Сергей Ситарис – Записки трейдера. Испытание (страница 1)
Сергей Ситарис
Записки трейдера. Испытание
«Вы никогда не пересечете океан, если не наберетесь мужества потерять берег из виду»
(Христофор Колумб).
Глава1. Новая жизнь
Прошло больше месяца, как я вернулся с острова. Глядя на нашу южную промозглую зиму, с её частыми ветрами, когда при лёгком минусе тебя пронизывает насквозь, подтаявшим и перемешанным с грязью снегом на обочинах дорог, мне невольно вспоминались вечная зелень и тепло Мальдив.
И хотя я понимал, что безделье не должно длиться долго, иначе оно перестанет приносить удовольствие и обернётся скукой, мне сейчас так не хватало того состояния полной нирваны, в котором я находился все дни пребывания на острове.
Я снял кружку со специальной подставки для подогрева, которая была подключена к моему компьютеру через USB-разъём и поддерживала мой кофе в горячем состоянии. Удобная штука, когда не всегда можешь оторваться от мониторов во время торгов. Подставку мне на прощание подарили коллеги, как, впрочем, и саму кружку с портретом президента, на котором он в тёмных шпионских очках, элегантно придерживая их за одну дужку, смотрит куда-то в туманную даль, чуть вверх, как бы поверх голов своего электората. Коллеги всегда верили в моё большое будущее. Как-то они там без меня? Надо будет наведаться к ним как-нибудь, как разгребусь с делами.
Я вздохнул, сделал глоток ароматного душистого напитка и перевёл взгляд за окно.
Моя "однушка" находилась на четвёртом этаже десятиэтажного дома, в самом центре города, но расположена так удачно, что обзор из окна не перекрывался торчащими тут и там "свечками" высоток. Мой взгляд свободно, словно вдоль русла таёжной реки, обрамлённого подступающими с двух сторон к самому берегу высокими деревьями и скалами, устремлялся вдаль и только на горизонте спотыкался о пологий горб Невинской горы.
Разглядывание удалённых предметов снимает напряжение с глазных мышц и полезно для профилактики близорукости. Я где-то читал, что индеец различал врага, когда тот был ещё только точкой на горизонте. Поэтому я периодически отрывался от мониторов с выведенными на них графиками и стаканами котировок и давал глазам отдых, устремляя взгляд вдаль и стараясь разглядеть детали телевизионной вышки, установленной на самой макушке горы. Сама верхушка, продуваемая ветрами, была лысой, как голова грифа, но чуть ниже уже виднелся пояс "оперения" в виде растительности, сначала редкой, с проплешинами, но густеющей по мере спуска и уже на середине сливающейся в сплошной массив, зелёный летом и грязно-серый сейчас.
По мере того, как самолёт уносил нас всё дальше от Мале, постепенно таяло и ощущение бездумной расслабленности, уступая место мыслям о предстоящих заботах повседневной жизни. На родную землю я вернулся уже в кандалах обуревающих меня тревог и сомнений. С одной стороны, свобода, а с другой – "не потопаешь, не полопаешь". Да, не надо ходить на работу в привычном понимании этого слова, но это не значит, что не нужно зарабатывать. Моя фамилия не Безос и не Цукерберг, которые могут себе позволить несколько жизней ничего не делать, не волнуясь о хлебе насущном. Я пока не настолько обеспечен, чтобы не думать о деньгах. Из поездки на Мальдивы я вышел слегка потрёпанным в финансовом плане, как корабль, угодивший в эпицентр шторма и оставивший там часть своих, изорванных в клочья, парусов.
Будь в моём ФЛБ (фонде личного благосостояния) побольше активов, я предпочёл бы сейчас торговать откуда-нибудь из Канарских островов, где сейчас тепло и всё утопает в цветах. Неколько лет назад я летал туда отдыхать и мне больше понравилось не на Тенерифе, а на тихом, уютном острове Гомера с его патриархальным укладом жизни, бережно хранимой и передаваемой от поколения к поколению древней формой коммуникации с использованием свиста, этого уникального способа передачи информации, о котором мало кто знает в современном мире, плантациями алоэ, широко используемого для изготовления косметики, вареньем из кактусов, пальмовым мёдом… Я бы с удовольствием арендовал там уголок в маленьком городке Сан Себастьян на самом берегу океана, где до сих пор сохранилась церковь, которую посещал Колумб и ходил бы себе посвистывал в духе местных традиций.
Но, увы… Игорь Губерман прав:
"Свободой дни мои продля,
Господь не снял забот…
И я теперь свободен для,
но не свободен от".
Мне нужно учиться зарабатывать деньги новым ремеслом и лучше это делать в родной, привычной среде за своим удобным и хорошо оборудованным рабочим местом.
Сразу по возвращению Наташа вышла на работу, а я начал выстраивать новую жизнь: организовывать свой быт и режим, которые должны были претерпеть серьёзные изменения. Годами отлаженный ритм жизни: ранний подъём, зарядка, оздоровительная прогулка по пути на работу – всё это перестало быть строгой необходимостью. Хочешь вставай рано, хочешь валяйся до открытия торгов. Казалось бы, времени свободного стало больше, но утекало оно как-то непродуктивно, непонятно на что. Я это быстро понял в первые же дни, после возвращения с Мальдив.
Самое главное – не было ощущения удовольствия от наступления столь долгожданного нового этапа в моей жизни. Надо мной не было начальника, никто на меня не давил, но, как ноющий зуб, не давал покоя постоянно тлеющий в мозгу очажок тревоги: как оно пойдёт? Многие начинающие трейдеры, не понимающие, как работает механизм отъёма денег, думают: "начну торговать, или разбогатею, или, в крайнем случае, останусь при своих". Но у меня уже был опыт, и я отдавал себе отчёт в том, что активная торговля подразумевает реализацию большего варианта сценариев. И все они сильно напоминают те, что дошли до нас из глубины веков и высечены на вещем камне на развилке трёх дорог.
"Кто поедет прямо: будет всю дорогу и голоден, и холоден.
Кто вправо поедет: будет жив, да конь его умрет.
А влево кто поедет: сам умрет, да конь его жив будет"
(В. А. Жуковский. "Сказка о Иване-царевиче и Сером Волке").
По-хорошему, доехав до такой развилки, самым благоразумным было бы развернуть лошадку, да поскакать назад, да побыстрее.
Однако, варианты сценариев в разных былинах и сказках несколько отличаются и встречаются не столь безнадёжные:
"Налево пойдешь – богатым будешь, направо пойдешь – женатым будешь, а прямо пойдешь – убитым будешь".
Как бы то ни было, один из сценариев всегда фатальный и, в отличие от развилки у вещего камня, где путника честно предупреждают, что его ждёт на каждой из дорог, на бирже мы выбираем свой путь вслепую и никогда заранее не знаем, что там впереди. "На щите" мы окажемся или "под щитом".
В моей жизни ещё не было периода, когда бы я не работал. Повременная система оплаты труда развратила меня, приучила рассчитывать на гарантированное ежемесячное вспомоществование.
А торговал я всё это время в своё удовольствие, некритичными для моего ежемесячного дохода объёмами, воспринимая удачные сделки, как приятный бонус, а промахи, как сопутствующую этому занятию неизбежность.
Сейчас же ситуация поменялась, как в примере с бревном, по которому ты легко идёшь, когда оно лежит на земле и не можешь удержать равновесие стоит его поднять на высоту хотя бы метра от земли.
Отныне каждая неудачная сделка будет лишать меня части сбережений, на которые мне предстоит жить: покупать еду, необходимые мне вещи, оплачивать коммунальные услуги, то есть бить по моему уровню жизни, выхватывать сладкие куски прямо у меня изо рта.
Осознание этого требовало перестройки психологии.
Врождённое чувство ответственности не давало мне расслабиться до тех пор, пока я не начну зарабатывать торговлей хоть какие-то деньги. Пусть для начала небольшие, но стабильно. Купонного дохода с имеющегося у меня портфеля облигаций было недостаточно для полноценной жизни и приходилось, по мере необходимости, часть их продавать. Я прикинул, что, если ничего не делать, то моего капитала хватит примерно на полтора года скромного существования, без посещения казино в Монте Карло, а если начну торговать бездумно и с размахом, то можно и через полтора месяца без порток остаться. Всё будет зависеть от фортуны и масштабов моего безрассудства.
Пока же мой капитал только чахнул и это не лучшим образом сказывалось на моём психо-эмоциональном состоянии, не позволяя в полной мере насладиться всеми преимуществами свободной жизни.
Это что же получается: вместо свободы я одно давление (начальства) променял на другое (внутренний дискомфорт от неопределённости)?
Не зря говорят, что "неопределённость хуже вексельной отсрочки", поэтому я не стал долго тянуть и, уже через неделю после возвращения, начал потихоньку торговать. Перед этим, чтобы держать себя в тонусе и не превратиться в развалину, составил распорядок дня, включив в него обязательную физическую активность и свежий воздух, подключил дополнительный монитор и настроил под себя торговый терминал "Quik".
Когда я учился в школе, классе в пятом или шестом, помню, мы писали сочинение по картине Васнецова "Три богатыря" и наш двоечник Витя Винцевич написал, что Илья Муромец хорошо играл в шахматы. При разборе сочинений учительница, с трудом сдерживая улыбку, пока весь класс ржал, спросила его, с чего он это взял, из каких-таких древних рукописей почерпнул информацию?