Сергей Шкенев – Спецназ Его Величества (страница 16)
Тема нашла живейший отклик, люди заинтересовались, пустились в воспоминания, и опять появилась возможность спокойно говорить:
– Просят денег?
– И это тоже. Или ты думаешь, будто могут быть другие просьбы?
– Надежда умирает последней, душа моя.
Я тоже наивный. Прошли те времена, когда немецкие родственники пытались строить интриги, шпионили в пользу прусского или австрийского двора, жаловались на территориальные поползновения более сильных соседей и прочая, и прочая, и прочая. Ныне только одно – едва удерживающиеся на грани приличия просьбы о помощи. Финансовой, разумеется.
Оказалось, что в жизни всегда есть место чуду, и Мария Федоровна смогла меня удивить. Она достала из извечного женского тайника, что за лифом, вчетверо сложенный листок бумаги и протянула со словами:
– Вот здесь не просьбы, а предложения.
Не понял… какая-то сволочь смеет посылать письма моей жене, минуя официальные пути? Впрочем, после первых строчек выяснилось, что сволочь была не одна. Любопытно, любопытно…
– Сама как смотришь на это?
– Знаешь, – в голосе супруги чудится насмешка. – Это выглядит попыткой мышей побить кота, предварительно заручившись помощью медведя.
– А медведем являюсь я?
– Кто же еще? Бонапарт больше напоминает помойного кабыздоха, в отсутствие хозяев пробравшегося в дом. Разгромил кухню, нагадил в будуаре, охально обидел оставшихся без присмотра болонок… Теперь кусает лакеев, пытающихся выгнать его взашей.
Надо же, до чего сочно и образно сказано! Воистину национальность женщин нужно считать не по стране происхождения, а по месту рождения ее детей. Разве немка так скажет?
– Но, дорогая, Совет немецких князей…
– Представляет собой кучку голодранцев, под предлогом войны с Австрией пытающихся выпросить у тебя как можно больше денег! – продолжила за меня Мария Федоровна. – Павел, я совершенно не разбираюсь в армейских делах, но твердо уверена, что при таких союзниках количество твоих дивизий придется увеличивать вдвое, чтобы не только воевать с австрийцами, но и спасать от разгрома этих… этих…
Хорошее воспитание не позволило императрице найти точное определение. И не нужно, я сам навскидку смогу предложить десяток вариантов, один другого неприличнее. Но, согласитесь, жулики первостатейные. Европа вот-вот полыхнет войной, в которой не будет нейтралов, а они керосинчику плескают, собираясь предъявить Австрии ультиматум. Да, а что написано про требования? Опять не понял – вроде ультиматумов без требований не бывает? Охренели, идиоты?
Но здравая мысль в послании все же есть, правда если смотреть с немецкой точки зрения. Ну как же – войти в союз с Россией, что почти на сто процентов гарантирует защиту от притязаний Наполеона, тоже автоматически становящегося союзником. А оно мне надо? Сегодня с Бонапартием мир, дружба, взаимовыгодная торговля, а завтра? Завтра «маленького капрала» клюнет в задницу жареный галльский петух, и двинут к нашим границам орды европейской сволочи под французскими знаменами. Нет уж, на хер… Не будем вмешиваться в приватные беседы Парижа и Вены – чем больше они друг друга поколошматят, тем легче потом их бить. А бить придется, рупь за сто даю. Это карма, как однажды выразился на допросе подозреваемый в шпионаже на Японию буддийский монах.
Я, как коммунист, в эти восточные сказки не верю, тем более тот монах оказался обыкновенным калмыком, приехавшим в Нижний Новгород торговать арбузами на колхозном рынке и попавшим к нам из-за доноса фининспектора, долго и безуспешно намекавшего на взятку. Вот он-то свой червонец с намордником получил, а арбузного шпиона отпустили. Иногда вспоминаю этот случай как анекдот, и слово в память врезалось.
Карма… может быть, и она. Но воевать с Наполеоном все равно придется. Любая вновь образующаяся империя похожа на подростка, подсмотревшего в цирке пару хитрых приемов какой-нибудь борьбы – сразу ощущает себя сильным, могучим, опасным и… и сразу же пытается доказать это сверстникам. Потом, после нескольких удачных драк, начинает лезть к взрослым. И если не получит вовремя в рыло… так, чтобы вылетевшие зубы перемешались с кровавыми соплями, то жди беды. Вырастет чудовище, которое такого натворит!
Нет, укоротить Бонапартия придется, это понятно, только не время сейчас. Пусть воюет. Даже если кого-нибудь победит и что-нибудь захватит, то не велика беда – Австрия и немецкие княжества вовсе не тот противник, с которым армия приобретает боевой опыт.
Кстати, испанские гверильясы наверняка захотят научить немцев и австрийцев славным обычаям партизанской войны. Заодно на продаже древних фузей кое-какие деньги заработаем… хм… я хотел сказать – окажем посильную помощь освободительному движению угнетенных народов. Что, пока еще не угнетенные? Так мы и не торопимся.
– Отвечать на письмо будем? – Мария Федоровна улыбается. – Только не так, как на предыдущее.
Стыдно. Но зачем напоминать? Да, было дело, поддался настроению, но не отправил же? Теперь что, всю жизнь попрекать?
А стоит ли им вообще отвечать? Разве идущий по лесу медведь должен обращать внимание на снующих под ногами, в смысле лапами, муравьев? От тех хоть какая-то польза есть – санитары леса. Или так про волков говорят? Пусть будут муравьи. Хоть гусеницы, лишь бы в стаи не сбивались. Кстати, о стаях… не слишком ли много позволяет себе Пруссия? Ведь именно по ее инициативе германские князья, курфюрсты, пфальцграфы и прочая сволочь собралась в Берлине на этакую конференцию. Четвертый Интернационал, мать его за ногу! Такими темпами и до объединения додумаются. Или нет, решат дожидаться Бисмарка?
К чертям все союзы с немцами. У русского человека против них врожденное предубеждение. Пусть даже они австрийцам проиграют (тут и Кассандрой не нужно быть), но и в поражении почувствуют преимущества объединения – разгром, поделенный на нескольких участников, выглядит не таким уж страшным. А если, не дай Бог, победа? Тут действует совсем другая арифметика – не делить, а умножать приходится.
Хотя, если взглянуть на проблему иначе… Да пусть воюют, в конце-то концов. Кто там вокруг себя собирать будет, если они друг друга ненавидят и готовы сцепиться при любом удобном случае? Бавария перед Наполеоном задницей крутит, Ганновер под англичанами лежит, Саксония и Вюртемберг… Что там еще есть? Забыл. Германские государства сейчас старые башмаки напоминают – никому не нужны, все знают, что они где-то есть, но никто не знает, где именно.
– Павел, так что будем делать? – Мария Федоровна повторяет вопрос.
Женщине хочется поиграть в политику? Так за-ради Бога, в добрый путь!
– Душа моя, ответь им сама.
– Что обещать?
– Все что угодно, только ничего конкретного.
– А деньги?
– Вот их не нужно ни в коем случае.
– Но мы же все равно не собираемся давать, только посулим.
Не понимает. Тут ведь дело вот в чем – предложи человеку тиару папы римского, а потом обмани… Любой отнесется с пониманием – ну не получилось, что уж теперь? Но о деньгах будет помнить вечно и еще детям завещает – как же, на святое покусились! Свинская человечья натура…
– Нет, дорогая, будем выше меркантильных мелочей!
Мария Федоровна ушла, не желая мешать важным мужским разговорам и стеснять своим присутствием блистательных кавалеров. Золото, а не женщина!
В душе опять ворохнулось старое недовольство. Что-то в последнее время оно часто стало проявляться. Уж не собирается ли прежний владелец тела предъявить на него права? Да и на жену тоже?
Ответом стал ясно прозвучавший в голове эмоциональный возглас:
«При чем здесь бабы, дурень? Беляков с грузом золота две недели как прибыть должен, а ни слуху ни духу!»
«Обоз фальшивый!» – мысленно оправдываюсь… перед кем?
«А министр настоящий!»
«Что я могу сделать?»
«Хоть что-нибудь, император хренов».
«Послать батальон Тучкова навстречу?»
«Сам решай, не маленький. Я ухожу. Совсем ухожу».
«Куда?»
«Не твое собачье дело! Ладно, не переживай, у тебя неплохо получается править. Все!»
Собеседник замолчал, и для полноты картины не хватает только коротких гудков в трубке. Трубки тоже нет. А что это было?
Документ
Саксония(лат.
Одно из наиболее известных изображений Саксонии находится в здании железнодорожного вокзала в Астрахани. Ранее оно располагалось на фронтоне министерства финансов Саксонии в Дрездене и перенесено после войны 1920 года. Саксония принимает деньги от ремесленников и передает их на строительство, искусство и образование. Правда, местные жители утверждают, что изображение рассказывает об императрице Марии Федоровне, проводящей инспекторскую проверку Астраханского полка.
Глава 7
– Красотища-то какая, Денис Васильевич!
Лейтенант Давыдов, командир флагмана Императорского Пароходного флота, только улыбнулся в ответ. Он не разделял восторгов министра золотодобывающей промышленности Александра Федоровича Белякова. Ну какая может быть красота в дельте Волги? Да хоть Каспийское море взять – соленая лужа со штормами, и больше никакого приятного сердцу романтизма. Вот Балтика, где даже от самой воды волнующе пахнет дальними странствиями, приключениями, смолой и порохом… А что здесь? В какую сторону ни пойди, везде берег. На персиян с накрашенными хной бородами смотреть? Так их и на Макарьевской ярмарке толпы ходят.