Сергей Спящий – Сияние севера (страница 54)
Внутренний уровень угрозы, суммируемый системой, нарастал, но очень медленно.
А до обеда оставалось уже куда меньше двух десятков минут.
***
-Врата, в целом, открываются вполне стабильно, -помахивая надкусанным пряником вещал один из научных сотрудников для собравшихся вокруг, в ожидании пока закипит чайник, членов команды профессора.
Услышав словосочетание «в целом», Екатерина не смогла сдержать улыбки.
-Нет, ну накладки конечно имеются, -заметив её усмешку тут же поспешил поправиться сотрудник.
-Эти накладки нам неделю назад чуть было Льва Ивановича не спалили, вместе со всем оборудованием.
-И главное объект очнулся на какие-то секунды, -поддержали её.
-Как он только успевает себе лобные доли регенерировать? Отрезаем ведь чуть ли не по часам. И всё равно приходится объект постоянно под мощными седативными держать, -пожаловался нарколог. Его сочувственно поддержали, особенно молодые помощники и помощницы, вынужденные оставаться наедине с объектом, на момент экспериментов, когда Непийводу и других учёных мастодонтов принудительно заставляли прятаться в убежище.
Особенно активно кивал тот самый Лев Иванович - молодой парень лет двадцати пяти, со следами лечения ожогов лица и рук. Видеть его лишённое сгоревших бровей и волос лицо было очень непривычно.
-Зато получилось выяснить в какое количество миров открывается проход с когалымской портальной площадки. Сорок семь! Наверняка это число должно значить что-то особенное.
-Может быть это не разные планеты, а одна и та же. На земле открой портал в джунгли, сосновый бор, в пустыню или тундру - тоже подумаешь, что совсем разные миры, если не знаешь.
-Надо начинать вести планомерные наблюдения за ночным небом в других мирах, -сказала Катя.
-Тут, подруга, все понимают, что надо. Но ты поди безопасников убеди! Всё боятся, как бы демоны чего не проведали. Помнишь, как открыли портал, а там какой-то город? Мигом захлопнули и потом три дня новых экспериментов не проводили.
Закипевший чайник на секунду прервал разговоры. Учёная братия выставила принесённые с собой кружки, куда успевший расправиться с пряником научный сотрудник, с полным ощущением собственной важности, разливал кипяток.
В так называемый «предбанник» лаборатории вошёл ещё один научный сотрудник. Его тут же позвали присоединиться к чаепитию, но он успокаивающе махнул рукой и не стал подходить.
Получив свою долю кипятка в кружку с заранее положенными туда заменителями сахара и чая, Катя подняла глаза, собираясь продолжить прерванную вскипевшим чайником беседу, но наткнулась на совершенно безумный взгляд Виталия.
Виталий недавно присоединился к команде профессора. Выглядел он как типичный студент-отличник, разве только очков не носил. Точнее раньше носил, но совсем давно, когда ещё был человеком. В начале третьего года войны вторжения Виталик предал человеческую расу и получил метку бездны. Это была довольно грустная история полная одновременно и самопожертвования, и подлости. Катя знала её потому, что Виталий сам рассказал, когда пришёл в лабораторию. Блестящий молодой учёный-биолог со специализацией на становившемся модным, перед самым вторжением, направлении искусственного редактирования человеческого генома. Даже профессор Непийвода слышал о нём в своё время. Правда думал, что он погиб, как многие и многие, кого не смогли или не успели эвакуировать. Виталий выжил, правда стал инфералом, а всем известно, как люди превращаются в инфералов. Для этого необходим высший демон, начиная с ранга дьявола, человеческая жертва и добровольное участие в ритуале самого реципиента.
На полулюбительском уровне, не имея необходимого оборудования и возможности производить требуемые эксперименты, Виталий всё время, после обращения, продолжал изучать иномирных тварей, других инфералов и самого себя. Он накопил любопытный материал. Неоднократно помогал сопротивлению и партизанам, ушедшим в леса и развернувшим свою собственную войну с захватчиками. Когда стальной генерал отменил закон о нулевой терпимости к предателям человеческого рода, Виталий сам вышел к солдатам. Какое-то время его терзали контрразведчики, но в конце концов было решено использовать бывшего молодого учёного по профилю. Так он, в конце концов и попал в команду профессора.
Катя ещё не успела определиться со своим личным отношением к Виталику.
Но сейчас она случайно взглянула на него и читала на его лице всю гамму обуревавших парня чувств.
Сначала обычная настороженность. Как у человека, вдруг почувствовавшего странный запах. Потом беспокойство - он крутит головой, пытаясь найти источник запаха или чего-то другого, что можно было бы с ним сравнить.
Взгляд Виталика упёрся в только что вошедшего в лабораторный комплекс сотрудника. Секундное непонимание. Потом он резко отвернулся, словно опасаясь, что тот заметит его повышенное внимание. Катя сидела близко и видела, как пальцами свободной руки Виталик нащупывает тревожный браслет и резко дёргает за него, разрывая тонкую цепочку.
Дальше события закрутились с ужасающей быстротой.
Видимо тот, кто вошёл под чужим обликом в лабораторию, тоже почувствовал Виталика тем странным чутьём, которым хищные звери способны чувствовать друг другу на расстоянии.
Вскинув руку, он выстрелил молнией, но Виталик создал что-то вроде щита, защищая сгрудившихся вокруг чайника учёных.
Тогда инферал прыгнул вперёд сам и принялся кромсать попадающихся людей невероятно быстро отросшими когтями, каждый размером с добрый ножик. Двоих учёных, стоявших на пути, он разделал в мгновение ока. Катя почувствовала, как её с силой оттолкнули в сторону и, уже падая, увидела рванную рану, оставленную на груди оттолкнувшего его инферала Виталика. А потом в лабораторию ворвались стоявшие наготове солдаты в закрытых шлемах и в два ствола расстреляли прыгнувшую на них тварь.
По всему укрепрайону завыли сигналы тревоги. Автоматически захлопывались и блокировались двери. Охрана хватала оружие и закрывала забрала шлемов.
И больше всего охранники внешнего кольца безопасности сожалели, что тревога началась прямо перед обедом, буквально за пару минут до него.
Сначала они сожалели, а потом, когда стали известные все обстоятельства почти удавшегося внедрения, молча радовались. Ведь всего несколько минут спустя они должны были спускаться в столовую на обед.
Глава одиннадцатая. Предложение, от которого можно отказаться
На внезапно объявившийся под Когалымом отряд эльфов устроили настоящую охоту. Те, кого послали как охотников и диверсантов сами сделались дичью. Надо сказать, весьма умелой и неудобной для охотников, но всё равно дичью.
Маскировочные плащи эльфов позволяли им скрываться от наблюдения с воздуха, а благодаря умению лёгкого шага они могли идти по свежевыпавшему снегу не оставляя следов. Но взбешённое даже не слишком удачной попыткой террора на растянувшихся коммуникациях командование привлекло к поимке остроухих диверсантов такие силы и средства, что уйти у тех не оставалось никакой возможности. Раз вцепившись в хвост удирающим, что есть мочи, эльфам, люди так и продолжали держаться, словно сжавший зубы бульдог. Долгое отступление в сторону всё дальше откатывающегося фронта превратилось для эльфов в одно очень долгое и растянутое сражение.
И если охотники могли подменять друг друга, выводя из преследования уставших бойцов и вводя свежие силы, то эльфам оставалось только бежать. Даже запредельной выносливости эльфийских воинов положен предел.
Короткая очередь в три снаряда из автоматической пушки ударила в основание могучего кедра. Раненный исполин пошатнулся, но не упал, продолжая стоять, чуть кособочась, как раненый богатырь.
Горазд сместил машину так, чтобы если кто лежал, скрываясь за тем кедром, то его можно было накрыть следующим выстрелом. Но там, где они ожидали увидеть подраненного или, быть может, уже успешно давшего дуба остроухого никого не было.
Потеряв противника из виду, пилоты забеспокоились. Горазд повёл танк на открытое пространство, подальше от стоящих вокруг деревьев. Золотилов сосредоточился на управлении парой дронов, которые точно загонные псы, сначала вывели их на отделившуюся от основной группы удирающих эльфов дичь, а потом старались держаться подальше от боя. Из своих мощных луков, эльфы на раз сбивали низколетящие беспилотники, а если те поднимались повыше, то просто прятались под маскировочными плащами.
-Где же ты гад. Куда же ты делся, -цедил сквозь зубы Николай, просматривая запись с обоих беспилотников, в поисках того момента, когда противник успел сменить местоположение.
Основные силы продолжали преследовать и добивать последние остатки остроухих диверсантов. То, что один из них отделился и попытался сделать крюк - заметили совершенно случайно. Одна единственная засветка на тепловизоре и достроенная системой управления боем траектория скрытого отступления. Полковник не хотел распылять силы и проконтролировать уже остывающий след послал только одну машину.
Танк-паук бежал по укрытой плотным снежным одеялом земле. Далеко впереди летели беспилотники, перекрывая наиболее вероятные векторы бегства. Первые полчаса Горазд вёл машину практически вслепую, руководствуясь только предположениями системы о том, где мог бы находиться беглец. Пилотам оставалось только надеяться, что предположения системы хоть сколько-то соответствуют реальности, а беглец, за которым они гонятся, действительно существует. Что он не ошибка в расчётах, работающих в параноидальном режиме алгоритмов.