелчок… и снова шорох…