Сергей Шкенев – Енот Шрёдингера (страница 24)
– Про какую федерацию?
Заместитель генерал-воеводы опасно прищурился:
– Да ни про какую. Я ничего не говорил, а ты ничего не слышал. Но в подписке о неразглашении на всякий случай поставим вчерашнее число. Ты меня понял, Билли? Ответственность вплоть до экстерминатуса![5]
Глава одиннадцатая,
в которой лейтенанты становятся подполковниками
К частым визитам министра обороны на заводе сельхозтехники имени Клары Цеткин и Розы Люксембург давно привыкли, так что очередной приезд Сергея Кужугетовича особого ажиотажа не вызвал и для посторонних остался незамеченным. Только директор привычно схватился за сердце, а главный инженер на всякий случай положил в карман упаковку валидола. Вроде бы никаких косяков начальство за собой не чувствовало, но мало ли чего? Или план увеличат, или новое оборудование потребуют освоить в кратчайшие сроки… Кстати, именно оборудование способно довести до нервного срыва даже бездушных роботов-погрузчиков. Наберут непонятного хлама неизвестного назначения, и ломай голову, пытаясь приспособить линию по производству губной помады для военных целей. В том смысле, что не помада для военных целей, а что-нибудь полезное вместо неё.
– Добрый день, товарищи! – Министр обороны поздоровался с встречающими его директором и главным инженером и сразу перешёл к делу. – Завтра ожидается прибытие восемнадцати грузовых кораблей с автоматизированной линией для вашего завода. Через две недели вы должны наладить выпуск самодвижущихся магнито-гравитационных мин. Вопросы?
Директор молча захлопал глазами, а у главного инженера нашёлся только один вопрос. Вернее, целых два, но объединённых в одно предложение:
– Что раньше производила автоматическая линия, и когда всё это закончится, Сергей Кужугетович?
Министр обороны заглянул в коммуникатор и хмыкнул:
– Ещё недавно на ней делали фаллоимитаторы с зачатками искусственного интеллекта. Символично, не правда ли? Чужие сунутся в наш космос, а мы им… по самые гланды!
Заводское начальство шутку не оценило и смеяться не стало. Наоборот, директор слегка побледнел, а в голове у главного инженера появились мысли о досрочном уходе на пенсию. Да, и до этого из неведомых космических далей доставляли чёрт знает что, но чтоб оборудование для производства механических разумных членов? Такое в первый раз… И ведь не откажешься! И надо же было академику Шрёдингеру в своей экспедиции[6] обнаружить целую планету извращенцев… беда…
– Извините, Сергей Кужугетович, а ничего более приличного нет?
Маршал развёл руками:
– Увы, вы имеете то, что мы имеем.
Фраза получилась более чем двусмысленной, но поправляться министр обороны не стал. В нюансы коммерческой деятельности кота Василия в космосе будущего посвящено не так уж много народу, и не стоит рассказывать непричастным к тайне людям об особенностях лабораторий и производств на планете Огайо. Хорошо ещё, все технологии имеют двойное, а то и тройное назначение и удаётся достаточно безболезненно приспособить их для текущих нужд и для укрепления обороны перед грядущим нашествием инопланетян.
Так, например, уникальный материал, из которого в Содружестве планировали делать надувных женщин, оказался настолько прочным, что отлично подошёл для лёгких пехотных доспехов. Новая защита легко держала крупнокалиберную пулю в упор, неизвестным образом поглощая энергию удара, а инженеры завода всерьёз задумались о покрытии этим материалом танковой брони. Правда, добавилось забот секретному отделу – информация об изначальном предназначении так называемого «бляденита» никогда не должна уйти за пределы производства и попасть в войска.
И тут директор завода спохватился:
– Сергей Кужугетович, да что мы всё о проблемах да о проблемах? Не пора ли похвастаться достижениями?
– Мне хвастаться?
– Зачем вам? Про ваши достижения каждый день рассказывают. Мы своими похвалимся. Что сотворили, так сказать, сверх плана в меру скромных сил.
– Показывайте! – оживился министр обороны. – Люблю новинки и сюрпризы.
– Тогда попрошу пройти в лабораторию номер восемь. Там и найдём нашего ботаника.
Крохотный закуток с обшарпанным столом, парой железных шкафчиков и полным отсутствием какой-либо аппаратуры можно было назвать лабораторией только с очень большой натяжкой. И единственный обитатель этого уединённого научного скита совсем не походил на выдающегося изобретателя. Он вообще не был похож на человека, способного изобрести хоть чего-то. Обычно гении волосаты, бородаты, тщедушного телосложения и принципиально носят очки с толстыми линзами, а тут… Дать в руки крупнокалиберный пулемёт, и хоть сейчас можно помещать на плакат милитаристско-патриотической направленности. Даже переодевать не нужно – уже имеется камуфляж, тельняшка под расстёгнутой на две верхние пуговицы курткой, тактические ботинки с противоминной подошвой, сдвинутый на ухо голубой берет… всё в наличии.
При виде министра обороны громила вскочил со стула, оказавшись ростом явно выше двух метров, и представился:
– Начальник восьмой лаборатории старший лейтенант Ботаник!
– Кто-кто?
– Фамилия такая, – пояснил старлей. – Ботаник. А по имени-отчеству ещё смешнее, товарищ маршал.
– Да? – заинтересовался министр. – Неужели Владимир Владимирович?
– Нет, я Пересвет Темучжинович.
– Не вижу ничего смешного в вашем имени. Или вы про отчество? Оно тоже хорошее, почти как у меня.
Директор завода деликатно кашлянул, привлекая внимание, и напомнил:
– Сергей Кужугетович, мы пришли изобретение посмотреть.
– Ах, да, – спохватился министр обороны. – Времени, как всегда, в обрез, поэтому не будем отвлекаться от главного. Что вы нам хотели показать, товарищ Ботаник?
Старший лейтенант с торжествующей улыбкой достал из шкафчика допотопный обшарпанный ноутбук, устаревший задолго до рождения самого старлея, и водрузил его на стол:
– Вот, товарищ маршал!
– И что это? Антиквариатом занимается министерство культуры, а не министерство обороны.
Ботаник помотал головой:
– Этот музейный экспонат, товарищ маршал, является самой важной частью моего открытия. Если точнее сказать, то он служит пультом управления.
– Управления чем?
– Хороший вопрос, – ещё шире улыбнулся старлей. – Разрешите небольшой натурный эксперимент для наглядности?
– Давайте, если недолго.
– Это быстро. Над кем экспериментировать будем?
Сергей Кужугетович пожал плечами:
– Не знаю как сейчас, но раньше наука на дрозофилах и мышах тренировалась, потом на собак переходили. Или что-то с тех пор изменилось?
– Представления не имею, – ответил Ботаник. – Поэтому предлагаю сразу на людях.
– Каких людях?
– Да кого не жалко, того и назначим дрозофилами. Предлагаю китайцев. Они хоть и союзники, зато их много.
– Что, планируете многочисленные жертвы?
– Летальный исход исключён, – заверил старший лейтенант. – Гарантирую.
– Хорошо, тогда давайте китайцев.
Толстые пальцы старлея с удивительной лёгкостью запорхали по клавиатуре ноутбука, а его голос приобрёл скучные интонации профессионального лектора из общества «Знание».
– Не так давно на завод поступила крупная партия миниатюрных спутников-ретрансляторов неизвестного производства. Имеющиеся у нас аналогичные аппараты хоть и превосходят завезённые образцы по размерам и весу, зато по техническим характеристикам значительно их опережают. Но совершенно случайно обнаружилось ещё одно свойство – при передаче через так называемый Wi-Fi… это такое устройство…
– Я знаю, что это такое, – перебил министр обороны. – Продолжайте.
– Так вот, при передаче сигнала через древнее устройство спутник ретранслирует его…
– Устройство?
– Нет, он сигнал ретранслирует. Прямо в мозг.
– Кому?
– Всем, над кем этот спутник пролетает. Даже шапочка из фольги не защитит.
Бородатую шутку про лучшую защиту от психотропного оружия Сергей Кужугетович в первый раз слышал больше ста лет назад, поэтому не оценил:
– Про шапочки потом. Практическое применение у вашего открытия есть, товарищ старший лейтенант?
– Вот как раз его и хочу показать, товарищ маршал. – Ботаник развернул ноутбук так, чтобы министр обороны смог хорошо видеть изображение. – Веб-камеры с площади Тяньаньмэнь в Пекине. Подготовка к празднованию дня рождения императора.
– И что?
Ботаник загадочно улыбнулся:
– А вы балет любите, товарищ маршал?