Сергей Шилов – Потрошитель в Зазеркалье (страница 27)

— Как это произошло?

— Вам осталось совсем немного, потерпите. Когда мы станем едины, вы всё и так узнаете.

— А мне хочется, — побулькал перед ней бутылкой, — узнать сейчас.

— Хорошо. Всё изменилось, когда в посёлок пришли люди с эмблемами чёрного цветка. Они захватили всех сильных практиков и принесли их в жертву на площади.

— Скормили грибам?

— Я тогда была обычной неразумной грибницей. Они использовали меня для мучительной казни своих врагов. В центре площади они посадили семечко кровавого лотоса и стали накачивать его энергией агонизирующих демонических практиков. Я только спустя много лет поняла, что и зачем они делали.

— И что?

— Когда лотос расцвёл, он был абсолютно чёрным. Его жертвы одна за другой стали умирать, а он пожирал их души. Потом те люди выкопали цветок, и ушли в лес. Они не заметили, что пустившая корни на месте их ритуала грибница впитала часть энергии жертв и обрела разумность. А может, им было всё равно.

— А что случилось с обитателями публичного дома и лавочниками?

— Лавочников убили сразу, а с проститутками развлекались до самого конца.

— Тогда кто там только что был? — показываю в окно на горящий дом.

— Все убитые девушки стали призраками. Они не могли выйти за пограничные столбы, а те, кто уходил в лес, не вернулись. Мы стали жить вместе и скоро выяснилось, что если призрак войдёт в тело гриба и попытается взять его под контроль… естественно это было возможно только с моего согласия. Но я согласилась. И мы узнали, что за некоторое время такой одержимый гриб приобретает вид человека, каким при жизни был призрак.

— Вот почему та проститутка говорила, что вы тут бессмертны. Они могут менять тела?

— У меня грибов больше чем застрявших тут душ людей.

— Хорошо, ты разумный гриб. И твои споры изменились. Теперь ты можешь заражать людей. Но зачем твоим одержимым грибам нападать на меня?

Говорить «вы» разумной колонии грибов больше не получалось.

— Это же призраки. Хоть они и живут за счёт энергии моих грибов, но человеческой энергии им хочется больше. Ты бы не желал мяса, просидев пять десятков лет на одних грибах?

Она тоже перешла на «ты». Мы явно становимся ближе.

— Действительно. Значит, они возродятся?

— Не скоро, но да. А вот восстановить их дом будет гораздо сложнее. Поэтому я и прошу ничего больше не жечь. Тебе же потом придётся тут жить.

— Зачем? Предположим, ты права и я умру. Зачем моей душе оставаться в посёлке? Та ограда с противопризрачными печатями, может сдержать только призраков. А если душа сама не хочет остаться на земле, то и призраком она не станет.

— Возможно, так было раньше, я не знаю. Но мир изменился. Все души погибших внутри ограды уходят на корм чёрному лотосу.

— Откуда знаешь?

— Все души умерших здесь с тех пор путешественников затягивало в лес. Хорошо ещё, что души обычных людей ему не интересны.

— Подожди, так это ты убивала всех приходящих в зону практиков?

— Они всё равно бы умерли, вдохнув спор. Только в лесу их съели бы монстры, а здесь мои девочки.

— Не, ну логично. А мужчин призраков тут нет?

— Лавочников убили быстро и без мучений. Поэтому они ими не стали. А пришедшие позже гости умирали от объятий девочек, прежде чем я могла с ними поговорить и объяснить, как можно получить грибное тело. Их всех затянул чёрный лотос.

— Почему ты уверена, что именно он?

— Я помню его ауру с момента пробуждения. А сейчас она покрывает всё вокруг.

— Все пришедшие сюда охотники умирали не от рук культистов, а от рук грибов-проституток… Как они вообще могли так подставиться?

— Мои споры блокируют применение стихийной магии и все сложные манипуляции с ци. Ты первый, кто пришёл сюда с огнём в бутылках. И я надеюсь, будешь первым мужчиной, что останется с нами.

— Всегда мечтал стать обладателем гарема из грибов. Но нет. Я ещё несовершеннолетний. Но согласен немного пожить в лучшем номере. В нём есть зеркала?

— В номере люкс есть шкаф с зеркальной дверью.

— Отлично. Давай ключ. И проследи, чтобы до завтрашнего утра меня никто не беспокоил. Иначе — у меня ещё есть пара бочек огненной воды!

Получив ключи вместе с согласием разумной грибницы, я поднялся в провинциальный люкс, занимающий половину третьего этажа.

Об обещанной смерти почти не беспокоился. Во-первых, не факт, что наполняющая меня энергия будет для спор благодатной средой. Во-вторых, похоже, у меня нет выбора, и придётся использовать мазь, а она сама по себе опасна. Может одна опасность уничтожит другую? Хорошо бы, конечно, они взаимно уничтожились. В-третьих, я узнал кратчайший путь к чёрному лотосу и для этого мне всё равно придётся оставить тело…

Войдя в номер, первым делом передвинул шкаф так, чтобы в его зеркале отражалась входная дверь. Потом посетил уборную, поставил по центру комнаты бочку с местным аналогом напалма, на неё зажигательную бутылку — получилось довольно грозно для того, кто не знает, что чтобы подать в печать ци мне надо держать её в руках. Сел, опёршись спиной о бочку, лицом к зеркалу и достал банку с чёрной мазью.

Без раздумий, обмакнул в неё два пальца правой руки и провёл ими по лбу — сразу почувствовал сильный холод. Потёр между собой пальцы двух рук и втёр мазь в виски.

В глазах потемнело, а потом я догадался их открыть и увидел своё тело, продолжающее сидеть на полу с закрытыми глазами. Но разглядывать себя было некогда, время поджимало. На улице уже слышался стук копыт.

Я встал и вышел из комнаты сквозь отражение двери. Немного напрягало, что нельзя было заблокировать её той же бочкой в реальности, но оставалось надеяться, что грибница, обретя разум, подобный человеческому, ещё не научилась хитрить, обманывать и покушаться на чужую личную жизнь.

Проходя через холл первого этажа, я бросил взгляд на толстый белый гриб за стойкой. Но его внимания не привлёк, даже когда открыл входную дверь.

Выйдя на улицу, сразу махнул рукой, останавливая проезжающий мимо знакомый экипаж. Меня тоже узнали, карета остановилась прямо перед крыльцом, я сел, Кело взмахнул кнутом, и мы помчались в лес, где нас уже давно ждали.

Глава 16. Грибы против орков

Кое-что начало проясняться. Первое — что-то действовало на мои мозги. Вернее на сознание, ибо мозги остались вместе с телом в грибной гостинице. А сейчас я стою на дороге в ночном лесу в призрачном теле. И Кело с лошадьми и даже каретой были призраками.

Ну, с лошадьми, понятно. Они тоже вдохнули спор и потом попали под атаку грибов. Но как призраком стала карета? Нет. Её не было. Может и души лошадей спокойно улетели на новую реинкарнацию. А Кело и я попали под зов чёрного лотоса. Если верить грибнице. Но чей-то зов был, это точно. А то, что он предстал передо мной в образе кареты, то либо я его так воспринял, либо Кело. Либо мы вместе. Не важно.

Важно, что когда я спрыгнул, а Кело дошёл до конца, зов пропал. Я увидел это как закрытие портала в ад. И теперь ко мне вернулась способность думать связно.

Уже тогда, когда я спокойно прореагировал на сообщение, что утром меня превратят в гриб и из-за спор в теле я ничего с этим не смогу сделать, тогда я должен был понять, что со мной что-то не так. А оказалась, на меня действовал зов. Теперь, когда его нет, я могу сравнивать.

Грибница говорила, что он действует на души, но это не значит, что он не действует на людей. А если не действует, значит, моя реакция обусловлена необычностью моей энергии. Но тогда… об этом пока рано думать. Доказательств нет, но надо иметь в виду, что чёрный лотос может иметь отношение к Бездне.

Второе — когда я воспользовался мазью, то перешёл в режим зеркального клона. Если бы у меня было больше энергии, то я мог бы быть в двух местах одновременно. Кстати говоря, ниндзя, настоящие, а не те, что используют чакру, чтобы раздваиваться применяли, совсем, другие техники. Обычно — одинаково одетых похожих людей, годами учащихся двигаться одинаково. Зачем они это делали? Потому что косили под страшных колдунов. А вот те на самом деле умели раздваиваться. Ну, так считали японские крестьяне. И чтобы соответствовать таким высоким требованиям, ниндзя извращались, как могли. Зато слава колдунов помогала им нести врагам страх и ужас на крыльях ночи.

Да, сейчас я в теле зеркального клона, который мало чем отличается от призрака. Одним из отличий является возможность «переливать» энергию из основного тела в клона. По-крайней мере, пока это тело сидит перед зеркалом, в котором клон и был создан. А ещё клона можно видеть в зеркалах, но там, куда я направляюсь, их нет. Но это не точно.

Третье — кроме обмена энергией, я могу осознавать себя в обоих телах одновременно. Вернее, чувствую что могу, но также знаю, что это потребует расхода энергии. А её и без таких экспериментов не очень много. Значит, осознаю себя в основном теле, когда в клоне отпадёт нужда. Да, некоторые вещи я чувствую, а некоторые, просто знаю. Такова ещё одна особенность нового существования.

Так я знаю, что задействовал мазь для увеличения силы, позволившей создать зеркального клона однократно. То есть пока я разъезжал в фантомной карете энергия основного тела, усиленная мазью, не тратилась. А значит, с этой стороны опасности пока нет. Что касается спор, то теперь я тоже знаю, что они-то как раз представляют опасность. Но точно также я знаю, как её избежать. Нужно только успеть вернуться в тело до того, как они решат прорасти в нём.