Сергей Соболев – Борт № 1 (страница 20)

– Мы выдвинем им свой ультиматум.

– Отличная идея, амир.

– Умар, нужно отобрать пятерых человек из числа заложников.

«Особист» хищно усмехнулся.

– Кого именно, амир?

– Двух из числа местных, мужчину и женщину…

– Понял.

– Одну монахиню, на твой выбор.

– Ясно.

– Журналиста… или кто он там такой…

– Того, что с группой Малика привели? Канадец?

– Да.

– Пятый и последний?

Карим аль-Джабар посмотрел в сторону прохода в центральную пещеру, где недавно прошла успешная операция.

– Лаура Мартенс, – сказал он. – Пусть она будет пятой.

Умар довольно осклабился.

– Этих пятерых приготовишь как следует – пусть им наденут мешки на головы, руки связать.

– Будет сделано, амир.

– Но сначала вызови по рации «Каламун Три», – распорядился Карим аль-Джабар. – Пусть высылают переговорщиков: будем ставить им свои условия.

Глава 14

Группа «Бастион» имеет на Кипре собственную недвижимость, приобретенную задолго до того дня, когда было получено нынешнее задание.

Еще несколько лет назад была приобретена квартира – вернее, таунхаус – в Ороклине, это северный пригород Ларнаки. Во время местного «банковского кризиса» Кэп распорядился прикупить еще два жилых объекта на острове. В командировку на остров были отправлены специальные люди. Они присмотрели годную для нужд «Бастиона» виллу неподалеку от Соленого озера (четверть часа езды до аэропорта), а также приобрели дом в небольшой деревушке, расположенной рядом с так называемой зеленой линией. Недвижимость оформили через местного адвоката на кипрскую фирму-прокладку. А уже через нее завели на московскую консалтинговую компанию, которая служит для легального прикрытия особо ценных сотрудников.

Под вывеской этой небольшой московской консалтинговой фирмы – и под вывесками еще дюжины российских и иностранных фирм и фирмочек – действует засекреченное элитное подразделение, способное автономно решать самые сложные задачи. Как внутри страны, так и за ее рубежами. Для выполнения заданий за пределами России подготовлена соответствующая база: на сотрудников фирмы по иностранным паспортам и под разными фамилиями оформлена недвижимость в ряде стран, открыты счета, приобретены офисные помещения, транспорт, снаряжение и т. п.

Именно в «родной» коттедж, расположенный в каких-то трех километрах от поселка Элина, и поехал Лобанов после того, как убедился, что «клинеры» благополучно снялись с чужого объекта и что за ними не пустили хвоста…

Ветров и Алиса приехали на эту виллу гораздо позже, чем их третий напарник. Им пришлось предпринять некоторые – уместные в их положении – меры предосторожности.

«Бастионовцы» оставили фургон в арендованном фирмой гараже на окраине города. Там же, в боксе, переоделись. Рабочую форму и клинерские причиндалы забирать не стали, сложили внутрь фургона, который заперли и поставили на сигнализацию. Если машину попытаются вскрыть посторонние, к примеру, вышибить стекло, сработает оригинальная – в некотором роде – противоугонная система. С выдержкой в шестьдесят секунд будут активированы три микровзрывателя. От них сработают термопатрон и две шашки. Сильного пожара не будет, соседние гаражи точно не пострадают. Но синий фургон с рекламными надписями на бортах выгорит до металла вместе с хранящимся внутри содержимым.

Оставшиеся неизрасходованными «баги» и прочие шпионские штучки переложили в рюкзачок, который хранился в этом же гараже.

Оба сотовых телефона, с виду «бэушные», устаревших конструкций, – те самые, которые брали с собой на дело, разобрали. Извлеченные «симки» привели в негодность. Несколько позже Крякер удалит из базы данных местного сотового оператора эти два номера и потрет аккаунты, связанные с ними. Иными словами, эта ниточка, если кто-то попытается впоследствии потянуть за нее в надежде распутать весь клубок, будет оборвана.

Алиса приехала на виллу раньше своего коллеги. Стрелки на наручных «Картье» показывают десять минут одиннадцатого. Стемнело; духота теперь не так ощущается, как это было днем. На зеркальной поверхности озера отражаются огни фонарей набережной. Воспользовавшись брелоком, Алиса открыла вначале ворота, а затем и пристроенный сбоку от особняка гараж, рассчитанный на три машины.

Вилла эта чуть больших размеров, нежели те два особняка, в которых они с Костей сегодня наводили чистоту (и не только это). Участок окружен двухметровым секционным забором. За домом имеется небольшой бассейн, но он не заполнен водой. В особняке предусмотрены два входа; в дом можно пройти через главный вход и через гараж. Оконные пакеты снабжены специальными поляризованными стеклами с дистанционным управлением. Даже если внутри дома будет включено верхнее освещение, окна будут казаться темными, слепыми, как сейчас. Сам дом после приобретения его «бастионовцами» был перестроен; все системы, от видеонаблюдения до бытовых, оборудованы по технологии «smart-home».

Алиса ожидала, что Лобанов встретит ее у входа. Если и не с букетом цветов, то хотя бы просто покажется, чтобы сообщить о результатах их с Ветровым работы. Она постояла еще несколько секунд на свежем воздухе. Дом казался вымершим. Крякер так и не вышел ей навстречу – наверное, сидит в своей «паутине».

Алиса, пройдя через гараж, проследовала на свою половину; левое крыло отдано «мальчикам», правое выделено ей, единственной женщине. Поднялась на второй этаж. В этом крыле дома оборудованы две спальни, имеются две отдельные туалетные комнаты. Алиса принимала уже душ в таунхаусе, там же сняла остатки грима. Но все равно захотелось постоять немного под тугими прохладными струями.

Освежившись под душем, лишь чуть промокнула полотенцем волосы – они подстрижены довольно коротко, – чтобы дольше сохранялось ощущение прохлады и свежести. Оделась по-домашнему – в короткие шорты и топик. Взяла из вазы сочный персик и съела его. Отщипнула от грозди несколько крупных виноградин. Вот и весь ее ужин.

Павел, безусловно, был в курсе, что боевая подруга приехала, что она у себя, на женской половине. Дом стоит на сигнализации двадцать четыре часа в сутки, чужой сюда не проникнет.

– Вот же зараза! – пробормотала Алиса. – Ну, сейчас ты у меня получишь, компьютерный гений!..

Она спустилась по лестнице на первый этаж. Ступая босыми ногами по гладкому плиточному полу, миновала короткий коридор. Внутренняя дверь оказалась закрытой, пришлось набирать шестизначный код и прислонять к считывающему по сетчатке датчику «фейс».

– Ты меня достал! – процедила Алиса. – Пашка, ты придурок! Вот я тебе сейчас…

Тихо щелкнул замок. Так и не придумав, что именно она сделает с этим наглецом, с этим «придурком», пусть он и сто раз гений, Алиса толкнула от себя дверь и стремительно вошла в гостиную.

Комната погружена в полумрак. В дальней от этой внутренней двери ее части оборудован компьютерный терминал – большой стол с закруглением. В ячеистой консоли закреплены шесть экранов ЖДК. Еще два плоских дисплея, размерами поболее настольных – сорок два дюйма по диагонали каждый, – занимают часть противоположной стены.

Стол и лежащие на нем открытые ноуты освещены мягким янтарным светом, льющимся из закрепленного на телескопическом штативе светильника. Настенные экраны включены, но изображение на них не подается – на них темно-серая зернистая рябь. Из консольных экранов изображение имеется на трех, тех, что в центре этой конструкции. Остальные экраны то ли не подключены, то ли на них не подается сигнал.

Крякер развернулся вместе с креслом.

– Так-так, – сказал он. – Проходи, Алиса. – Голос у Пашки был какой-то тусклый. – Даже не знаю, с чего начать… – Он сокрушенно покачал головой. – О-хо-хо.

У Алисы в этот момент душа ушла в пятки.

– То есть?.. Что случилось, Павел?

– Между нами, я потратил на приобретение «багов» и прочей полезной снасти около семисот тысяч евро, – сказал Павел. – Один «жучок» из этой номенклатуры, чтоб ты знала, дорогая, стоит почти столько же, сколько тачка, на которой ты сюда приехала. – Он потеребил подбородок. – Про «скрытки» и базовые блоки к ним я уже и не говорю… Они еще дороже.

– Ты хочешь сказать…

– Я хочу сказать, дорогая Алиса… – Павел поднялся из кресла. – Хочу сказать, что, если мне понадобится классная уборщица, я буду знать, к кому мне следует обратиться. Но быть «классной уборщицей» – мало…

Алиса уставилась на экраны, встроенные в консоль. На одном из них изображение от следящей камеры, установленной на кронштейне в верхней части фасада этого особняка. Двухрежимная – дневная и ночная камера – направлена на ворота и ограду… На другом экране изображение от камеры, которую установили на вилле у Ионидиса. А именно – в гостиной: на экране видна хорошо знакомая ей барная стойка и слегка подсвеченный аквариум.

– Жучки… – сказал Павел (он сместился к тыльной стороне стола, оказавшись в пространстве между консолью и стеной). – Чем они хуже рыбок, к примеру?

– А при чем тут рыбки? – Алиса двинулась за ним. – Что ты мне пудришь мозги?

– «Помни о рыбках»… Мне понравился этот пассаж. Думаю, старику Фрейду, будь он жив, тоже понравилась бы эта твоя находка.

– Между прочим, мы с Костей свое дело сделали!

– Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени… – Павел перемещался вокруг терминала так, чтобы между ним и сотрудницей оставалось пространство, – гуси, пауки, молчаливые рыбы…