Сергей Спящий – Одинокая республика (страница 12)

Однако доклад производственного отдела только открыл совещание. Основная тема обсуждалась позже.

Экспедиционный корпус за два месяца успешно закрепился в домене Ан-фееро. Четыре запущенные реактора с лихвой обеспечивали энергией посёлок, стройку и уже работающие комплексы. Пробное бурение дало отличный результат. Сейчас вокруг лежащего чуть ли не прямо под поверхностью нефтяного озера строили добывающий комплекс. Находящиеся в области лёгкой добычи сложные углеводороды обещали полностью решить проблему ресурсов для производства пищи, пластмасс и даже топлива. Хотя сжигать сложные углеводороды для выработки энергии — это варварство. Но если сейчас и здесь нужно, значит нужно.

Были построены два больших производственных комплекса ориентированных на производство ручного оружия и боеприпасов к нему. Строительство ещё одного комплекса временно приостановили, перенаправив строительные мощности на возведение жилищ и инфраструктуры для местного контингента.

От спутниковой разведки пришлось отказаться пока не появится возможность выводить спутники на более высокие орбиты. На низких маги вполне успешно сбивают их. Это также ставит под вопрос широкомасштабное использование авиации. Территория вокруг посёлка и производственных строений засеяна самоходными интеллектронными минами, произведёнными на построенных автоматизированных комплексах. Информационный отдел начал сборку и монтирование большого суперкомпьютера, полученного в последней поставке с Луны. Дальше в недрах суперкомпьютера предстояло вырастить сущность искусственного интеллекта. Грандиозная задача по восстановлению утерянных во время уничтожения Земли технологий. По уму такую задачу следовало бы реализовать заранее, но проблема состояла в том, что единственный оставшийся у человечества искусственный интеллект, Октябрина, категорически отказывалась терпеть конкурентов в подвластных её воле интеллектронных сетях. Поэтому приняли решение попытаться вырастить второй интеллект в физически обособленном суперкомпьютере. Октябрина дала добро и даже выполнила предварительные расчёты по максимизации вероятности зарождения нового разума в интеллектронных недрах. Наличие локального интеллекта очень облегчило бы вторжения. А если восстановить технологию и вырастить полноценный интеллект не удастся, суперкомпьютер будет использоваться в качестве сверхмощного расчётного центра, что тоже весьма неплохо.

Всего экспедиционный корпус на данный момент насчитывал неполные четыре тысячи инженеров, почти столько же солдат (большая часть пришла последними двумя пополнениями) и больше десяти тысяч местных, переданных повелителем в их распоряжение. Были сделаны большие запасы самоходных мин, разведывательных и ударных дронов. К двум десяткам спущенных с Луны танков-пауков присоединились четыре десятка произведённых на месте. Особенно сильно нарастили количество самоходных артиллерийских установок, как основного средства превентивного удара — целых сто двадцать штук.

Не зная до конца возможностей высших магов, по резиденции повелителя домена и дворцам наиболее могущественных аристократов решено было отработать ядерным оружие. Да, грязно, но землян слишком мало для полноценной затяжной войны. Население всей лунной республики, из которых большую часть составляют дети и подростки — меньше капли, в сравнении с населением всех доменов другого мира. А этот мир всего лишь один из многих на одном, из множества, лепестков веера. Бессмертные маги тысячелетиями враждуют между собой тщетно пытаясь захватить миры веера. Казалось бы — куда здесь встревать обычным смертным людям. Но Координатор верил, что есть идеи, способные пережить породивших их людей. Месть и справедливость. Жажда справедливости и стремление отомстить обидчику — есть ли в этом мире страсти сильнее?

Из плана выбивались темпы обучения местного контингента. Аналитики предполагали низкое качество человеческого материала, но не могли представить настолько оно низкое на самом деле. Если маги жили в застывшем на сотни тысяч лет феодальном строе, то большую часть неодарённых людей они держали на первобытном уровне. Обучать предполагалось слишком многому. Сроки срывались. Местные были крайне важны для плана вторжения. Не имея поддержки среди местных, невозможно в длительной перспективе удержать контроль над доменом.

В надежде хоть как-то уложиться хотя бы в крайние сроки, инженер-администратор экспедиционного корпуса ввёл дифференцированное обучение местных. Конечно, хотелось бы сначала добиться всеобщей грамотности, но чтобы метко стрелять и выполнять команды командира подразделения арифметика и умение читать/писать не так сильно и нужны. К перспективным местным приставили отдельных кураторов из числа земных специалистов. Солдат не хватало, поэтому привлекали и инженеров.

Координатор заочно одобрил решение инженер-администратора. Укреплять контакт с местными требовалось всеми силами. В конце концов земляне в чужом мире лишь горстка мелких камешков. Или у них получится вызвать обвал или огромный чужой мир проглотит их и переварит.

Они ещё могли выполнить в точности заказ повелителя и вернуться обратно, отказавшись от планов вторжения и свернув все приготовления. Может быть позже подвернётся более удачный случай. Может быть позже они будут знать больше и смогут лучше подготовиться. Октябрина отказывалась рассчитывать шансы на успех вторжения, отговариваясь слишком большим количеством неизвестных переменных. С другой стороны, она же рекомендовала попробовать. Выжидая слишком долго — рискуешь обнаружить, что опоздал.

В пустой зал совета вкатился сервисный дрон и целеустремлённо покатил к месту координатора. На подносе стоял один-единственный термостакан. Когда дрон подъехал ближе, координатор уловил запах лимона и мёда — его любимый ароматизатор. Гибкая механическая рука поставила термостакан на стол перед координатором. Дрон развернулся и также целеустремлённо покатил обратно.

Прикрыв глаза, координатор вторжения пригубил горячий, полный синтетических витаминов, чай. Искусственные ароматы мёда и лимона тревожили обоняние и вкус. Координатор подумал о бескрайнем синем небе, о зелёной траве и огромных деревьях, которые не станешь выращивать в ограниченном пространстве накрытых куполами пещер. О всех тех вещах, которые он никогда не видел вживую и какие представлял только по картинам, фотографиям и фильмам. Всё это когда-то было и на земле. Всё это есть сейчас в другом чужом мире.

— Спасибо, Октябрина. Именно этого мне сейчас не хватало.

Расположенный на столе селектор ожил с тихим шорохом и произнёс приятным женским голосом центрального искусственного интеллекта, знающего людей чуть ли не лучше, чем они знают себя сами: — Всегда пожалуйста, мой координатор.

Константа вызвали к безопасникам и сказали — будешь куратором. Местные совсем дикие и как не изворачивайся, но за пару месяцев им в голову не впихнёшь полный курс истории партии. Хорошо если научаться стрелять по команде, брать минимальные поправки по таблице при стрельбе умными минами из миномётов и разбирать-собирать импульсные винтовки.

Мины и ракеты у нас, конечно умные, поумнее большинства местных солдат будут, но всё же хотя бы командиры подразделений должны уметь показывать в какой стороне находится враг, худо-бедно читать приказы и ставить подразделениям задачи.

Поэтому, дорогой друг-товарищ, мы будем их учить воевать, а ты расскажешь своему поднадзорному про самое верное в мире учение: кто был никем, тот станет всем и нечего терять кроме своих цепей. А у местных даже цепей нет так как металл здесь довольно дорог потому, что его добывают маги и с остальными особенно не делятся. Словом, проведи политическую подготовку.

Правда, где взять на это свободное время не сказали.

Констант попытался было отбрехаться от подобной чести. Сказал, что не имеет требуемой квалификации. Что занят по горло работой с прорастающим в суперкомпьютере семенем искусственного интеллекта. Тоже, между прочим, сверхважная задача на текущий момент.

— А обычных задач у нас и не бывает, — подвёл итог усталый безопасник. Он был жесток к другим не более чем жесток к самому себе. — Все задачи сверхважные. У всех жёсткие сроки.

— Но почему я? — возмутился Констант.

— Потому, что ты можешь, — жёстко оборвал безопасник.

Это было негласным девизом лунной республике «потому, что ты можешь — а если можешь, значит делай». В самые страшные годы, сразу после исхода, только этот принцип позволил человечеству превратить три большие лунные базы в города, сохранить большую часть технологий, зачинать и растить детей — то есть выжить. Страшное время. Железные люди.

Теперь вот и Констант. Как будто кто-то подслушал его детские мечты походить на героев прошлого и решил осуществить их в настоящем.

— Что я должен делать? — уточнил Констант.

— Просто рассказывать. По возможности честно отвечать на вопросы. Пойми, местные жили в своём первобытном мирке и всю их жизнь этот мирок оставался крайне маленьким. Потом они попадают к нам, и мы рассказываем им сотни разных вещей. Мы говорим, что планета — это шар. Что всё в этом мире подчиняется цифрам и может быть, в соответствующем приближении, рассчитано. Что магов можно убивать, а обычный человек способен летать по небу быстрее любого «высшего». Что люди равны магам, а маги людям и если хочешь добиться чего-то выдающегося, то надо не давить и подчинять других, а учиться работать сообща. Это взрывает их мозг. Стены крохотного мирка грубо, из-за недостатка времени, взломаны. Мир оказался невообразимо огромен и также невообразимо прекрасен. До ужаса прекрасен. Местные сейчас словно дети. Им очень нужен кто-то и что-то за кого и за что они смогут зацепиться. Можно сказать, что они сейчас начинают жизнь заново, буквально делают первые шаги.