Сергей Шкенев – Отшельник Книга 3 (страница 5)
— Тут даже спорить не стану, — кивнул Самарин. — Полностью согласен, что яблоко, пусть даже оно кислое и червивое, по вкусу всегда выгодно отличается от коровьей лепёшки. Только оно всё равно останется кислым и червивым.
— Поясните свои слова, Андрей Михайлович? — Ковров снова поправил очки. Видимо, это движение его успокаивало.
— Охотно поясню, Андрей Дмитриевич. Вот, например, наши люди из пятнадцатого века каждую зиму, когда не пришлось хоронить умерших от голода детей, до сих пор воспринимают как чудо господне, данное им через посланцев божьих — государя-кесаря Иоанна Васильевича и светлейшего князя Самарина.
— Немного нескромно, — хмыкнул от мангала Иван Иринчеев. — Посланцы божьи… ха!
— Где-то так, да. А вот кто из вас, господа-товарищи, помнит ледяной дождь пятилетней давности?
Помнили все присутствующие. Ещё бы не помнить, когда из-за природного катаклизма без электричества осталась полоса длиной от Смоленска до Казани, и шириной чуть больше трёхсот километров. Потом на ликвидацию последствий ушло две недели, а пострадавшим пообещали по десять тысяч рублей каждому. Не на семью, а именно каждому пострадавшему жителю. Естественно, с компенсацией опрокинули, обставив её получение кучей невыполнимых и унизительных для нормального человека условий. В результате её получил лишь каждый двухсотый, так или иначе связанный с местными администрациями родственными или дружескими связями.
— К чему эти воспоминания, Андрей Михайлович? — хмуро осведомился министр обороны, отвлёкшийся от мяса, капающего на угли жиром и соком.
— Это как иллюстрация к моим словам, Иван Баирович, — ухмыльнулся Самарин. — Тогда, если я правильно помню, заявление на компенсацию написали даже владельцы роскошных особняков, снабжённых автономным электропитанием как раз для таких случаев. Халява же! И плевать, что ежемесячный доход среднего рублёвского жителя составляет больше миллиона в день — десять тысяч тоже деньги.
— Вот потому мы и обставили её получение рядом условий…
— Ну да, ну да… Ладно, условия получения к делу не относятся. А вот тот факт, что ваши люди свято уверены, будто государство должно им по гроб жизни, факт очевидный. Как земля колхознику должна!
— Мы не собираемся переселять владельцев особняков с Рублёвки или Барвихи, — неожиданно злым голосом произнёс президент. — Будем как раз набирать деревенских жителей.
— Нормально получится, — согласился Самарин. — Если вообще получится. Вы в курсе, Сергей Сергеевич, что сейчас при устройстве на работу не спрашивают, сколько смогут заработать, а интересуются, сколько будут получать. И деревенские жителя в том числе. Попробуйте с них начать заботу о продовольственной безопасности страны.
— Каким же образом, позвольте узнать?
Андрей Михайлович хмыкнул:
— В первую очередь необходимо расстрелять федеральное министерство сельского хозяйства, а потом то же самое сделать с региональными. Вы в курсе, что теперь крестьянину, чтобы продать на рынке тушку кролика или гуся, требуется забить их на мясокомбинате за отдельную плату? И что, в продаже стало больше гусей, уток или кроликов? Нет, они просто больше не продаются. Полуподпольная торговля по объявлениям кое-как существует, но цены…
Но Самарин не совсем вежливо перебил его:
— Уж себя-то не обманывайте, Сергей Сергеевич. Кстати, а кто из вас в детстве проводил лето у бабушки в деревне? Парное молоко с тёплым свежим хлебом помните? И где оно сейчас, то молоко? Ну как же… там сено на зиму накосить нужно, доить корову несколько раз в день, причём первый раз ещё затемно. Не проще ли выпить пивка, а то и самогоночки на курином помёте, да устроиться перед телевизором на диване, лениво наблюдая за ток-шоуменами или скачущими по сцене раскрашенными педиками? Что, вообще-то, чаще всего мало отличается одно от другого.
Бунин хотел что-то ответить, но появились помощники в белых фартуках поверх классических костюмов, и он промолчал. А крепкие улыбчивые парни расставили на столе тарелки, разложили ножи и вилки на салфетках, добавили пиалы с горчицей, хреном и различными соусами, начиная от обычного соевого и гранатового, и заканчивая ткемали и экзотическим васаби. Отдельно поднос с горячими лепёшками из тандыра. И зелень, как мелко порезанная, так и в пучках. А перед Самариным и Ковровым водрузили массивные хрустальные пепельницы и бутылку чёрного барбадосского рома. Одну на двоих, но точно посредине. Это что же, Андрей Дмитриевич тоже уважает качественный тростниковый самогон?
Министр иностранных дел перехватил взгляд, и будто читая мысли, подтвердил:
— Иногда позволяю себе под настроение. Согласитесь, хорошие крепкие напитки могут быть только дистиллятами?
— Соглашусь, — кивнул Самарин. — Но и столетние стоялые меды с ног валят не хуже, а по вкусу куда как лучше. Но увы, с собой нет и предложить не могу. У нас на всё Государство Российское его тонн двадцать осталось.
В это время министр обороны зашёл в беседку с огромным букетом шампуров, и положил его на заранее приготовленный поднос. Андрей Михайлович обратил внимание и на мелкие кусочки, из-за чего мясо на углях быстро пересыхает, и подгорелости, и вообще какай-то неопрятный вид поданного кушанья. Поморщился, что не укрылось от Ивана Баировича.
— А что, Андрей Михайлович, вы не любите ягнятину? Какие-то религиозные запреты или предубеждения?
— Да нет никаких запретов. Только вот такое вот блюдо у нас любой татарин из старой кобылы приготовит.
— Ой ли? — усомнился министр обороны.
— А вы не сомневайтесь, вы как-нибудь в гости загляните, да попробуйте?
— В гости? — президент России убрал протянутую было к шампуру руку. — А ведь это вполне можно организовать. Заодно с татарским императором насчёт земель поговорить. Возможно такое, Андрей Михайлович?
— Очень даже возможно, — подтвердил Самарин. — Тем более он через неделю приедет в Москву удочерять невесту государя-кесаря Иоанна Васильевича.
— Зачем её удочерять? — удивился Бунин.
— А, старые обещания, — отмахнулся Андрей Михайлович. — Когда-то Касим пообещал выдать за Ивана свою дочь и отдать в приданое долю в совместных владениях, но у него только сыновья, а с дочерью никак не получилось. Вот и нашёл выход.
— Это получается, придётся договариваться с невестой царя?
— Скорее, с её старшим братом, Маментием Бартошем, князем Браниборским, — пояснил Самарин.
— А Бранибор это…?
— Бывший Брандербург. Потихоньку возвращаем бывшие славянские земли и заселяем заново.
— Ага, — кивнул министр обороны. — А ещё мы можем лично подарки привезти, так и договариваться проще будет. Тут недавно опять покопались в закромах Родины, и оттуда выпали двенадцать тысяч винтовок арисака в заводской смазке, и пять миллионов патронов. Патроны, понятное дело, придётся переснарядить, но ведь там самое ценное — гильза и сама пуля. Они как раз в прекрасном состоянии.
— Неплохо, — согласился Самарин. — А если где-нибудь тонн пятьдесят тротила завалялось, так вообще прекрасно будет.
— Зачем вам столько?
— Император Касим оказался большим любителем минной войны. Да и его сыновья***, наводящие порядок в Средней Азии и на Ближнем Востоке, очень любят стены вражеских городов взрывать вместо кровопролитных штурмов.
***В реальной истории у Касимы был только один сын Данияр, но здесь вам не тут.***
— Я отдам распоряжение поискать тротил, — пообещал Иринчеев, и протянул Андрею Михайловичу наименее пострадавший от углей шампур. — Всё же попробуйте шашлык, зря что ли старался.
Мясо, как и ожидалось, оказалось сухим и несмотря на все специи имело привкус и запах старой козлятины. А может, и благодаря им — не зря же на Кавказе многие считают, что лучшей и единственной приправой к ягнёнку является дым. Ну и немного соли, если она не закончилась.
Зато ром был превосходным, и вдвоём с министром иностранных дел Самарин быстро уговорил бутылку ёмкостью ноль семь литра. В основном под лепёшки с зеленью, так как больше пробовать мясо он не решился. А остальные ели и нахваливали. Притворяются, или на самом деле им кажется вкусно?
Президент Бунин ограничился парой глотков вина, а всё остальное время названивал по телефону, согласовывая свой собственный трёхнедельный отпуск и отпуск сразу двух ключевых министров. Это только кажется, что глава государства в любой момент может взять, и уехать отдыхать. На самом деле это планируется за полгода-год, а то и за все полтора. Нужно, чтобы важные встречи вдруг не образовались, чтобы внезапные проблемы не вылезли в непредназначенное им время, до много ещё чего нужно… Но согласовал, и довольно откинулся на спинку деревянной скамейки.
— Решено, Андрей Михайлович, послезавтра выезжаем к вам вместе с подарками.
Через три дня на Клязьме задымили и резво зашлёпали плицами по воде два пароходика местного производства. У каждого по борту по шесть миномётов, способных смешать с грязью любого подобравшегося на пищальный выстрел злоумышленника, а на буксире по барже. Первая повышенной комфортности, как раз на ней разместился светлейший князь Самарин с высокими гостями. Комфортность заключалась в наличии застеклённого иллюминатора в каждой каюте, душа с тёплой водой от паровой машины, камбуза со стряпухой для пассажиров, и большого парусинового тента на палубе. В летнюю жару самое то — ставь на стол ведёрный самовар, и наслаждайся в теньке травяными да ягодными отварами с липовым мёдом. Почему не чай? Так китайская травка на Руси хоть и не под запретом, но пошлины такие, что побаловаться чайком может себе позволить разве что сумасшедший. Персы всё пытаются ввозить, идиоты неугомонные.