Сергей Шокарев – Катастрофа Московского царства (страница 9)
Средняя и Нижняя Волга («понизовые города») были населены разными народами, ранее подвластными правителям Казанского и Астраханского ханств. Наименование «царств» сохранялось за ними в титулатуре российских государей и документах. Управляло этими территориями специальное ведомство – Приказ Казанского дворца. На месте запустевших ордынских городов на Волге появились русские крепости Самара, Саратов, Лаишев, Царицын и другие. Завоеванные в середине XVI века казанские татары и черемисы (мари) полвека спустя продолжали сопротивляться русской власти и сопутствовавшим ей колонизации и христианизации. Всю вторую половину XVI века здесь регулярно поднимались восстания (1552–1557, 1560, 1568, 1571–1574, 1582–1586, 1591–1592). Тлеющий огонь национального мятежа вновь разгорелся в Смутное время, что стало важным фактором общероссийского конфликта.
В низовьях Волги, несмотря на претензии крымцев и соседство с ногайцами, России удалось удержать за собой Астрахань. Если Архангельск был окном в Европу, то Астрахань – в Азию. Присоединение Астрахани открыло России путь к богатейшим рынкам и выгоды транзитной торговли между Востоком и Западом.
К востоку от неспокойного Казанского края, «через Камень» (за Уралом), простирались новые российские владения – Сибирь. Прологом к ним являлась обширная вотчина промышленников Строгановых в Пермской земле – на реках Каме и Чусовой. Пользуясь покровительством Ивана Грозного, Строгановы создали здесь своеобразное государство на границах России и собрали колоссальные богатства за счет солеварения, добычи пушнины и других промыслов. Их война с сибирским ханом Кучумом привела к завоеванию Сибири Ермаком и началу продвижения русских в Сибирь. К началу XVII века почти вся Западная Сибирь вошла в состав Московского царства, были основаны остроги[4] и городки Тюменский, Тобольский, Березовский, Пелымский и другие. В Сибири собирали ясак (дань пушниной), и «мягкое золото» в XVI–XVII веках являлось важнейшей статьей государственного дохода.
В освоении Сибири и дальнейшем продвижении на восток сыграли большую роль казаки – особая этносоциальная группа, занимавшаяся преимущественно военным делом. Казачьи поселения охватывали юг России, уходили к окраинам, которые так и назывались «украйнами», «польскими» и «крымскими». Еще в XV веке появились казаки на Дону и распространились от верховий до среднего течения. Казаки селились в Приазовье, на Средней Волге, на Яике, на Тереке, а крупнейшее, наряду с донским, запорожское казачество обреталось на Днепре. Столицей запорожского казачества была крепость Сечь, неоднократно менявшая свое местоположение. В русских источниках XVII века запорожцы именуются черкасами. Казачьи поселения представляли собой военные республики, избиравшие своих предводителей, но тянувшиеся к покровительству и службе у монархов России и Речи Посполитой.
«Казак» – изначально тюркское слово, означавшее «свободный человек». Между татарскими ордами и русскими селениями возникли станицы таких свободных людей, воевавших на две стороны, грабивших торговые караваны и посольства. Они пополнялись выходцами из татарских ханств, пришлыми и бродячими людьми из России, Великого княжества Литовского, Польши. Постепенно часть казачества поступила на царскую службу, осев в «украинных» городах. Казаками стали называть служилых «по прибору», поступавших на военную службу также в центре и на западной границе. Служилые казаки получали поместья, дворы и жалованье в пограничных крепостях. Таковых было достаточно много, в южных уездах они составляли значительную по численности категорию служилых людей.
Вольные казаки обретались на юго-восточных, южных и юго-западных границах Московского государства (донские, волжские, терские, яицкие, запорожские). Они существовали за счет войны и состояли в непростых отношениях с царским правительством, которое было недовольно казачьими грабежами торговых караванов и посольств, но поощряло нападения казаков на Крым. Придерживаясь православия, казаки провозглашали союз с христианскими государями против татар и турок. Казачество пополнялось за счет крестьян и холопов, выходивших из южных и центральных уездов (в том числе бежавших). В советское время масштабы этого явления и его протестный характер были сильно преувеличены. Документы свидетельствуют, что среди служилых казаков на южной границе было немало бывших крестьян, закрывших обязательства перед помещиками.
До начала XVI века южной границей России была Ока, защищенная береговой чертой, к которой ежегодно выходили войска – сторожить центральные уезды от татар. Затем постепенно линия обороны (засечная черта) сдвинулась на юг, появились южные крепости Тула, Дедилов, Епифань, Донков, Сапожок, Ряжск, Новосиль, Елец, Курск, Орел, Ливны, Воронеж, Валуйки, а в 1599 году окольничий Б. Я. Бельский был послан строить Царев-Борисов у впадения реки Бахтин в Оскол, более чем в 660 верстах к югу от Москвы. По мере продвижения на линии крепостей на юг степные территории за Окой заселялись служилыми людьми и крестьянством. Какую-то часть этого населения составляли беглые крестьяне и холопы. Главную роль в освоении этой территории играло правительство, а расселение шло медленно и неравномерно из‐за постоянной угрозы татарских набегов. В «украинных» городах ощущался недобор служилых людей, и местные воеводы были вынуждены «верстать» пашенных крестьян в казаков и детей боярских, что вызывало проблемы, о которых шла речь ранее. К началу Смуты здесь сложился контингент служилых людей, более демократичный по составу, чем дети боярские Московского края, замосковных и северных и северо-западных городов.
К западу от «украинной» линии лежала Северская земля – территория по реке Десне и левобережью среднего Днепра. Эти территории перешли в состав Московского государства из Великого княжества Литовского в начале XVI века. Крупнейшие города Северщины – Чернигов, Путивль, Новгород-Северский, Стародуб, Трубчевск, Брянск, Почеп – были включены в систему обороны, сюда назначались воеводы и стрелецкие головы. В составе Северской земли находилась обширная дворцовая Комарицкая волость, главной крепостью которой были Кромы. Эти земли постоянно подвергались нападениям татар и литовцев, требовали не меньшего внимания со стороны правительства, чем южная «украйна». Здесь сформировалась особая этническая группа, близкая к казакам, – севрюки, потомки древнерусского населения.
Замыкает обзор территорий Смоленская земля, центры которой именовались «городами от Литовской украйны» (Смоленск, Красный, Вязьма, Дорогобуж, Белая, Великие Луки). Составлявшая некогда независимое княжество, эта территория в начале XV века была завоевана великим князем литовским Витовтом, а в 1513 году ее отвоевал у Литвы Василий III. С этого времени Смоленск стал крупнейшей пограничной крепостью Московского государства на западе. Из-за частых войн с Литвой этому направлению придавалось важнейшее значение.
В 1595–1602 годах под руководством зодчего Федора Коня была построена монументальная Смоленская крепость. Борис Годунов лично в 1596 году выезжал наблюдать за ходом работ. Колоссальное по объему строительство вызвало мобилизацию огромного числа мастеров и рабочих. На монастыри была возложена обязанность поставить «посошных людей» (рабочую силу) и подводы для перевозки камня. «Камень возили изо всех городов, а камень имали, приезжая из городов в Старице да в Рузе, а известь жгли в Белском уезде у Пречистые в Верховье». После завершения строительства каменно-кирпичной крепости общая протяженность стен составила 6,5 км, башен насчитывалось 38; толщина стен от 5,2 до 6 м.
«Латухинская Степенная книга» 1678 года передает разговор, якобы состоявшийся при дворе царя Федора Ивановича. Годунов, расхваливая крепость, назвал ее «ожерельем» России. На это князь Ф. М. Трубецкой будто бы возразил: «Как в том ожерелье заведутся вши, и их будет и не выжить». Резкий переход от высокой патетики к грубой иронии связан с болезненностью темы: Смоленскую крепость, захваченную поляками в Смуту, удалось отвоевать с огромным трудом только в середине XVII века.
География и демография
Оценить, сколько людей проживало в Московском государстве в конце XVI века, крайне трудно из‐за того, что демографической статистики в то время не существовало. Первый более-менее точный и подробный учет населения начали вести при Петре I, однако и тогда учитывали только налогоплательщиков-мужчин, а не всех жителей страны. Для того чтобы получить представление об общей численности, можно прибегнуть к экспертным оценкам. Согласно вычислениям специалиста по исторической демографии Ярослава Евгеньевича Водарского, население России в конце XVI века составляло 7 млн человек обоего пола. Подавляющее большинство жителей были крестьянами. Установить соотношение между разными сословными категориями возможно только по аналогии с более поздним периодом. По Я. Е. Водарскому, в 1678 году крестьян насчитывалось 91,4 %, податных городских жителей 4,7 %, феодалов, духовенства и чиновников 3,8 %. В 1719 году эти цифры были следующими: 87,2 %, 4 % и 8,7 %. Для рубежа XVI–XVII веков основные объемы цифр, скорее всего, сопоставимы с 1678 годом, но численность представителей привилегированных сословий, вероятно, была меньше.