Сергей Сизарев – Марсианская святая (страница 11)

— Вот это новости. Минуточку, — Грегор снова отключился почти на минуту, а потом продолжил: — Ситуация такова. Все предложения, которые сейчас есть на рынке — это сломанные Зингеры или муляжи для исторических реконструкторов, но я всё же нашёл несколько вариантов — частные коллекционеры и запасники музеев.

— Отлично, — обрадовалась Миранда.

— Я смогу собрать вам весь набор расходников, но все эти насадки и оснастки — вы точно уверены, что они вам действительно нужны? — спросил эксперт.

— Я не уверена, что они пригодятся, но я помню их названия и знаю, когда и как их применять. В любом случае, мне нужна тактическая свобода и простор для творчества, если дело вдруг дойдёт до кровопролития, а значит, мне нужен расширенный набор, — настояла на своём Миранда.

— Хорошо. Смотрите, я нашёл мерный стаканчик МС-2, но не смог найти ложечку для размешивания ЛДР-1У. Ничего страшного? — уточнил Грегор.

— Переживу. Пальцем размешаю, — оптимистично заявила женщина.

— Пакеты СПК давно потеряли срок годности, но я нашёл китайцев, которые бодяжат такой же порошок на синтезаторе. Тесты на совместимость — успешные.

— Тогда лады. Оригинальные СПК качеством не выделялись тоже. В них даже красный краситель добавляли. Вот ведь негодяи, — возмущённо пробурчала собеседница.

— Я вижу, вы крепко разбираетесь в вопросе. По ходу, вы какая-то очень хардкорная швея, — предположил Грегор.

— Да, я швея. Хоть я и не помню деталей, но почему-то в этом уверена, — подтвердила догадку Грегора Миранда. — И кстати, мне нужен кожаный чехол полевой универсальный — КЧПУ СП-3М — с обвесом под хранение насадок и обойм. Можно хоть камуфляж, хоть под хохлому, главное, чтобы не изношенный и чтобы петли не ржавые и замочек не хлюпал на бегу. Понятно?

— Ясненько. Видел один на антикварном сайте, когда искал расходные материалы для Зингера. Настоящая телячья кожа с тиснением. Медная гарнитура «под старину». Если верить описанию, состояние — муха не сидела.

— Огромное спасибо, Грегор. Вы меня очень выручите. Вы действительно волшебник! — рассыпалась в похвалах Миранда.

— Пока не за что, — голос Грегора потеплел. Было видно, что слова Миранды тронули его сердце. — Если вы с со своим Зингером поможете Сэму пережить это ваше расследование, то пожалуйста, сколько угодно. Передайте-ка ему трубку.

— Что за штуку она хочет? — спросил сгоравший от любопытства Беккет, получив свою болталку назад.

— Швейную машинку времён Второй марсианской войны.

— Ты шутишь?

— Если я правильно понимаю, твоя подружка — из легендарных боевых швей. Ну или, по крайней мере, получила такое образование уже после войны. На поле боя их давно уже заменили специализированными туерами. Не знаю, где Экзархия откопала живую швею. Может, они держали её в коробке с нафталином всё это время?

— Да что за швея такая? — не унимался Сэм.

— А я тебе говорил неоднократно, учи историю Марса. Ответы на все загадки настоящего всегда запрятаны в прошлом, — усмехнулся Грегор. — Ну, ничего страшного. Как пришлю Зингер, ты всё поймёшь сам. Пока что обеспечь мне образец таблеток, которые принимает наша храбрая портняжка, и образец её тканей. Капсула для сбора у тебя должна быть с собой.

— Хорошо. Сейчас всё сделаем. Отбой, — убрав болталку, Сэм обратился к Миранде: — Покажи мне таблетницу ещё раз.

Та протянула ему белую двустворчатую коробочку, и мужчина попытался её открыть, но та не поддавалась, грозя ещё чуть-чуть и сломать Сэму ноготь.

— Гадский контейнер, — пропыхтел Сэм, пробуя таблетницу так и эдак: — Как, ты говоришь, эта штука открывается?

— Когда нужно принимать лекарство, звучит минутный звуковой сигнал. Я открываю крышечку, и там лежит ровно одна таблетка. Как только я её беру, контейнер захлопывается.

— Похоже, они не хотят, чтобы ты съела две таблетки подряд, — предположил Беккет.

— Двойная доза меня убьёт. Пропускать приём нельзя. Так сказала Клементина. Ещё она не вела повреждать защитную оболочку таблетки. Я не должна её раскусывать, но обязательно глотать целиком. Тогда препарат не будет разрушен желудочным соком и благополучно доберётся до кишечника, где и впитается в кровь, — рассказала спутница.

— У меня нет другого выбора, кроме как взять у тебя очередную таблетку и отколупнуть от неё ножом маленький кусочек, чтобы отправить на экспертизу, — признался Сэм.

— Это ещё зачем? — заволновалась Миранда. — Я же сказала, что мне запретили портить таблетки.

— Ты хочешь знать, что у тебя за болезнь? От чего тебя лечат? Кто ты такая? — засыпал её вопросами детектив.

— Да, я хочу знать, — кивнула женщина, побледнев.

— Тогда доверься мне. Когда появится следующая таблетка?

— Скоро полдень. Она появится через сорок минут.

— Тогда подождём, — решил Беккет и добавил: — Кстати, я должен взять у тебя пробу биоматериала.

— Пробу? Какую ещё пробу? — не поняла Миранда.

— Кусочек твоей плоти.

— Ужас! — воскликнула спутница.

— У меня с собой прибор для таких целей. Он работает практически безболезненно и забирает частичку эпидермиса. По ней мой друг сможет вычислить твою личность, а, возможно, и определить твою болезнь.

— Жуть какая, — вздрогнула собеседница и вся сжалась.

— Давай сейчас? — предложил детектив.

— Что — прямо здесь? — не поняла Миранда.

Оглядевшись, Беккет пожал плечами:

— А почему бы и нет? Никто не запрещает людям решать свои вопросы, пока они ждут заказ. Наоборот, мы можем потратить это время с пользой.

— Надеюсь, это не больно?

— Вообще не почувствуешь, — пообещал Сэм.

— Ну, тогда давай, — решилась женщина.

Сэм сходил к плащу и принёс чёрный цилиндрик с кнопкой. Протянув его Миранде, мужчина объяснил принцип действия прибора:

— Прижми его к открытому участку кожи и нажми кнопку. Главное, не дёргайся. Лезвия у прибора очень нежные.

— Точно больно не будет?

— Да говорю же тебе.

Миранда прижала прибор к коже запястья и активировала.

— Ай! — вскрикнула она. — Больно-то как. Кровь так и хлещет.

— Потому что ты дёрнулась. Сама виновата. Отдай прибор, — Сэм протянул руку.

— Да забирай, обманщик, — она кинула пробу через стол, так что детективу пришлось её ловить на лету.

— Это я-то обманщик? — встрепенулся он и показал на её запястье: — Смотри, крови больше нет. Я же говорил, что это неопасно.

Миранда поднесла руку к глазам и, рассматривая место взятия пробы, задумчиво сказала:

— А действительно, и раны нет, и уже не болит. Чудеса.

— И всё равно ты злодей, Беккет! — добавила напарница, нахмурившись и выпятив губы. Всем своим видом она показывала, как сильно обижена.

Но Сэм не обратил внимания на её гримасы — к ним на туерном подносе уже приближалась еда. Официант толкал поднос перед собой, пока тот не заплыл на стол.

— Долговато для яичницы и двух стейков, не находите? — капризно заметила Миранда. — И это при том, что мы единственные посетители вашего заведения.

— Прошу прощения, госпожа, — официант изобразил на лице глубочайшую печаль и почти физические муки раскаянья: — Повара работают, не покладая рук, а всё потому, что в половине второго к нам начнут подходить постоянные клиенты на бизнес-ланч. Топ-менеджеры межпланетных консорциумов, директора корпораций и, самое главное, высшее церковное начальство из Экзархии, — закончил он перечисление с особенно почтительным придыханием.

— Похоже, мы вовремя зашли, — хмыкнул Сэм и спросил официанта: — А, позвольте узнать, протопресвитеры Павлиний Фарсидский и Альборий Элизийский к вам захаживают?

— Вы знаете их высокопреподобия? — удивлённо сморгнул официант.

— Они наши добрые друзья, — плавным жестом Беккет обозначил себя и свою спутницу: — Вот буквально час назад пересеклись с ними на верхнем этаже золотого купола.

— Вынужден сообщить, что, согласно политике приватности нашего заведения, мы не даём информацию о наших клиентах, — заявил официант, успевший отправиться от неожиданного вопроса.

— Спасибо, милейший. Прошу, передайте музыкантам моё почтение, они очень хороши.

— Всенепременно, — откланялся официант.