Сергей Шилов – Риторическая теория числа (страница 10)

Новое научное мышление неизбежно станет краеугольным положением «риторической чувствительности», ее тезисом о неизбежности солиптичности всякого мышления, в которой философские, литературоведческие проблемы рассматриваются как неразрывно спаянные, скрепленные с актуальными научными проблемами риторической природой языка, как «сращенные воедино предел и беспредельное», по выражению Платона. Методика дерридеанского анализа философского текста не только вполне применима для анализа проблем современной науки, но и в результате риторико-рефлексивного преобразования (формализации) может образовать сущность фундаментальной программы рефлексии современного физико-математического знания. Основная проблема и трудность современного физико-математического знания состоит сегодня не столько в системном усложении экспериментальной практики и образовавшемся «онтологическом застое» в области фундаментальной теории, сколько в проблеме отделения терминологии («научного письма») от продуктивной предметности (сущности техники, по выражению Хайдеггера) физико-математических наук. Если наука — всего лишь род терминологического письма, то тогда «задача уже определена: исследовать ... текст (Деррида пишет здесь о философском тексте. — С. Ш.) в его формальной структуре, его риторическую организацию, специфику и разнообразие его текстуальных типов, его модели экспозиции и порождения — за пределами того, что некогда называлось жанрами, — и, далее, пространство его мизансцен и его синтаксис, который не просто представляет собой артикуляцию его означаемых и их соотнесенность с бытием или истиной, но также диспозицию его процедур и всего с ними связанного»12.

Фундаментальная проблема современной науки, проблема времени, тогда раскрывается, как проблема оснований языка науки, языка меганауки.

Позиция структурной лингвистики о том, что «означающее НЕМОТИВИРОВАНО, т. е. произвольно по отношению к данному означаемому, с которым у него нет в действительности никакой естественной связи»13, в значительной степени опираясь на анализ Дерриды, может быть распространена и на современное физико-математическое знание. Для нового понимания сущности научного термина выдающееся значение имеет вывод Дерриды о том, что слово и обозначаемое им понятие, т. е. слово и мысль, слово и смысл, никогда не могут быть одним и тем же, поскольку то, что обозначается, никогда не присутствует, не «наличествует» в знаке.

Научный термин в этом смысле является идеальным объектом деконструкции. Вся проблема современной физики как фундаментальная проблема языка физики коренится в традиционной для всякого языка вообще проблеме рефлексии, проблеме разрыва между смыслом и значением понятия времени, между понятием времени, употребляемым в физике, но не выявленным, не раскрытым, и значением, значимостью времени в физике. Программа рефлексии физического знания состоит в физической и математической формализации понятия времени, которая придаст мощнейший импульс непосредственному знанию современной физики, выражающему значимости времени, возведет новое качество физической процессуальности, новое качество выразимости языка физики. Программа рефлексии современного физического знания рассматривает всю совокупность разделов современной физики, как термино-логию.

Под «термином» понимается здесь «oпределитель времени», т. е. фиксация времени, как физической процессуальности особого рода, с одной стороны, и раскрытие единственного смысла физической процессуальности, как «явления времени», с другой стороны.

Говоря яснее, как «определители времени» раскрываются для нас фундаментальные физические «термины» в программе рефлексии физики — «скорость», «ускорение», «импульс», «инерция», «энергия», «тепловое движение», «работа», «флуктуации», «электрическое поле», «электрический заряд», «электрический ток», «диэлектрик», «полупроводник», «плазма», «магнитное поле», «атом», «индукция», «электрический ток», «колебания», «волны», «тепловое излучение», «фотон», «радиоактивность», «фундаментальные взаимодействия элементарных частиц». Таким образом, программа рефлексии физического знания переопределяет физическое понятие времени. Время как измерение физического процесса посредством рефлексии современной физики раскрывается, как его единственная и основная сущность, причина, основание, генезис и структура. Универсальный физический процесс раскрывается, как непосредственный процесс времени. Время происходит не так, как показывают атомные часы (здесь речь идет лишь о значении времени), время само по себе происходит как «скорость», «ускорение», «импульс», «инерция», «энергия», «тепловое движение», «работа», «флуктуации», «электрическое поле», «электрический заряд», «электрический ток», «диэлектрик», «полупроводник», «плазма», «магнитное поле», «атом», «индукция», «электрический ток», «колебания», «волны», «тепловое излучение», «фотон», «радиоактивность», «фундаментальные взаимодействия элементарных частиц». Время в своей непосредственности, как фундаментальная реальность физики и раскрывается всей своей структурой в ее развитии и становлении, как «скорость», «ускорение», «импульс», «инерция», «энергия», «тепловое движение», «работа», «флуктуации», «электрическое поле», «электрический заряд», «электрический ток», «диэлектрик», «полупроводник», «плазма», «магнитное поле», «атом», «индукция», «электрический ток», «колебания», «волны», «тепловое излучение», «фотон», «радиоактивность», «фундаментальные взаимодействия элементарных частиц». Время это и есть та самая «материя» физических процессов. Современная физика в каждом из своих «разделов» имеет дело со временем, конкретное знание каждого раздела современной физики есть определенная формализации времени, суть представления того или иного физического процесса. Программа рефлексии современной физики состоит в дефиниции материи физических процессов, как времени, когда результатом рефлексии современной физики станет меганаука, раскрывающая самодефиниции времени.

Важнейшее значение для рефлексии основы основ физического знания — термодинамики — имеет предположительное утверждение Дерриды о том, что сама возможность понятия «знака» как указания на реальный предмет предполагает его, предмета, замещение знаком (в той системе различий, которую представляет собой язык) и зависит от отсрочки, от откладывания в будущее непосредственного «схватывания» сознанием этого предмета или представления о нем: «Смысл смысла (в самом общем понимании термина «смысл», а не в качестве его признака) является бесконечным подразумеванием? беспрестанной отсылкой от одного означающего к другому? Если его сила объясняется лишь одной бесконечной сомнительностью, которая не дает означаемому ни передышки, ни покоя, а лишь только все время ... побуждает его к постоянному означиванию и разграничению/отсрочиванию?»14

Термодинамика в совокупности своих начал представляет собой реальную метафизику современного физического знания. Термодинамика образовалась, как остановка науки перед осмыслением солиптической природы мышления. Современное физическое знание стоит сегодня, по сути, перед дилеммой: опровержение теории относительности Эйнштейна, либо опровержение термодинамики, что является для современного физика более «сумашедшим» предположением. Так, например, астрономические данные наблюдений света от квазара показали, что для того чтобы свет от квазара достиг Земли, ему понадобится около 10 млрд лет. При этом ключевая константа, характеризующая отношение световых фотонов и электронов на квазаре, изменилась. Другими словами, характеристики света, идущего от квазара до Земли, после 12 млрд лет не соответствуют тем, что предсказывает теория относительности. Это расхождение можно объяснить либо изменением электронного заряда (означает недействительность второго начала термодинамики), либо изменением скорости света (нарушение основного постулата теории относительности). Термодинамика закрывает собой от физики сущность времени. Время само по себе есть означающее, означаемое знаком «вечный двигатель», «перводвигатель» у Аристотеля. Деконструкция термодинамики, «логоцентризма» современной физики открывает возможность создания чистого языка науки, меганауки.

«Логоцентричность» термодинамики выражается в концепции энтропии, сковывающей развитие современной науки. Для идеальной деконструкции понятия энтропии как центральной структуры фундаментальной терминологии, как знаковой реальности физики употребимо понятие Дерриды, условно переводимое как «различение» (differance), вносящее значение процессуальности, временного рассосредоточения, отсрочки в будущее — в соответствии с двойным значением французского глагола differer — различать и отсрочивать. Деррида утверждает, что «различение» — это «систематическое порождение различий», «производство системы различий»15. Энтропия в данном смысле — это различение природы с самою собой, фиксируемое в акте физического познания. «Различение» есть феноменологическая сущность числа, оно есть «ноумен». Число есть предмет физического знания. Физика изучает число. Физика изучает эффекты, возникающие в связи с существованием числа. Число есть форма существования времени в природе. Число есть реальный объект физики. Число — волна и частица одновременно. Число есть реальный объект, элемент времени, вещь, предмет времени, который, с точки зрения исследователя, есть и волна, и частица.