Сергей Спящий – Итальянец на службе у русского царя (страница 63)
— Марья! — торопится Леонардо. Он режет верёвки ножом из набора инструментов, который обычно везде возил с собой. Мишка отвлекается на влетевших на площадь дружинников сейчас затормозивших и с удивлением разглядывающих мёртвое тело чудовища под наехавшими на него остатками пародвижителя.
— Марья? — в третий раз восклицает Леонардо и это уже не похоже на радость влюблённого юноши удостоверившегося что его милая в порядке и с ней ничего не случилось. Мишка делает шаг к нему и видит остроконечную жёсткую бородку. На руках у мастера лежит худосочный мужик в тёмном кафтане лекаря.
— Ты кто такой? — спрашивает Михаил, но остающейся во рту кляп мешает ему говорить.
Леонардо вытаскивает кляп и спасённый ими пленник представляется: — Симеон. Врач. Спаси вас господь за то, что не дали меня утащить этому чудищу!
— А где Марья? Марья Петровна. Она тоже лекарь, сегодня должна была остаться в ночную.
— Я не знаю. Монстры расхватали нас по одному, причём брали только лекарей. Наверное, её взяло какое-то другое чудовище.
— Нужно найти Марью! — потребовал Леонардо.
— Как ты её теперь найдёшь?
— Не знаю, — покачал головой мастер. — Не знаю.
Историческая справка к шестнадцатой главе
Глава 17. Ярость металла
Ночное нападение на московский медицинский институт показало, насколько слабо защищён город перед подобной атакой. Отдельные объекты вроде Кремля или Приказа Дивных Дел имеющие особую охрану могли спать спокойно, но вот все остальные находились под угрозой. Заводы, мануфактуры, стоянки пародвижителей — всё сразу не защитишь. И непонятно что со всем этим делать. Ясно, что охрана будет усилена, будет введена ночная стража, но хватит ли этого? Никто не знал.
После смерти султана Мехмеда погибшего от рук прекрасно сработавшей команды неизвестных диверсантов ситуация на мировой карте сильно изменилась. Погрузившаяся в пучины внутреннего раздора Османская империя больше не помышляла о новых завоеваниях. Всё шло к тому, что османское государство распадётся на части. Крым окончательно и бесповоротно отошёл к России. Этот значимый кусок предстояло ещё долгое время переваривать, подтягивая новые города до стандартов уже развитых территорий. Разрушенный восстанием и вторжением литовцев, Киев активно восстанавливался. Пойманная на горячем Литва откупилась от показавшего клыки северного соседа новыми территориями. Точнее старыми русскими территориями, в своё время, перешедшими к ней вместе с Киевом. Таким образом граница русского царства изрядно отодвинулась на запад позволяя создать защитный пояс. А создавать его явно было надо и как можно скорее.
Лишившись угрозы в лице османской империи, Фридрих Третий Габсбург с чего-то решил, что покушение на его императорское величество организовал русский царь и явно целился на войну не желая слушать ни о каких переговорах. Королева Испании и Франции, Изабелла, вступила с ним в союз и уже вместе они собирались наказать русское царство за подлое убийство султана Мехмеда. Возражать или пытаться оправдываться здесь явно было бессмысленно. Всё должно будет решиться на полях сражений.
Одно хорошо — вот так просто взять и направить войска Фридрих не мог. Требовалась вдумчивая подготовка, организация логистики и снабжения и много других дел прежде, чем просто двинуть войска вперёд. Скорее всего это займёт у него время до зимы, значит воевать будут следующей весной, не раньше. Не так велика отсрочка, как того бы хотелось, однако немного пространства для манёвра она оставляет. Правда никто не может дать обещание, что всё это время чудовища la catolica или имперские рыцари Фридриха не попытаются нанести ещё несколько чувствительных ударов выводя из строя производственные мощности и убивая или похищая учёных также как они похитили несколько десятков медиков.
На самом деле похищенных лекарей особенно жалко. И дело тут не в обычны человеческих чувствах, а в том, что обученные по новым методикам люди сейчас, для царя Ивана, на вес золота, а может быть и ещё дороже. Пострадавшие корпуса медицинского института быстро восстановили. Наловчившихся работать с кирпичом строители у него имеются. А вот где взять новых медиков — проблема. Только обучать заново и привлекать к обучению сохранившиеся, уцелевшие кадры. Это ресурсы и время. Время сейчас для него самый главный ресурс.
Понимая, что его главным преимуществом является дирижабли — царь Иван бросил все силы на строительство и укрепление воздушного флота. Часть других программ свёрнута или вовсе отменена в угоду создания летучего флота. Строительство крепостей на Урале приостановлено. Планирующиеся экспедиции в Сибирь отменены. Сейчас не до этого. Распыляться нельзя. Но всё-таки есть долгоиграющие проекты, которые нельзя отменить, критически важные проекты — их приходится тащить параллельно, разрываясь сразу по нескольким направлениям.
Небесные стрельцы выделены в отдельный род войск. Сначала их были десятки, потом сотни, теперь будут тысячи. У воздушного флота много преимуществ, но главное среди них — мобильность. Пока враг тащит свои армии по земле, воздушный флот может успеть отбомбиться по его городам или даже высадить десант там, где их никто не ждал и захватить плацдарм. Когда вражеское войско наконец-то подойдёт к воротам твоих городов может выясниться что города врага уже захвачены. Если бы только всё было бы так просто. Но это тот идеал, к которому нужно стремиться.
Цесаревич Иван Молодой заматерел словно матёрый секач. То, что раньше казалось игрушкой, может быть даже ссылкой для молодого и деятельного царевича — сначала командир одной-единственной небесной ладьи. Позже адмирал небольшого флота из пяти кораблей, с которым он, не в одиночку, конечно, завоевал Крым для русского царства. А теперь, когда счёт боевых дирижаблей должен будет перевалить за десяток и конструкторы уже начинают думать о гражданских версиях этих замечательных аппаратов, фигура Ивана Молодого становится очень значимой. Фактически второй, после царя-отца, для всего русского царства.
Удивительное дело, царевич Василий — старший сын Софьи Палеолог, когда немного подрос, хвостиком ходил за цесаревичем Иваном Молодым. Если в оригинальной версии истории, не искажённой нулевым моментом, между царевичами, пролегала пропасть. Стремящаяся оставить на троне именно своё потомство, Софья будет всячески вредить семье Ивана Молодого и очернять их перед царём. Отравит или не отравит — бог весть. Но мира между сыном отставной царевны и нынешней явно никогда не было. Но это там, во времени которого уже никогда не будет.
А здесь и сейчас Софья полностью укрощена царём Иоанном чья могучая фигура довлеет над царством, но не по принципу Людовика Четырнадцатого, «короля солнца» в своё время заявившего, что «государство это я». Вовсе нет. Царь для царства, а не царство для царя — этого принципа старается придерживаться Иван Третий и его же вколачивает в детей, в жену, в бояр, воевод и всех прочих вплоть до последнего крестьянина без каких либо исключений. Ты для царства, а не царство для тебя. Принцип большого общего дома, общины. По-другому здесь, на северной земле, жить нельзя.