Сергей Соболев – Борт № 1 (страница 14)
– А спутниковый телефон?
– У меня их два. Да что толку.
Карим, подойдя к навесной полке, укрепленной на стене, взял зачехленный спутниковый телефон «Турайя».
– Оба вроде бы исправны, и элементы питания к ним заряжены. Но на одном из них после набора телефона почему-то происходит сброс. А второй не опознается системой.
Он вернул телефон на полку.
– А что с вашей штабной рацией? – спросил Малик.
– Кяфиры третьи сутки глушат диапазоны, на которых мы работаем.
– Они подтянули сюда серьезные силы, Карим…
– От своих связистов я узнал, что с таким противодействием по линии РЭБ им пока еще сталкиваться не доводилось. Действуют какие-то мощные комплексы подавления. Даже поставляемые нашими друзьями трансиверы работают крайне ненадежно. – Он кивнул в сторону стоящей на другом столе ранцевой станции CODAN 2110M стандарта НАТО. – Слышимость в УКВ-диапазоне не более двух километров, да и то нестабильно…
– Скорее всего это связано с операцией по ликвидации каламунской группировки. – Малик вновь поморщился – то ли от боли в ноге, то ли от досады. – Научились воевать, собаки… – продолжил он после паузы, – это нужно признать. Да еще и русские, как мы теперь понимаем, поставляют им аппаратуру связи… И не только ее.
– Ты хотел что-то от себя добавить, Малик?.. Амир кивнул на раненую ногу. – Где это тебя угораздило? И при каких обстоятельствах?
– Именно это я и хотел рассказать, Карим. – Малик вновь облизнул губы.
– Еще воды?
– Да, пожалуй…
Амир молча выслушал рассказ двоюродного брата, к которому он – про себя, естественно, не вынося эти чувства наружу – сильно ревновал своего отца. Затем стал сам задавать вопросы.
– Где именно вас обстреляли в первый раз, Малик?
– Мы оставили транспорт – трофейную бронемашину и две «тачанки»[14] – в окрестностях фермы возле поворота на ярмудское шоссе…
– Ага… Это в пяти километрах от ближнего прохода.
– При переходе через шоссе попали под обстрел со стороны блокпоста, который лоялисты оборудовали на перекрестке.
– Значит, уже этой ночью они поставили на перекрестке блокпост?
– Да. И укрепились, судя по интенсивности огня, они серьезно. Бронемашины у них там. Как минимум один танк.
– Но вы проскочили?
– Должно быть, поначалу приняли нас за своих. Но потом открыли шквальный огонь. Потерял там двоих бойцов…
– Жаль, – почти равнодушно сказал амир. – Потом, как понимаю, вы продвигались по «зеленке» до хребта?
– Верно. Второй раз нас обстреляли уже в районе пещерного комплекса.
– Там, скорее всего, ополченцев из «шабихи» разместили.
– К счастью для нас, там выставлен небольшой заслон. К тому же среди моих бойцов есть люди, знающие эту местность.
– Вы обошли их позицию?
– Просочились через пещеры и подземные галереи. Ответный огонь я приказал не открывать, чтобы не демаскировать наше присутствие. Но…
– Но что?
– Стреляли, Карим, довольно метко. Ранили еще двух моих людей – одного в живот, другому бедро разворотило. И все это… в секунды буквально. Так что вряд ли те, кто удерживает там сейчас позицию, ополченцы. Скорее – «регуляры». Я бы даже предположил, что это был спецназ.
– Что с этими двумя?
– С теми, кого подстрелили у пещер?
– Да, про них спрашиваю. Смогли их вынести?
Малик покачал головой.
– В пещеру втащили… там и оставили. Вряд ли они выжили, брат.
«Наверняка сами и добили», – подумал про себя Карим. Но вслух сказал другое:
– Тебя там же ранило?
– Чуть дальше от того места, уже на входе в расщелину. Что-то взорвалось в нескольких метрах. Из подствольника стреляли или из гранатомета, не знаю. Удивительно… – Малик вымученно улыбнулся. – Но я даже поначалу не заметил, что меня задело.
– В горячке боя такое случается.
– Подумал, что ногу посекло каменной крошкой, осколками скальной породы. Шел своим ходом почти до самого моста. Потом стал чувствовать боль. И вот еще что, брат мой. – Малик вытер рукавом выступившую на лице холодную испарину. – Похоже, Карим, что у них была ночная оптика… Я имею в виду тех, кто присматривал за проходами в ущелье.
– Обложили нас, Малик. – Амир вырвал из блокнота странички с письменным приказом отца выбираться из Маалулы. – Обложили крепко, со всех сторон.
Подойдя к поликандилу, он поднес скрученные в трубочку листки к горящей свече.
– Теперь надо думать, как нам отсюда всем выбраться, – сказал он, глядя на то, как огонь пожирает испещренную арабскими письменами бумагу. – Но мы обязательно выберемся, Малик.
– Я в этом не сомневаюсь, брат. – Малик вымученно улыбнулся.
– Мы выберемся отсюда даже в том случае, – глухо сказал амир, – если лоялистские собаки окружат нас тройным против нынешнего кольцом… Потому что такова воля моего отца, Мухаммеда аль-Джабара, командующего воинством самого Всевышнего.
В пещере царит полусумрак. Но даже этого света было достаточно, чтобы амир заметил, как побледнело лицо Малика, как резко обострились у родственника скулы и нос. Он взял со стола лампу, посветил…
Повязка, просвечивающаяся сквозь взрезанную штанину, изрядно пропиталась кровью.
Карим громко крикнул:
– Эй, охрана! Умар?!
Из ближней пещеры, беззвучно шагая, показался Умар.
– Привел монашку? Ну, ту, которая умеет перевязки делать?!
– Здесь другая женщина, – спокойным тоном сказал «особист». – Говорит, что она медик. И даже настаивает, чтобы ей дали осмотреть раненого.
– Медик? – Карим удивленно вскинул бровь. – Да еще и женщина? Откуда взялась?
– С ними пришла.
– Да, она пришла с нами, – подтвердил Малик. – Мы встретили небольшую группу в проходе… – Малик вытер ладонью влажно блестящий лоб. – Это она перевязала мне ногу.
– Иностранка. – Глядя на амира, сказал «особист». – Неверная. Я как раз с ней сейчас беседую – по своей части.
Амир щелкнул пальцами.
– А ну-ка веди ее сюда, пусть посмотрит, что у Малика с ногой! – Затем, уже тише, проворчал: – А допросить… допросить ты ее, Умар, всегда успеешь.
Глава 11
Без нескольких минут девять утра в квартал коттеджей «Элина» близ западного берега Соленого озера въехал синий грузовой фургон. В салоне находились двое сотрудников клининговой компании. Мужчина лет тридцати пяти, одетый в рабочую униформу и кепи, сидит за рулем. Рядом, в кресле пассажира, устроилась его напарница. Рыжие волосы собраны в пучок, поверх завязана косынка. На ней тоже комбинезон с логотипом компании на груди; с виду она моложе водителя лет на шесть или восемь.
Машина проехала в глубь квартала. Некоторые из домовладений обнесены заборами из металлической сетки, другие по периметру обсажены туями, пальмами или густым кустарником, образовывающим живую изгородь. Иные виллы огорожены сплошным, непроницаемым для глаза забором. Возле такого особняка, окруженного забором из профнастила в секциях – секции из оцинкованных сегментов закреплены на металлических стойках «лагах», – и остановился синий грузовой фургон с эмблемой местной клининговой компании.
Ворота оказались запертыми. Ветров и его спутница особо головами не вертели, но видели все, что им нужно. Если на этой вилле и имеются камеры внешнего наблюдения, то с улицы их не видно…
Если вкратце, дело на нынешний момент обстоит следующим образом. Вчера в восьмом часу господин Ионидис встречался в небольшом кафе близ собственного офиса с помощником мистера Джексона. Разговор этот был целиком записан Крякером – звуковую дорожку получили через смартфон Ионидиса. На видео их встречу специально не снимали: во-первых, это было небезопасно, во-вторых, в этом не было нужды. Тем не менее для оперативных нужд Павел записал изображение с одной из камер внешнего наблюдения, установленной на фасадной стороне здания, где расположен офис принадлежащей господину Ионидису фирмы (изображение снимается дистанционно и поступает на многоканальный ресивер с записывающими накопительными устройствами). А именно с той камеры, что глядит на улицу и на расположенное на другой стороне кафе.