Сергей Спящий – Следователи из отдела статистики (страница 10)

— Прямой как стрела — подтвердил медвежонок: — Разве вы хотите попасть на красный проспект?

— Да ну тебя! — рассердилась Таня: — То есть спасибо за помощь.

Она была вежливой девушкой, когда вспоминала об этом. Мишка собрался исчезнуть превратившись в золотистый контур, когда Таня окликнула его: — Подожди, как лучше доехать вот сюда.

И ткнула пальцем в выцветшую карту. Тотчас карта вспыхнула изначальным цветом и вернувшийся медвежонок предложил на выбор три различных маршрута. Один проходил через метро, два других шли по поверхности. Залезать под землю Таня не желала и поэтому выбрала автобус. Весь путь она не отлипала от окна и терзала контекстную справку на предмет того, что именно она сейчас видит. Вернее видела секунду назад, так как автобус уже проехал мимо. А точнее две секунды назад. Ух-ты, а это что за штука? Вот, опять проехали.

Её будущий дом Тане понравился. Не такой высоки как окружающие колоссы, но тоже не маленький — два десятка этажей. Вокруг довольно большой и немного запущенный парк с поломанными и ещё не убранными после отгремевшей несколько дней назад последней весенней грозы ветвями. Берёзы соседствовали с клёнами, те безуспешно пытались забить рябиновые заросли и Тане пришлось пригнуться проходя под раскидистыми ветвями черёмухи усеянными завязями будущих ягод на месте недавних цветов. Молодое, сильное дерево почти не пострадало от недавней бури и только миллионы лепестков на шесть метров в обе стороны устилали дорожное покрытие белым, стоптанным ковром. Видимо у районного управления благоустройства до этого парка руки доходили сугубо по остаточному принципу.

Но именно это Тане и нравилось. В Топках тоже далеко не каждый парк и не каждый дом сиял ежедневным идеальным уходом. Случайно ли её поселили именно сюда или постарался кто-то из будущих коллег, а то и сам городской интеллект, глава многих служб занимающихся его собственным благоустройством и статистического управления в том числе? Таня склонялась в пользу предположения о счастливой случайности. Но дело в том, что её работа отчасти и заключалась в том, чтобы такие «счастливые случайности» происходили как будто бы сами собой. Позволяя большинству людей уделять как можно меньшее внимание примитивному быту, сосредоточившись на решении по-настоящему важных вопросов.

Остановившись, Таня ещё раз оглядела свой новый дом. Чем-то он походил на сказочный замок, только на башенках ретрансляционных антенн не хватало развивающихся флагов. Сверкающие односторонней поляризацией окна, как будто замысловатые украшения. усеивали всю поверхность дома. Неизвестный бородатый человек в нелепой, старинной одежде опирался на перила набережной, вполоборота глядя на замершую девушку со стены. Кто-то из древних. Не Ленин, потому как его характерную лысину Таня уж наверняка бы узнала и не Сталин потому, что без трубки и без усов. А никаких других политических деятелей тех времён она не знала в лицо. Конечно портрет был подписан, но надпись закрывали верхушки деревьев окутавшихся зелёными шапками листьев.

Древний с минуту подождал, словно надеясь на то, что девушка вспомнит его. Затем покачал головой и медленно ушёл вглубь стены тяжело опираясь на перила и немного подволакивая правую ногу. Почему-то Тане вдруг сделалось стыдно за непреднамеренную забывчивость. Чтобы рассеять это неприятно чувство она громко произнесла: — Здравствуй новый дом!

Внезапно откуда-то сбоку послышался ответ: — И тебе не хворать красавица.

Будучи до этого момента полностью уверенная в том, что она одна на тенистой алее, Таня испуганно ойкнула и подпрыгнула теряя сумки из рук и невольно принимая оборонительную позу из курса элементарной самообороны вбитого в неё на уроках военки в школе.

— Да ты никак драться со мной собралась, милая? — засмеялся ветхий старичок, сидящий на скамейке под березой в стволе которой было такое большое дупло, что в него можно было без труда засунуть кулак. Танин кулак, ну или этого хитро улыбающегося старичка. А сжатый кулак Николая Подводного пожалуй бы войти всё-таки не сумел.

Берёза была старая и довольно сильно истерзанная недавней грозой. Вокруг скамейки валялись обломанные ветви, но сам ствол крепко сидел в земле. Дупло на уровне головы сидящего человека как будто нарисовано углём на белом стволе. Основание дерева бугрилось выступающими из земли корнями и оно явно намеревалось простоять так ещё не один год и увидеть, что же эти удивительные люди сделают с миром дальше.

Старичок был маленький и сморщенный, будто печённое яблоко сверх мере передержанное в печи. Он неподвижно сидел наполовину закрытый спускающимися, словно коричнево-зелёные косы, ветвями берёзы, поэтому Таня поначалу не заметила его.

Ей и вправду недостаёт внимательности. Правильно говорил учитель на военной подготовке, когда объяснял почему она не может изучать диверсионное дело — голубую мечту всех мальчишек и девчонок учащихся в начальных классах. Ещё бы они не мечтали об этом! Количество голофильмов и книг посвящённых разведчикам и автономным отрядам диверсантов перерезающих линий коммуникаций гипотетического противника уступает только количеству фильмов прославляющих пилотов «боевых ангелов» — властелинов воздушного океана от земли и до безвоздушного пространства. Таня прекрасно помнила: с каким восторгом и даже немного с завистью вся школа смотрела на немногих счастливчиков допущенных к факультативным занятиям по основе разведывательных операций. Конечно большинство из «счастливчиков» были избыточно модифицированными и если бы конкурс прошли только избыточники, то никто бы особенно и не завидовал. Ну повезло им, что тут поделаешь. Но с Таниного потока в разведчики допустили двоих «обычных». Одного, правда, вскоре отчислили с факультативных занятий, а другой честно прошёл весь курс. Каким героем он ходил по школе!

Разглядев неожиданного собеседника, Таня смутилась. Покраснели даже выставленные вперёд кисти рук приготовленные для мягкого отражения ударов направленных в голову и в корпус.

— Простите пожалуйста — пролепетала девушка.

С интересом наблюдая за сменном цвета её щёк, старик поднялся держась за ствол дерева и за спинку скамейки. Таня бросилась собирать выпавшие из зелёной сумки продукты. Туго свёрнутый пакет с пирогами подкатился под ноги её новому знакомому. Прежде чем она успела наклониться, старик сам поднял свёрток и протянул ей крепко держа в высохшей, тонкой руке.

Какой же он старый — подумала Таня.

Пряча глаза она пробормотала: — Я бы сама подняла. Спасибо.

— Бетта шесть? — поинтересовался неугомонный старик.

— Что? — сначала не поняла Таня. Поправилась: — Бетта пять. Базовый уровень подготовки.

— Вот и смотрю, что на шестёрку ты не тянешь — заметил старик: — Чуть дальше отставляй ногу — будет легче удерживать равновесие в схватке с массивным противником. И расслабь плечи. С твоей комплекцией ты должна стать не камнем, а пружиной из мягкой стали. Твоя сила в плавных обхватах и обводах, а не в моще удара или в жёсткости блоков.

— Учитель на военке говорил тоже самое — улыбнулась Таня.

Словно не слыша её, странный старик продолжал: — Самое главное это быть всегда настороже. Самый искусный боец проиграет, если подпустит врага слишком близко.

Стоящий в шаге от девушки старик сделал неуловимое движение ладонью вывернув ей запястье и обездвижив до того как Таня поняла, что происходит. При этом он успел подхватить выпавшую из рук сумку ужасного ядовито-зелёного цвета и в сохранности поставить на траву.

— Поняла? — спросил старик.

— Поняла — согласилась девушка. Он отпустил и растирая руки Таня на всякий случай сделала шаг назад, подальше от нового знакомого выглядевшим таким же старым как время, однако на деле оказавшимся весьма необычным пенсионером.

Когда она шагнула назад, уголки губ старика раздвинулись в улыбке и он кивнул: — Правильно. Только мало понять, надо ещё и помнить. Всегда помнить и оставаться настороже.

— Я только не понимаю где те враги, которых нельзя подпускать слишком близко? — поинтересовалась девушка.

Старик как-то сник и кряхтя развернулся потрусив к облюбованной скамье: — Верно говоришь, нет больше врагов. А может и есть, только слишком далеко. И сидят тихо как мыши. Вчера враг, сегодня друг, завтра опять враг.

— Так не бывает — сказала Таня.

— Как не бывает?

— Чтобы сегодня друг, а завтра враг. Значит: он не был настоящим другом, если потом стал опять врагом.

— Может быть и не бывает — согласился старик усаживаясь на скамейку. Сиденье под ним пошло волнами, изменяя форму, чтобы было удобнее сидеть.

Таня собрала продукты в сумку. Неподвижно сидящий старик закрыл глаза. На его лицо падала тень от листвы и солнечные лучи — редкие и от того более ценные, сумевшие пройти между тысяч листьев.

— Как хорошо здесь в начале лета — прошептал необычный пенсионер.

— Вы здесь живёте? — спросила Таня.

— Жил когда-то давно. Сегодня я ускользнул от докторов. Было бы преступлением продолжать лечиться в такой хороший день.

Таня растерянно хлопала глазами.

— Решаешь должна ли ты известить медиков о моём местонахождении? Пустое. Доктор Галишенко прекрасно знает где меня искать, так как сбегая из под его присмотра я каждый раз прихожу сюда. Тем более если бы я не хотел, чтобы меня нашли, то меня бы и не смогли найти.