Сергей Шиленко – Системный рыбак – 2 (страница 8)

Спас жизнь… долг добродетели… рыбалка в опасном месте…

Да ладно!

Я перестал грести и посмотрел на нее в упор.

— Погоди-ка, — прищурился. — Дай угадаю. Я спас тебе жизнь. Теперь ты считаешь, что у тебя передо мной долг. И чтобы его вернуть, тебе нужно тоже спасти мне жизнь. Так?

Амелия застыла.

— Так ты надеешься, что на меня сейчас нападет какой-нибудь речной монстр, а ты меня героически спасешь и со спокойной душой отправишься в свою секту? — продолжил я. И видя, как она молчит, не смог сдержать смешка. — Вот такой у тебя план, я прав?

Ее щеки вспыхнули ярким румянцем. Амелия вскочила на ноги, едва не опрокинув ящик.

— Дурак! — выкрикнула она. Голос ее сорвался. — Ты ничего не понимаешь!

Она топнула ногой, развернулась и, демонстративно отвернувшись, уселась на самый край плота, поджав губы.

Я расхохотался, ну и комедия.

Остаток пути мы провели в напряженной тишине. Амелия дулась, глядя на воду, а я, улыбаясь, правил плотом.

Но постепенно смех утих, а я, глядя на медленно проплывающий мимо берег, вдруг поймал себя на странной мысли.

Путь.

Слово, которое она произнесла с таким придыханием. Путь культивации.

До этого момента я воспринимал все происходящее как игру. Система, уровни, навыки. Выживание, заработок, покупка дома, открытие ресторана. Все было просто и понятно, но слова Амелии заставили меня посмотреть на это всё под другим углом.

Она говорила о чистоте духа, о долгах, об условиях. Для нее это была целая философия. Её жизненный путь.

Как она там сказала, у каждого практика свой собственный путь?

А какой путь должен быть у меня? Я ведь тоже решил идти по Пути культивации.

Я посмотрел на свои руки, сжимавшие весло. На удочку, лежавшую на плоту. На темную гладь реки, скрывающую в своих глубинах ценных духовных рыб и смертельную опасность.

Есть ли в этом мире Путь Рыбака?

Мои мысли прервал тихий плеск. Плот мягко ткнулся в камыш, что рос у берега. Место было тихое и безлюдное. Густой лес подступал к самой воде, а по берегу над лентой реки нависали плакучие ивы.

Слава богу, «Локатор» здесь работал стабильно. Не было ни вспышек, ни пресловутых слепых зон, а карта подводного мира была четкой с большим количеством ярких точек.

Достал из корзины пригоршню прикормки и швырнул ее в воду. Ароматное облако медленно пошло ко дну, привлекая внимание местной живности. Затем насадил на крючок жирный кусок копченой рыбы и сделал заброс.

Поплавок качнулся и замер.

Амелия молча наблюдала за мной. Она сидела поджав ноги, а ее лицо было похоже на грозовую тучу.

Я устроился на другом краю плота. Тишина. Только шелест листвы да редкие крики птиц. Прикрыл глаза, наслаждаясь моментом.

И тут кончик удочки резко клюнул носом в воду. Удилище согнулось в дугу, а леска со свистом начала уходить в глубину.

Есть!

Я вцепился в рукоять обеими руками. Сила рывка была такой, что еле удержал. Вот это да!

— Что там? — Амелия подскочила на месте, забыв про свою обиду.

— Что-то очень большое, — процедил сквозь зубы, упираясь ногами в бревна.

Рыба на том конце лески сдаваться не думала. Она металась из стороны в сторону, уходя на глубину, затем резко всплывая к поверхности. Удочка ходила ходуном. Я то отпускал леску, то снова подтягивал, пытаясь измотать противника. Мышцы на руках горели огнем.

Амелия широко распахнула глаза, не знала куда деть руки и чем помочь, а на лице читалась смесь страха и восторга.

— Что… что мне делать? — пролепетала она.

— Ничего! — крикнул, не отрывая взгляда от воды. — Просто не мешай!

Рыба сделала очередной рывок, и я чуть не вылетел в воду. Кое-как сохранил равновесие. Силы были на исходе. Эта тварь была раз в три раза сильнее всего, что я ловил до этого.

Наконец, после минут десяти ожесточенной борьбы, на поверхности показался огромный серебристый бок. Щука. Гигантская, метра три в длину. Она яростно билась, разевая зубастую пасть.

Я подтащил ее к плоту и стал затаскивать на брёвна.

И тут Амелии пришло что-то в голову.

— Ив, я тебе помогу! — крикнула она и, зажмурившись, она неуклюже нагнулась и попыталась обхватить скользкое тело рыбины. Щука взбесилась. Она рванулась с новой силой, замолотила хвостом по воде, обдавая нас фонтаном брызг.

— Стой! — рыкнул в ответ, пытаясь удержать удочку и дурочку, но было поздно…

Щука сделала последний, отчаянный рывок. Амелия, потеряв равновесие, с громким визгом полетела в воду, увлекая за собой извивающуюся рыбину.

Бултых!

Вода сомкнулась над ее головой. Вместе с этим леска ослабла, рыба сорвалась с крючка и победно скрылась в глубине.

Амелия вынырнула, отфыркиваясь и размахивая руками.

— Помогите! — закричала она. — Я не умею плавать!

Ну ёперный карась.

Я бросил удочку на брёвна и с тяжёлым вздохом нырнул к девушке…

Холодная вода обожгла тело. Открыл глаза и увидел, как Амелия, барахтаясь, уходит под воду.

Пара мощных гребков, и вот, я уже рядом. Схватил ее под мышки и потащил наверх. Закинул на бревна, как мешок с картошкой, а потом выбрался сам.

Амелия лежала на плоту, натужно кашляя и дрожа. С волос стекали ручьи воды, а мокрая одежда облепила ее фигуру, выгодно подчеркивая ее упругие женские формы.

Я тяжело дышал, отряхиваясь.

— Ну что, Амелия — отжал мокрую рубаху, — получается, я опять тебе жизнь спас? Получается, твой долг передо мной только растет.

Она подняла на меня глаза, полные слез и ярости.

— Дурак! Ненавижу!

С этими словами она со всей силы толкнула меня в грудь.

Не ожидал такой реакции на безобидную шутку и такого резкого удара от силы от хрупкой девушки. Мокрые ноги скользнули по дереву, я потерял равновесие, взмахнул руками и с громким плеском рухнул обратно в воду.

Вынырнув, увидел перепуганное лицо Амелии. Она стояла на краю плота, прижав руки ко рту.

— Ив! Прости, я не хотела! Я случайно!

Ага, случайно. Ну-ну.

И тут в моей голове родился коварный план. Я резко выдохнул воздух, пуская пузыри, изображая что тону и снова ушел под воду. В два гребка проплыв под плотом, вынырнул с другой стороны и спрятался за ивовыми бревнами.

Амелия металась по плоту, не зная, что делать и куда я делся.

— Ив! Ты где? Выплывай! Я не умею плавать, я не смогу тебя спасти! О, предки… Что же я наделала!

Я едва сдерживал смех, слушая ее причитания.

Наконец, решил, что пора заканчивать этот цирк. Сделав глубокий вдох, с шумом вынырнул прямо перед ней.