Сергей Спящий – Поколение солнца (страница 13)
Первое: 202-ая поисково-разведывательная бригада выбрала имя для своего корабля: «Солнечный луч».
— Мы полетим быстро-быстро, как луч солнца, — убеждала товарищей Макаренко Ольга: — Осветим такие места, где ещё никогда не было солнца и где до того царила вечная тьма.
— Мне нравится, — решил Сергей. Мнение капитана весомо, но не абсолютно. Важно, что скажет коллектив.
— Мне тоже. Молодец Оля. Выносим на общее голосование.
Новое имя не было занято ни одним кораблём на свете. Оно понравилось остальным членам команды. Пришлось подумать, выбирая между «Лучом» и «Каплей света», предложенной Два-Ка, Кропоткиной Катей.
— Луч он как-то… более направленный, — высказался Андрей. — Точнее не направленный, а более стремительный. Вот, в чём дело. Голосую за «луч», прости Катя.
— А я тоже голосую за вариант Оли! — сказала Катя. Вопрос был решён.
В качестве капитана, Сергей связался с начальником селеноградского завода космических кораблей, товарищем Цзу Чжаном и попросил зарегистрировать в реестре ГлавКосмоса 202-ой корабль серии «Жемчуг» под именем «Солнечный луч».
— Да здравствует космический корабль «Солнечный луч»! — провозгласил Мих и, от радости, начал отбивать ритм ладонями по столу. — Ура!
— И зачем портить стол? — возмутилась Два-Ка.
— Этот стол переживёт падение метеорита, — возразил Мих. Но, на всякий случай, барабанить перестал.
Вторым важным событием в жизни моего сумасбродного отца, произошедшим до отлёта, стали его тренировочные поединки с Аней и Олей.
Сдача экзаменов на следующую ступень по фехтованию приветствовалось УКИРом и всячески стимулировалось дополнительными балами и коэффициентами на личный счёт мастера и на общий счёт бригады. Говорили, что таким образом ГлавКосмос готовит резерв на случай войны или что где-то в солнечной системе появились космические пираты. Хотя как могут взять и появиться пираты? Где достать такую сложнейшую машину, как космический корабль, плюс обслуживающую инфраструктуру к нему, плюс уметь всем этим пользоваться — Мих не понимал. Легче уж поверить в приближающийся второй виток мутной террористической войны вроде лунной. Когда воюешь вроде бы с террористами, но их характерное вооружение и навыки и прекрасно обеспеченный тыл невольно заставляют задуматься.
Раз ГлавКосмос поощряет развитие умений в области фехтования, значит, следует непременно развиваться — решил капитан «Солнечного луча». Тренировочные залы в Селенограде, разумеется, имелись и даже в избытке. После рабочего дня посвящённого настройке и проверке систем «Луча» команда дружно шла в один из таких залов и махала мечами под руководством двух тренеров — китайца и крепкого, словно дуб, белоруса, бывшего космодесантника. Внешне тренеры выглядели парой противоположностей. Сухой, невысокий, предпочитающий показывать, а не объяснять, китаец. И богатырской комплекции, с ранней сединой на висках, громогласный, весёлый, атлетический сложенный, словно древнегреческий бог, белорус. Но учеников оба гоняли одинаково сильно.
В том же зале подтянули стрелковую подготовку, у кого она хромала и отработали командное взаимодействие. Капитан довольно улыбался, подсчитывая сотые доли балов, принесённые командными тренировками в общие закрома «Солнечного луча». Мелочь, конечно. Но это были первые балы заработанные их командой.
Щукина Лена — корабельный врач, диетолог и специалист по сложному биосинтезу как-то сказала капитану: — Ты похож на Кощея.
— Я? На Кощея? — возмутился Сергей. — Ну ладно, может быть похож немного. Только Кощей над своим златом чах, а я, с вами, расцветаю.
А Мих, красавец Мих, бродяга Мих, вышел против моей будущей мамы, Ани Снежной, и с треском проиграл.
Продул!
Слил!
Безоговорочное поражение!
И дело не только в том, что Аня, на тот момент, была мастером второй ступени, а Мих всего лишь первой. Ступени всего лишь сданные приёмной комиссией экзамены. Они достаточно условны, хотя и служат показателями мастерства.
Нет, Мих проиграл с разгромным счётом, через полторы минуты после начала тренировочного боя, так как его любимым стилем был пустотный — заточенный под гравитацию много слабее лунной или её отсутствие. Аня владела лунным стилем и потому на луне (да и на Земле тоже) имела подавляющее преимущество.
По рукам и ногам скованный слабой лунной гравитацией, Мих не мог использовать стремительные и головокружительные атаки свойственные пустотному стилю и с самого начала вынужден был перейти в оборону. Итог закономерен.
Наблюдающий за их боем тренер-белорус вздохнул: — Пустотник?
Мих неопределённо мотнул плечами. Тренировочный комбинезон сиял тремя алыми полосами. На шее, в месте сочленения шлема со скафандром. В районе где, в скафандре, обычно располагается система регенерации воздуха и под мышкой правой руки. В подмышках защита всегда слабее, даже в боевых абордажных скафандрах.
— Не замыкайся на одном стиле, — посоветовал тренер, — оставайся свободным и только тогда сможешь стать мастером.
— Нахватались они тут от китайцев, — подумал Мих, но вслух вежливо поблагодарил. Совет был полезен, несмотря на то, что звучал как китайская народная поговорка.
Поединок с Макаренко Олей прошёл несколько лучше. Он продержался около десяти минут и сумел нанести два удара. Правда вскользь и компьютер посчитал, что будь на Оле боевой скафандр, Мих бы не смог пробить его нанесёнными вскользь ударами.
После поединка Оля прыгнула на Миха, точно большая, весёлая кошка: — Проиграл! Давай, стихи читай!
— Может быть не надо?
— Надо Мишенька, надо, — проворковала Оля.
— Ну, если надо, — Мих откашлялся, встал в позу и начал декларировать:
Люди в зале удивлённо оборачивались. Тренер-китаец прятал улыбку в уголках прищуренных глаз. Оля сияла, словно покрытый светоотражающим покрытием дорожный знак. Размеренно и с расстановкой, Мих читал стихотворение Пушкина.
Дочитав, поклонился под хлопки публики. Показал смеющейся Оле язык. А вот не надо было спорить с этой ехидной!
Девятнадцатого октября «Солнечный луч» начали готовить к полёту. Вывели реактор из ждущего режима в основной. Отключились от систем порта. Вернули ремонтникам их ненаглядных роботов. Сергей-капитан с удовольствием бы оставил ремонтных роботов себе. В дальнем полёте всё пригодится. Но он обещал ремонтникам вернуть, и пришлось возвращать.
Мих написал младшей сестрёнке Лике письмо:
«Улетаем. Совсем скоро улетаем, Лика! Не давай маме грустить и не забывай готовиться к школе. Думаешь: до школы ещё далеко? А вот и нет — следующий год для тебя особенный. Учебный год. Первый учебный год. А я привезу тебе кусочек самого лучшего астероида, который встречу».
Старшей сестре Мих написал: — Как там родители?
— Нормально, — ответила сестра Миха и моя родная тётка, Майорова Катерина: — Думаешь, как умотал на Луну весь мир рухнул? Так вот: не рухнул. Хотя грустят, конечно. Папа ещё ничего, а вот маму иногда замечаю в задумчиво-печальном состоянии. Стараемся с мужем чаще заходить к предкам в гости. Но и ты, братец, не забывай писать письма. Причём не столько видео, сколько самые обычные. Почему-то им мама радуется больше. И не жалуйся, что писать не о чем. Не поверю!
— Вам скоро распределяться по парам? — резко сменила тему старшая сестра.
Мих представил её: сидящую на кухонном подоконнике. Сестрёнка с детства любила сидеть на подоконниках, а в их квартире кухонные подоконники самые широкие. Сидит на подоконнике и строчит в коммуникатор. Свет выключен, только горят цветными огоньками индикаторы над плитой, холодильником и вакуумным шкафом. Ещё падает отрезок света из коридора. В зале муж сестры, подключившись удалённо к большой электронной машине института, конструирует свойства искусственных белковых молекул перед пробным синтезом. Похожие на спутанные водоросли, трёхмерные голограммы этих молекул вращаются над журнальным столиком, над диваном и парой кресел стоящих в зале — заливают зал голубоватым, ровным светом.
Если сестра поднимет голову, то увидит отрезок этого голубого света, падающий из коридора. Но она не поднимает. А за окном море огней: окна, фары машин и габаритные огни на высотках. Сестра переписывается с Михом по коммуникатору. И приходится ждать ответ несколько лишних секунд потому, что он на Луне. Далеко-далеко по земным масштабам и очень близко по космическим.
— Вот и не скоро, — написал Мих. — Это ведь не делается по команде. Раз и распределились. Само должно как-то сложиться.
— Есть интересные девчонки? — спросила сестра. Почему-то сестёр только это и интересует в первую очередь. Даже если сестра — старший технолог на фабрике биосинтеза.
— Есть, — неохотно признался Мих. Помедлил и уточнил: — Целых две.
Сестра потребовала: — Рассказывай подробнее!
— Нечего рассказывать. Одна мастер фехтования второй ступени, другая первой. Обе специализируются на лунном стиле. Недавно разделали меня под орех, но когда взлетим непременно возьму реванш!
— Значит, пару юных мечниц себе присмотрел…
— Если будешь продолжать в том же духе, то я прекращу этот разговор, — пригрозил Мих.