Сергей Спящий – Следователи из отдела статистики (страница 48)

— Входит такой в активированном комбинезоне, но без шлема — рассказывал Миша размахивая руками: — Спрашивает: кто здесь Беликов. Поднимаю руку. Он подходит и говорит: нам нужна ваша помощь, прошу пройти. Представляешь?! Даже боюсь подумать, что там без меня ребята нафантазировали.

Математик радостно улыбался, предвкушая минуты славы по возвращению.

Лена и Ира рассказали, что это они не выдержали и пришли со всеми наработками в милицию. Там их поначалу не восприняли серьёзно, но, вникнув, сразу подключили безопасников, потом всё завертелось и они помчались в институт потому, что согласно расчётам и помощи от юных разведчиков именно Коля был главным подозреваемым. А ещё оказалось, что в милицию уже поступали сообщения о неоднократном перерасходе энергии реакторов института изучения физики пространства, где он работал над дипломным проектом. По началу на перерасход энергии не обращали внимание, но в совокупности факты усиливали значение друг друга. В институте по ночному времени практически никого не было. Ни твой, ни Колин коммуникаторы не отзывались. А потом противопожарная система подала сигнал о возгорании в одном из складских подземных помещений.

— Вот значит как — кивнула Таня.

— Рассказывай, оттуда у тебя синяки? Зачем выключила коммуникатор?

— Я не выключала — ответила Таня.

— Тогда почему он был недоступен?

Таня вдохнула собираясь всё рассказать: — Я была в Африке.

— Тебя серьёзно спрашивают, а ты шутишь — обиделся Беликов.

— Нет, правда — начала Таня, но закончить не успела так как вошёл безопасник и сказал, что с ними хотят поговорить.

— Мы идём — ответила за всех Лена. Миша сжал руку стоящей рядом Ире и прошептал себе под нос: — Такая вот Африка.

Подлеченный и приведённый в нормальное состояние Эдуард Владимирович Подводный сидел в одном из двух полукруглых кресел. В другом, поставленном напротив, устроился безопасник. Он был не молод и, скорее всего, занимал высокое место во внутренней иерархии комитета государственной безопасности. Сказать точнее было нельзя потому, что безопасники не носили знаков различия ограничиваясь защитными костюмами. В деактивированном состоянии они выглядели как чёрные комбинезоны с неброской эмблемой ГосБеза на груди. В случае надобности безопасники предъявляли электронные ключи разграничивающие уровни их полномочий. Видимо сейчас такой надобности не было потому, что сидящий перед Эдуардом Валидмировичем безопасник не сбрасывал ему никакого ключа. А если бы и сбросил, учёный всё равно не смог бы проверить его подлинность без коммуникатора. Честно говоря: без последнего он чувствовал себя человеком забывшим надеть какой-то важный элемент одежды и вышедшим на улицу без штанины или с дырой на брюках.

Поёрзав в кресле, Эдуард Владимирович вопросительно взглянул в лицо собеседнику. На столе стояли две чашки с тонизирующим напитком. Безопасник отпил из ближайшей продолжая молчать и, как будто, не интересуясь Эдуардом Владимировичем. Учёный покосился на предназначенную ему чашку, но пить не стал. Врач в институте и без того вкалывал ему какой-то стимулятор и мешать его с тоником скорее всего не стоило.

Посчитав выдержанную паузу достаточно, безопасник коротко глянул на Эдуарда Владимировича и произнёс усталым голосом: — Вы понимаете, что совершили преступление против народа?

Эдуард Владимирович вздрогнул: — Вы преувеличиваете.

— Скорее преуменьшаю.

— Тогда не понимаю — учёный ощутил сильное иррациональное желание взять в руки какой-то предмет. Карандаш, планшет, ту ж кружку с тоником чтобы отпить из неё и тем самым занять требующие какого-либо действия руки. Сцепив пальцы в замок, Эдуард Владимировича поднял глаза, наткнувшись на усталый и сочувствующий взгляд безопасника. Сочувствующий? Уж не показалось ли ему?

— Установка цела, инфокристал с чертежами и обоснованием теории находится у ваших людей. Я готов оказывать любое содействие в доработке установки. Не понимаю вас. Конечно, мои действия можно считать проступком, они и есть проступок. Но преступление против народа?

— Вы не понимаете — заметил безопасник.

— Так объясните — потребовал учёный.

— Хорошо. Вы представляете, как можно применить телепортацию с изменяемой дальностью в военном деле?

— Расстояние ограничено.

— Бросьте. Ваш прибор сможет открывать «окна» на Венере и Марсе. О каком ограничении идёт речь.

— В военном деле? — Эдуард Владимирович задумался: — Даже не знаю. Может быть возможно открывать микропорталы поглощающие летящие ракеты и выбрасывающие их где-нибудь в безопасном месте. Но сейчас это чистая фантастика. На открытие портала требуется время, вы просто не успеете.

— Похвально, что вы мыслите с точки зрения защиты, но подумайте о стратегии первого удара. Выброска десанта в любом месте территории противника. Зачем запускать ракету оснащённую сложнейшими устройствами защиты от противоракетного оружия, когда можно просто и аккуратно доставить бомбу к цели. Зачем вообще нужны бомбы, если можно открыть прямой портал на Солнце и вылить на противника несколько капель расплавленного солнечного золота?

— Вы собираетесь — Эдуард Владимирович побледнел прикрывая рот ладонью как будто страшась непроизнесённых слов: — Не может быть.

Словно не слыша его, безопасник продолжил: — Теперь давайте представим, что у Запада или Востока уже имеется подобное оружие. Это вполне возможно так как в целом весь мир находится примерно на одном технологическом уровне.

Большая война слишком серьёзный шаг. Можно сказать: чудовищно серьёзный. Даже обладая чудо-оружием невозможно сразу и гарантировано уничтожить все войска противоборствующей стороны тем более что часть из них располагается вне земли. Наш гипотетический условный противник скрывает это оружие потому, что опасается тяжёлых потерь в случае попытки его применения. Аналогия: сытый и ленивый кот, спокойно дремлющий в полной уверенности, что чудо-оружием обладает он один.

И вдруг он узнаёт, что подобное чудо получил кто-то ещё. Защиты от него нет. Противоракетная оборона, импульсный щит, самые глубокие бомбоубежища — всё тщетно. Может быть когда-нибудь появится защита от нуль-транспортировки, но сейчас её ни у кого нет. Наш гипотетический противник боится, что первым ударит чудо-оружием не он, а по нему. Допустим, что у него меньше космических кораблей, меньше военных баз в близком внеземелье и более слабое обычное вооружение по причине упорного следования отсталому экономико-политическому курсу. Аналогия: трус с большой дубиной в руках. С каждым годом он всё больше и больше отстаёт от своего соседа. Прогноз не благоприятен. Как вы думаете: пойдёт ли он на нанесение первого удара поняв, что его последняя надежда, чудо-оружие, теперь доступно и другой стороне?

Эдуард Владимирович молчал. Наконец он смог разлепить как будто смёрзшиеся губы и спросил: — У них уже есть теллепортация на произвольное расстояние?

— Вы имеете в виду американцев или имперцев? — безопасник натужно усмехнулся: — Я не знаю. Что вы на меня так смотрите? Всеведущ лишь господь бог, которого согласно учению переработанного марксизма не существует и, значит, всего не знает никто. Следовательно, в мире вполне может быть что-то, чего не знает и ГосБез.

Могу сказать, что все три сверхдержавы ведут активную разработку технологий мгновенно телепортации. В первую очередь как раз пытаясь научиться изменять расстояние до точки выхода. Мы знаем, что у вас это получилось. Получилось ли у кого-то ещё — мне не известно.

Дно опустевшей кружки с тонизирующем напитком ударилось о стол. Безопасник нервничал и слишком сильно ударил кружкой по столу. Или хотел показать, что нервничает. Как известно в ГосБез берут только людей имеющих стальные нервы.

— Какой чёрт вас понёс в эту Африку?

Эдуард Владимирович морфировал воротник в более широкий. Ему неожиданно стало душно. Морфировал в спешке и вместо аккуратного выреза получился косой треугольник с рваными краями, но он не обратил внимание: — Я всегда мечтал побывать. С детства, понимаете?

— Побывали. Какие впечатления?

— Отвратительные.

Безопасник кивнул, как будто выбирал где провести отпуск и принял к сведению рекомендации товарища. Однако Эдуард Владимирович уже не мог успокоиться так просто. Старый учёный сидел уставившись невидящими глазами в стену за спиной безопасника и вдруг спросил голосом потерявшегося ребёнка: — Что теперь делать?

— Жить — пустые кружки унёс робоуборщик на тонких, сгибающихся под невозможными углами, ножках. Безопасник встал полагая разговор законченным: — Любить, работать, радоваться, печалиться — всё тоже самое, что делали раньше. И ещё готовиться к самому худшему надеясь, что приготовления никогда не понадобятся и мы всего лишь зазря потеряем немного времени.

— Как я смогу спокойно жить зная всё, что вы мне рассказали? — спросил Эдуард Владимирович.

— Рассказал я вам не так и много. Спокойно жить вы, конечно, не сможете. Добро пожаловать на службу в комитет государственной безопасности. Подайте заявление инк-секретарю на выходе. Вначале будете научным консультантом по вопросам нуль-транспортных технологий. Чуть было не забыл: вот ваш коммуникатор. Всего хорошего.

Безопасник ушёл. Эдуард Владимирович какое-то время сидел, осмысливая случившееся. Сказать, что его мир перевернулся было бы слишком явным преуменьшением. Проклятая установка. Зачем он её придумал? Хотя, если у американцев или имперцев уже есть что-то подобное, то он не навредил, а помог своей стране, несмотря на неизбежное ухудшение политической обстановке. Произошедшее опять же по его вине.