Сергей Стариди – Коллектор (страница 1)
Сергей Стариди
Коллектор
В отделе взыскания «Банка доброго государства» пахло озоном, дешевым кофе из автомата и кислым человеческим потом, въевшимся в обивку кресел. Над столом Антона светился корпоративный плакат:
Мы не караем. Мы восстанавливаем финансовую дисциплину.
Антон поморщился, разминая шею, и натянул нейрошлем. Контакты привычно впились в виски.
Темнота загрузки сменилась серо-коричневым полумраком ячейки 404-Г. Базовый тариф. Воздух в таких ячейках всегда делали спертым – так у должников быстрее падала концентрация и раньше начинались ошибки. В методичке это называлось
Посреди комнаты на корточках сидел аватар.
Константин Эдуардович Ларин, пятьдесят два года, бывший владелец сети строительных магазинов. Просроченная задолженность – тридцать миллионов. Остаток срока взыскания – восемь лет субъективного времени.
Перед ним висело окно сортировки низкоуровневого рекламного мусора. Ползунок прогресса стоял на нуле уже второй субъективный час.
Антон выпрямился, автоматически поправил манжету и включил микрофон.
– Добрый день, Константин Эдуардович, – сказал он мягко, почти участливо. – Система фиксирует критическое снижение вашей производительности. За текущий период вы не обработали ни одного пакета данных.
Аватар медленно поднял голову. Лицо у него уже начинало расползаться по пикселям: базовый тариф экономил на стабильности рендера.
– Я не могу больше, – выдохнул Ларин. – У меня руки… я не чувствую рук. Клавиши проваливаются. Там все течет. Там один код. Просто выключите меня.
Антон перевел взгляд на внутренний интерфейс шлема.
– Банк не практикует немотивированное удаление активов, Константин Эдуардович, – с вежливой печалью ответил он. – Мы ценим ваш вклад в погашение задолженности. Пожалуйста, вернитесь к работе, чтобы избежать мер коррекции.
Несколько секунд Ларин смотрел на него мутным, больным взглядом. Потом сорвался:
– Да пошел ты. Слышишь? Пошел ты к черту, мразь канцелярская. Я не буду на вас работать.
Он дернулся вперед, как будто хотел броситься, и тут же ударился о невидимую границу административного доступа.
Антон вздохнул. Третий срыв за смену. Один и тот же сценарий.
– Очень жаль, что вы выбрали неконструктивный формат диалога, – сказал он и положил руку на встроенную в подлокотник панель.
Тумблер PING он повернул до 800 миллисекунд.
Разрешение рендера опустил до 144p.
Эффект наступил сразу.
Лицо Ларина распалось на крупные дрожащие квадраты. Воздух в ячейке пошел рваными рывками. Мужчина попытался вдохнуть, но вдох пришел к нему с задержкой; тело уже получило команду на следующий спазм, не дождавшись предыдущего. Он захрипел, согнулся, схватился за горло. Каждое движение запаздывало, наслаивалось само на себя и отзывалось таким усилием, словно мышцы отдирали от костей тупым ножом.
Антон дождался, пока на внутреннем индикаторе уровень паники не войдет в рабочий диапазон.
Десять секунд.
Потом вернул настройки в исходное положение.
Пространство стабилизировалось. Ларин повалился на бок и закашлялся, хватая ртом воздух так жадно, будто действительно мог задохнуться.
– Надеюсь, теперь мы понимаем друг друга, Константин Эдуардович, – сказал Антон все тем же спокойным голосом. – Ваш норматив на сегодня увеличен на пятнадцать процентов в счет компенсации простоя. Хорошего дня.
Он нажал ВЫХОД.
Когда шлем сошел с головы, сперва вернулся запах кофе, потом – тяжесть собственного тела. На рабочем мониторе уже мигало уведомление:
Антон провел ладонью по лицу. Под пальцами осталась липкая усталость.
В правом нижнем углу висело сообщение от жены.
Он перечитал сообщение дважды. Потом посмотрел на сумму бонуса.
И вдруг, без спроса, из памяти всплыло: мокрый январский снег, серый двор, мать на остановке в тонких демисезонных сапогах с разошедшейся молнией. Она тогда сказала, что ей не холодно. Ему было двенадцать, и он сразу понял, что это ложь.
Антон сжал челюсти и быстро набрал:
Он отправил сообщение и несколько секунд смотрел, как на экране гаснет индикатор доставки.
Потом открыл следующий протокол.
В этот момент поверх очереди задач вспыхнул новый тикет, помеченный красным флажком.
Обычная рутина.
Красный флажок тикета пульсировал в углу экрана, требуя подтверждения. Антон вывел на монитор сводку по объекту 112-Ф, пока остывал нейрошлем.
Перед погружением он всегда просматривал логи. Это помогало настроить оптику.
Сумма долга по меркам корпоративного сектора была почти ничтожной – один миллион двести тысяч рублей. Такие задолженности обычно закрывались за десять-пятнадцать субъективных лет, если объект не накапливал штрафы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.