Сергей Соколов – Опергруппа, на выезд! (страница 41)
— Сокол — вот какое прозвище было у другого матерого карманника, которого мы тоже обезвредили. Он, как и Антонов, производил впечатление интеллектуала. Правда, этот орудовал в основном на рынках и в центральных магазинах города. Однажды в течение дня я трижды встретил Сокола на улице, и каждый раз он был в разных, причем модных пиджаках. «Ну, — думаю, — что-то тут не ладно. Видимо, Сокол сегодня в «полете». Оказалось, что так оно и есть. Вечером, когда я встретил этого вора в третьем за день пиджаке, то вместе с двумя своими добровольными помощниками решил за ним последить. Смотрю: Сокол жмется к элегантно одетой женщине, которая, приценившись к яблокам, стала сама отбирать и укладывать их на чашу весов. Но едва его рука скользнула в карман чужого пальто, как ее сжала другая, сильная рука. Сокол вздрогнул, обернулся и увидел перед собой одного из моих нештатных помощников, а рядом — меня. Карманник-«профессионал», как принято говорить в таких случаях, был пойман с поличным и осужден затем на четыре года лишения свободы.
Крепко поредели в Ярославле ряды карманников с тех пор, как борьбу с ними возглавил старший инспектор уголовного розыска Корчагин. Были обезврежены и получили по «заслугам» такие опытные, с большим «стажем» воры, как Лева Длинный и Мешок, Худоба и Мигалка, Василек и другие.
Конечно, заслуга в том не только майора милиции Корчагина, но и его помощников. Свой богатый опыт борьбы с карманными ворами он передал многим работавшим вместе с ним младшим инспекторам уголовного розыска и нештатным сотрудникам — рабочим заводов, фабрик и строек. Кстати, двое из них — рабочие ярославских предприятий Владимир Смирнов и Вячеслав Ветерков — были награждены даже медалями «За отличную службу по охране общественного порядка».
Есть и еще одно дело, которым занимался Павел Васильевич. Дело это куда сложней, чем борьба с карманниками. Как правило, сам грабитель краденым не торгует: это за него делают другие. Так что вор обычно остается в тени, шапка, как говорится, на нем не горит. И надо обладать большим опытом, терпением и настойчивостью, чтобы после сигнала о краже отыскать кончик веревочки, а затем размотать весь преступный клубок, напасть на след и обезвредить грабителя.
Одно время в новых жилых домах рабочего поселка ярославских моторостроителей была совершена серия квартирных краж. Причем воровской «почерк» во всех случаях был один и тот же: замков и дверей грабитель не ломал, порядок в квартире не нарушал, брал он только деньги, ювелирные изделия и дорогую одежду. О пропаже вещей пострадавшие порой узнавали спустя несколько дней и даже недель. В самом деле, не будешь же ты каждый день заглядывать в шкаф — висят там шуба и костюм или нет?
Розыск вора (или шайки воров) был поручен Павлу Васильевичу и его помощникам. Начали они с обследования рынков города, ознакомившись перед тем со списком украденных в квартирах вещей. Опыт и интуиция и на сей раз не подвели Корчагина. Однажды на Центральном рынке, в павильоне «Фрукты», он приметил женщину, на плечи которой был наброшен дорогой мужской пиджак, а под ним, на бечевке, висели брюки из той же ткани. Костюм этот в перечне краденых вещей не значился, и все-таки Павел Васильевич решил задержать подозрительную «продавщицу». Во время попытки сбыть товар она была задержана и доставлена в дежурную комнату милиции. Допрос был краток:
— Чей костюм пытались продать?
— Славки.
— Какого Славки?
— Его фамилии я не знаю.
— А где он живет?
— Тоже не имею представления.
— А где он сейчас?
— Где-то здесь, на рынке.
— Как он выглядит и в чем одет?
— Молодой, чернявый, на нем серый шерстяной свитер с двумя синими полосами…
Оставил Павел Васильевич женщину под присмотром милиционера в дежурной комнате, а сам еще раз обошел весь рынок. Нигде нет Славки! Тогда он вышел за ворота и увидел в сторонке парня в сером свитере с двумя синими полосами, который мирно беседовал с каким-то пожилым мужчиной. Чтобы задержать их, пришлось обратиться за помощью к гражданам.
— Ваш костюм? — спросил Корчагин парня, когда доставил его в контору рынка.
— Мой. А что? — сказал Славка.
— Великоват он вам — вот что. С чужого плеча костюм, — спокойно ответил Павел Васильевич.
Долго Славка изворачивался. Наконец, признался, что тот костюм он действительно украл, хотя его законный владелец, как выяснилось потом, еще и заявить о пропаже не успел. Вот это оперативность розыска! Изобличил Павел Васильевич этого вора и во всех других квартирных кражах, совершенный тогда в поселке моторного завода.
— Кто такой этот Славка? И как ему удавалось тихо-мирно проникать в чужие квартиры? — спрашиваю майора Корчагина.
— Вячеслав Чернов, — сказал Павел Васильевич, — работал слесарем в ЖЭКе. В отличие от своих коллег он не ждал от жильцов заявок на ремонт сантехники, а сам ходил по квартирам. Звонит, ему открывают. «Вызывали слесаря?» — «Нет, не вызывали». — «Тогда извините». Идет в другой подъезд, звонит в другую квартиру. Здесь никто не отзывается. Еще раз звонит настойчиво. Снова тишина. Сантехник спокойно достает из кармана набор ключей, и дело, как говорится, в шляпе. Краденые же вещи продавала на рынке его сожительница Галина Головина, та самая женщина, которую я задержал с чужим костюмом.
Наш разговор прервал телефонный звонок. Павел Васильевич снял трубку.
— А, привет, — сказал он. — Что делать? Для начала надо как следует проверить Красного, а потом Хромого и Шамана. В то утро видели, как один из пьяниц ходил по рынку и предлагал купить женские сапожки, точно такие же, как те, что были украдены.
— Что еще случилось? — спросил я, когда майор милиции положил телефонную трубку.
— Да так, обычное дело, — ответил он. — Живут возле Центрального рынка трое «друзей»-пьяниц по прозвищу Красный, Хромой и Шаман. Все в прошлом судимые, нигде не работают, пьянствуют. А деньги на водку добывают мелким воровством. Вот снова украли, продали и пропили женские сапожки. Теперь-то суда им уже не миновать…
В кабинет к Павлу Васильевичу вошел молодой плотный парень в штатском, поздоровался, а затем, обращаясь к нему, сказал:
— Выручай, отец. За помощью к тебе…
Сын, значит? А что за помощь понадобилась ему в кабинете старшего инспектора уголовного розыска? Все объяснил Корчагин-отец.
— Знакомьтесь, — сказал он. — Мой сын Владимир. Окончил среднюю школу, отслужил положенный срок в Советской Армии, потом поступил в Таллинскую специальную среднюю школу МВД СССР. Теперь тоже офицер, сотрудник уголовного розыска. Только еще не областного, а районного масштаба — в Ленинском отделе внутренних дел работает. — И уже сыну: — Ну, так что за помощь от меня требуется?
— Понимаешь, отец, лодочный мотор у одного человека из сарая украли, — начал Корчагин-младший. — Воры «сработали» так, что и зацепиться не за что. Даже замок унесли. Скажи, с чего бы ты на моем месте начал розыск.
Павел Васильевич задал сыну несколько вопросов, относящихся к этому делу, подумал, затем тонам наставника произнес:
— Во-первых, Володя, надо провести ряд оперативных мероприятий. Каких? Бери блокнот и записывай. Во-вторых, — продолжал майор Корчагин, — проверь в районе преступления всех ранее судимых, нечистых на руку и лиц сомнительного поведения. В-третьих, установи контакт с работниками водного отделения милиции Ярославского речного порта и Заволжского РОВД. И, наконец, поговори с соседями пострадавшего — людьми честными и порядочными. Наверняка они что-то видели, слышали или предполагают. Учти: чем у работника уголовного розыска теснее контакт с населением, чем больше между ними доверия, тем раньше преступник будет найден. Все понял?
— Понял, отец, — ответил лейтенант милиции Корчагин. — Кстати, когда я занялся делом о краже лодочного мотора, случайно напал на след преступников, угнавших чужой мотоцикл. Помнишь, я говорил тебе об этом? Так вот, как мы и предполагали, ими оказались двое подростков. Теперь каются, слезы льют…
— Молодец, — похвалил отец сына. — Судя по началу, сотрудник уголовного розыска из тебя получится. Да и мой опыт кое-что для тебя значит…
— Не кое-что, а очень многое, — улыбнулся Корчагин-младший. — Подрастет Павка — тоже посоветую ему в уголовный розыск идти работать. И уже я ему буду передавать свой опыт.
— Павка — его сын, а мой внук. В честь меня и того Корчагина так назвали, — сказал Павел Васильевич, не скрывая гордости. — Правда, пацана еще в ясли носим, но я бы очень хотел, чтобы и он, когда вырастет, надел милицейскую форму, посвятил бы жизнь делу отца и деда…
Тропою мужества
Вертолет шел почти на бреющем полете. Лесу, казалось, не было конца. Но вот там внизу, на лесной дороге, замаячили фигурки людей.
— Мы вышли на оперативную группу, — сказал заместитель начальника отдела уголовного розыска УВД полковник милиции Петр Дмитриевич Ермолаев.
И обратился к пилоту:
— Выберите удобное место для посадки!
Шел пятый час операции.
…А началось это так.
Глубокой ночью 6 февраля 1974 года в дежурную часть управления внутренних дел поступило тревожное сообщение: на территории области появился опасный преступник. Фамилия его Сермяжко. Вооружен автоматом, имеет запас патронов, истинные цели действий преступника пока неизвестны. На шоссе Ярославль — Вологда он с целью завладения автотранспортом и одеждой совершил убийство трех человек. В настоящее время пытается скрыться где-то в лесах Даниловского или Первомайского районов. Используя внезапность нападения, преступнику удалось захватить автомашину ГАЗ-66, на которой сейчас он и стремится замести следы и скрыться от преследования, все дальше и дальше уходя по шоссе в сторону Вологды. Возможно, это конечная цель его кровавого рейда.