Сергей Шведов – Владыка Асгарда (страница 45)

– Увы, кудесник, плоть слаба, а уж женская плоть тем более. Правда, у княгини Олены есть оправдание. Каган Яртур, умирая, поручил заботу о ней витязю Гостевиду.

– Яртур умер! – воскликнул потрясенный Пересвет.

Кудесник Пересвет никогда не был горячим сторонником внука Слепого Бера. Скорее всего, он его просто ненавидел. И смирился с его избранием только потому, что такова была воля Перуна, высказанная Ударяющим богом в присутствии витязей Асгарда и старейшин. На этом Влад и строил свой расчет. Кроме того, Пересвет состоял пусть и в дальнем, но все же родстве с князем Родегастом, а следовательно судьба его дочери Олены была кудеснику небезразлична. Падение княгини неизбежно аукнулось бы Пересвету и подорвало бы его авторитет в глазах волхвов.

– Каган убит в Браниборе мятежными берами, сговорившимися с темником Хмарой. Нам с трудом удалось вырвать княгиню Олену из их лап и переправить ее в Асию.

– Мне безразлична судьба падшей женщины, – холодно заметил Пересвет.

– Мне, в сущности, тоже, – горестно вздохнул Влад. – Но я обязан довести до твоего сведения имена людей, которые ныне претендуют на первенство в Асии. Это царь Сарматии Таксак и князь Сколотии Хорс.

– Перун их не приемет, – сверкнул глазами Пересвет.

– Эти люди не ищут расположения Ударяющего бога, – покачал головой Влад. – Они уже склонили выи перед его дочерью, богиней Деваной. Именно ее культ они объявят главенствующим в Асии и окрестных землях. А помощницей им в этом будет кудесница богини княгиня Леля.

– Это безумие, боярин Влад! – почти выкрикнул Пересвет, и выцветшие глаза его сверкнули яростью. – Витязи Асгарда не допустят поругания своего бога.

Мы с боярином Синегубом в этом не сомневаемся, кудесник, – ласково отозвался Влад. – Но война с сарматами, сколотами и волкодлаками разорит Асию. И боюсь, что среди асских старейшин найдутся такие, которые ради спасения нашей земли пойдут на сделку с богиней Деваной и ее сторонниками. Увы, доблесть ныне царит далеко не в каждом сердце.

Кудесник Пересвет намек понял и приготовился слушать:

– Что ты предлагаешь, боярин Влад?

– Ты, кудесник, одновременно должен объявить народу о смерти Яртура и назвать имя нового владыки Асгарда.

– Кого ты имеешь в виду?

– Витязя Гостевида, нового мужа княгини Олены, – спокойно ответил Влад.

– Но он не муж – он прелюбодей!

– Он станет ее мужем сегодня. И ты кудесник сам свершишь все положенные в таком случае обряды.

– Такого не было прежде, чтобы вдова вновь выходила замуж, когда душа ее мужа еще не покинула наш мир, – взъярился Пересвет.

– Все когда-нибудь бывает в первый раз, – пришел на помощь соратнику боярин Синегуб. – У нас нет времени, кудесник. Ожидание нас погубит. Как только весть о гибели Яртура достигнет Расены, между асскими старейшинами вспыхнет распря. Каждый начнет проталкивать к булаве своего родовича. Мы передеремся еще до того, как сарматы и сколоты вторгнутся в пределы Асии.

– Но почему именно Гостевид? – с ненавистью глянул на бояр Пересвет.

– Потому что его выбрала княгиня Олена, – ласково улыбнулся кудеснику Влад. – Ты видел все своими глазами. Конечно, ты можешь объявить свою родственницу потаскухой, но тем самым развяжешь в Асии и по всей Ойкумене такую кровавую бойню, пред которой померкнут все наши прошлые несчастья.

Кудесник Пересвет, надо отдать ему должное, глупцом не был. Конечно, он отлично понимал, что в возвышении Гостевида более всех заинтересован Влад, и что боярин, ловко воспользовавшись сложившимся положением, собирается выскочить в первачи, прибрав к рукам власть в Асии. Но, к сожалению для волхвов, выбор у них был небогатый. Либо Гостевид с Владом и Синегубом за спиной, либо пришлые люди, в лучшем случае равнодушные к культу Перуна.

– Я должен выслушать княгиню Олену, – сказал твердо Пересвет. – И только после этого приму решение.

– Хорошо, – отозвался боярин Влад. – Уже сегодня к полудню мы привезем Олену в храм Перуна, и там, пред грозным ликом Ударяющего бога, она ответит на все твои вопросы. И, если эти ответы тебя устроят, Пересвет, ты объявишь Олену и Гостевида мужем и женой.

– Ты ставишь мне условия, Влад? – надменно вскинул голову кудесник.

– Не я тебя тороплю, а жизнь, – резко возразил Влад. – Боярин Синегуб прав, у нас нет времени. Асия на краю пропасти, и только ты, Пересвет, можешь удержать ее от падения. Тебе, кудесник, придется отвечать перед Перуном за гибель родной земли, а мы с боярином Синегубом сделали все, что смогли.

Кудесник Пересвет покинул усадьбу хитроумного боярина в великом гневе и большом смятении. Однако Влад почти не сомневался, что он примет именно то решение, которое выгодно и боярам, и волхвам, и всей Асии. Главная трудность была не в кудеснике, а в княгине Олене, которая, похоже, уже выскользнула из объятий сон-травы и теперь являла любовнику свой буйный нрав. Услышав ее крик, бояре поспешили на помощь незадачливому претенденту на булаву и княжеское звание. В столкновение с разъяренной женщиной витязь Гостевид не выказал особенной доблести и был сброшен на пол раньше, чем Влад и Синегуб переступили порог ложницы.

Уйди, – приказал племяннику боярин. – Нам надо поговорить с княгиней.

Гостевид подчинился Владу с величайшей готовностью и скрылся за дверью раньше, чем боярин Синегуб успел глазом моргнуть.

– Пришлите мне служанок, – крикнула Олена. – Я приму вас не раньше, чем меня облачат в подобающие одежды.

– Для потаскухи ты выглядишь вполне сносно, – криво усмехнулся Влад, присаживаясь в кресло, стоявшее неподалеку от ложа.

– Как ты смеешь, боярин, меня оскорблять! – вскинулась княгиня, но, взглянув в холодные и безжалостные глаза Влада, отшатнулась к стене.

– Сегодня ты станешь законной женой витязя Гостевида, – спокойно сказал боярин.

– Никогда! – выкрикнула Олена.

– В таком случае, тебя объявят прелюбодейкой, остригут наголо и продадут в один из притонов. Я думаю, оборванцам лестно будет переспать с дочерью князя Родегаста. – Ты лжешь, боярин? – лицо княгини пошло бурыми пятнами. – Твой племянник взял меня силой, я готова в этом поклясться перед ликом Перуна!

– Темник Хмара тоже тебя изнасиловал? – ласково спросил Влад. – И у тебя хватает наглости, женщина, призывать в свидетели своего благонравия Ударяющего бога! Ты не просто спала с орланом, ты помогла ему заманить в ловушку своего мужа кагана Яртура. Любой другой на моем месте без сожалений передал бы тебя на поругание, но я был близким другом князя Родегаста, и в память об этой святой для меня дружбе я готов тебе помочь, княгиня.

У Олены, надо отдать ей должное, хватило ума, чтобы понять свою выгоду. И Владу не пришлось ее долго убеждать. Конечно, в лице этой женщины он нажил лютого врага, и при случае она способна больно ущипнуть боярина. Но и Влад не настолько наивен, чтобы предоставить ей этот случай. Им обоим придется говорить неправду в храме Перуна, а в этом мире нет уз более крепких, чем ложь. Именно ложью Влад привяжет Олену и к себе и к Гостевиду. И если боярину суждено упасть, то он утянет за собой в пропасть и племянника и его норовистую жену. А в такой компании пропадать веселее.

Глава 6

Возвращение Бутуя

Боярин Бутуй достиг Орлании через две седмицы долгого и тяжкого пути. Поневоле пришлось не один раз помянуть добрым словом крылатого монстра грифона, столь удачно и быстро перебросившего боярина из родной Расены в далекую Биармию. Кряхтя и охая, боярин сполз с коня во дворе княжьего детинца, выстроенного когда-то князем Арием для долгой и счастливой жизни. К сожалению, ни самому Арию, ни его сыновьям пожить в новом детинце так и не пришлось. И теперь в деревянном тереме, спрятанном за каменной стеной, зализывал раны внук Ария, еще недавно самый могущественный человек в Скифии, а ныне изгой, преследуемый многочисленными врагами. Терем Бутую понравился. Он был выстроен в три яруса и украшен затейливой резьбой. Надо признать, что в работе с деревом поспорить с орланами могли разве что их соседи сколоты. А вот по части обработки камня асы превосходили и тех и других. Внешние стены детинца, усиленные четырьмя башнями, строили, конечно, асы, приглашенные Арием из Расены для столь важного дела. Руку своих мастеров боярин Бутуй опознал без труда.

Расторопные служки подхватили под уздцы коня боярина, и даже помогли ему взойти на крыльцо терема, где его поджидал темник Бекас, посаженный каганом Яртуром управлять родной землей.

– Вот уж кого не чаяли здесь увидеть, так это тебя, боярин, – с усмешкой приветствовал гостя темник.

Бутуй отметил про себя, что Бекас мало изменился с той ночи, когда он впервые увидел его в своем саду. Все так же насмешливо щурились его небольшие глаза, и все так же играла на тонких бледных губах ехидная улыбка. Еще недавно никому и в голову бы не пришло усомниться в верности Бекаса кагану Яртуру, но по нынешним смутным временам уже не знаешь, кому верить. Ведь и темник Хмара был преданным соратником кагана, прошедшим с ним огонь и воду. Впрочем, боярин Ермень, с которым Бутуй близко сошелся в последний месяц, объяснил недоумевающему асу причину столь странного поведения надменного орлана. Бутуй в молодые годы и сам не раз терял голову из-за женщины, но Хмару он осудил сразу и бесповоротно. Нет, не только страсть к княгине Олене двигала этим человеком, но и жажда власти, которая словно ржа разъедает даже самые благородные души.