Сергей Слюсаренко – Тактильные ощущения (страница 21)
— Пожалуйста, пожалуйста, заходите! — Чирков был искренне рад нам. Сай никак не объяснил заранее цель нашего визита. Сказал : «Просто пива выпить».
Квартира впечатляла. Конечно, до моего пентхауза ей было далеко, но с одной стороны, она не стоила никакого труда Чиркову, а с другой, никто не гонялся за ним с дурацкими намерениями.
Сначала говорили ни о чем. Чирков показывал комнату, которую выделили ему, его жене и их малолетнему ребенку. На фоне десятикомнатной квартиры одна комната на троих выглядела странновато, но не нам соваться в эти дурацкие дела. Потом мы хвалили аквариум, вонючего хомяка в опилках. Хомяка самого видно не было, но его присутствие ощущалось. Потом зазвонил звонок на входной двери и встревоженный Чирков, сказав, что это Николай Иванович, убежал встречать тестя.
Встреча прошла без нашего вмешательства, однако через секунду в комнату стремительно вошел седовласый человек специальной наружности. Прекрасно сидящий костюм, свежая стрижка и сорочка, модный, строгий галстук. Он участливо познакомился с нами, пожав каждому руку. Нормальным рукопожатием. И удалился в комнаты.
Тут Сай и взял быка за что попало. И нагрузил Чиркова в несколько секунд.
— Мы не просто так пришли. Понимаешь, мы имеем очень важную информацию, связанную с событиями вокруг Витебской администрации. Понимаешь…, это настолько важно, что мы не можем напрямую об этом говорить. Это опасно. Мы доверяем тебе и твоим родственникам.., — речь Сая была похожа на звуковую дорожку кино про шпионов времен расцвета империи.
— Да, — вмешался я , — нам будет очень нужна помощь твоего зятя.
— Ну вы даете! Дочке года нет, а вы уже с зятем говорить хотите! — рассмеялся Чирков, — приходите лет через двадцать.
— Извини, он тогда копыта уже откинет, а мы раньше, — не понял я Чиркова.
— Зять — муж дочки. Или сестры. Сестры нет, дочке год, — Чирков рассердился.
— Майер, не дури. Тесть нам нужен, — вступил Сай.
— Не, ребята, нет. Не могу я человека серьезного беспокоить. Вам глупости говорить, а мне жить тут ещё долго.
— Слушай, — рассердился я, — тебе сказали — нужно! Не хочешь — я сейчас начну песни антисоветские орать во все горло! Зять сам прибежит.
— Тесть — поправил Сай.
— Да ! И тесть тоже!
— А.., — уныло протянул Чирков, — понятно. Сейчас. Пойдем со мной.
Мы прошли через комнаты и остановились перед закрытой дверью.
— Подождите, — прошептал Чирков
Он тихонечко постучал и на вызывающее «Да!» приоткрыл дверь на расстояние в половину своей головы…
— Николай Иванович? Разрешите войти?
— Входи, Володя, не стесняйся!! —В бодром голосе тестя не послышалось и намека на гостеприимство. — Чувствуй себя, как дома. — Интересное заявление. Чирков тут уже лет десять живет.
Владимир скрылся за дверью. Минут через пять, через ещё меньшую щель он позвал меня и Сая внутрь.
— Разрешите? — зачем-то спросил я, судорожно выбирая между «разрешите» и «можно».
— Да, да, молодой человек, пожалуйста, — тесть сидел в кожаном кресле, оставаясь в костюме и при галстуке.
— Так что там у вас за неприятности? — задорно спросил особист, — Нашкодили?
— Ну, я бы так не сказал, — услыхал я свой голос, — у нас есть информация, связанная с событиями, случившимися в Витебской администрации.
— Сложные связи у вас, молодой человек с группой молодых политиков. — Какого фига? Он чуть старше меня! Молодой человек… Чирков женился на подруге, намного моложе его, вот и попал в не свой возрастной слой… Тоже мне…
— Извините, Николай. Я не претендую на звание молодого человека. Но спасибо за комплимент, — меня понесло. — Я имею прямое отношение к проекту создания новой политической элиты. Это я руководил проектом.
— Вы что — Майер? — особист нервно потянул за тугой узел галстука.
— Да, я именно Майер. И меня очень беспокоит все, связанное с трагедией моего проекта.
— Секунду. Я свяжусь с человеком, который лично занимается этим вопросом. Спасибо, что пришли.
Уже без всякой вальяжности он взял телефонную трубку, набрал двухзначный номер и проговорил: «Это я. Мне нужен Новиков. Да… По вопросу четвертого дела»
— За вами сейчас приедут, — положив трубку после этого короткого разговора, проговорил Николай Иванович.
— Я не хотел, чтобы за мной приезжали. Мне нужен разговор с человеком, который готов нас выслушать и заняться нашим делом, — я искренне жалел о том , что решился на эту встречу.
— Я, наверное, неправильно выразился. Человек, занимающийся этим вопросом, сейчас прибудет. Он готов провести разговор там, где вам представится удобным.
Через десять минут, которые мы провели в прочувственном молчании, раздался звонок в дверь. Осторожный и извиняющийся. Вот люди, умеют пользоваться дверными звонками.
— Саша, — представился молодой человек и облизал губы. Руки, впрочем, не подал.
— Знакомьтесь, — вмешался хозяин, — Александр Дмитриевич Новиков. Следователь службы безопасности по особо важным делам. Именно он занимается вашим делом.
— Так, что там у вас? — скромно спросил Новиков. —Вам что-то известно о гибели Витебской администрации? Это очень важно.
Говорил он высоким голосом, поглядывая на строгого Николая Ивановича.. Было очевидно, что Новиков был если не его учеником, то ставленником — точно.
— Новиков! Ты, наверное, не понял! Это тот самый Майер. Который погиб в катастрофе на шоссе. Ты ведь сам мне сводку предоставлял.
— Да? — формально удивился Новиков. — Это действительно неожиданно. Мы можем где-нибудь расположиться для подробного разговора?
— Александр Дмитриевич, может лучше в защищенной обстановке? Вы сами понимаете, квартира — не место для таких, важнейших разговоров, — естественно, тесть Чиркова не хотел, чтобы мы торчали дальше у него.
— Да-да, конечно, — вежливо и почтительно проговорил Новиков, — давайте проедем ко мне. Нет, не думайте. Ко мне домой. В силу особенности дел, которые я веду, моя квартира — под полной информационной защитой.
Потом долго прощались, пожимали руки и обещали заходить, если что. Чирков стоял в глубине и выразительно гримасничал, изображая прощание.
Мы спустились вниз по ступенькам подъезда, не став дожидаться древнего лифта. Новиков услужливо распахнул дверь парадного и проговорил:
— Вот, моя служебная «Волга», — показал он на машину, как две капли похожую на нашу.
Жизнь иногда делает нас привычными к необычному. Помню, когда я был школьником с аквариумом, мне удалось вывести мальков рыбки-петушка. Кормить их надо было инфузориями, которые разводились на опущенной в воду банановой корке. Во всем городе нашелся только один человек, у которого была банановая корка. Он держал её в трехлитровой банке и продавал порожденных этой коркой инфузорий. Стакан субстрата — рубль. А нынче— банановые корки валяются, где попало. Вот и теперь одна, незаметная в сумерках, заставила меня резко замахать руками в попытке сохранить равновесие. Наступил я на неё.
— Осторожней! — вскрикнул Новиков, твердо перехватив меня.
Ладонь в ладонь. Ладонью чужого. Пришедшего неизвестно откуда. Тем прикосновением, которого я боялся. И которого постоянно ждал.
— Сай, беги! — заорал я.
Новиков держал меня крепко, как плоскогубцами. Взревев мотором на старте, к дому из подворотни напротив вылетел чудовищный грузовик. Не притормаживая, он снес ударом в багажник «Волгу» и застыл на её месте. Совершенно неуместным звуком застучал крупнокалиберный пулемет где-то вверху. По трассерам было понятно, что пулемет стоял на крыше офисного строения, погруженного в темноту ввиду позднего времени. Очередь трассирующих пуль прошлась сначала чуть поодаль, потом ближе, разнося Новикова на куски. Жирный, не чета предыдущим, треугольник, скорее уже похожий на железнодорожную платформу, чем на те, что мне приходилось видеть раньше, угрожающе выплыл на темную улицу. Непринужденно сделал разворот в ту сторону, откуда только что стучал пулемет. Ещё на исходе поворота стало понятно, что вершина ЭТОГО треугольника разверзлась, испустив невидимый луч. Снесенные верхушки деревьев, вспыхнувшая летучая мышь — многозначительно говорили и о его присутствии, и о его мощи. Сохраняя скорость разворота, треугольник срезал верхний этаж дома, обратив его в ничто. Поднявшаяся пыль сделала видимым тонкий луч, исходивший от парящего аппарата. Сгорающие в луче пылинки указывали его зловещее перемещение.
«Похоже на лазер на СО
Также неотвратимо летательный снаряд стал разворачиваться в нашу сторону. И здесь произошло уже нечто совершенно несуразное. Гулкое бормотание города за стеной жилых домов, обычно порождаемое машинами граждан, грузовиками, спешащими к вечным стройкам, трамваями и прочим железом, вдруг стало вспухать непривычной нотой. Прямо из-за разрушенного этажа дома угрожающе выплыл тяжелый боевой вертолет. Он висел черным силуэтом на фоне белесого городского неба. Вспыхнувшие на треугольнике прожекторы-фары предупредительно осветили машину. Мол — отвали. В неестественно белом свете прожекторов проступили даже мелкие детали вертолета. Особенно хорошо было видно, что ракетная подвеска обгорела от частого использования. Никакой парадной краски. Это говорило само за себя — «Я — не отваливаю». И черный шлем пилота внутри. И оператора огня — чуть выше. Я никогда не видел такую машину в бою. Да и без боя тоже… Только в кино. Тем более, когда она в один залп выкладывает все, что есть в запасе.