Сергей Шиленко – Системный рыбак 18 (страница 32)

Начальник шахты наклонился над открытым срезом.

— Хм. Мяса больше, чем корки. — Он с откровенным недоверием покосился на Шарга, словно знакомого скупердяя подменили. — Ладно, попробую всё-таки.

Первый кусок гость жевал без спешки, пробуя незнакомое. Корка хрустнула, он двинул челюстями раз, другой, а затем жевание ускорилось. Костяные пластины у виска шевельнулись. Начальник шахты замолчал и от тарелки больше не отвлекался, насмешки кончились вместе с первым куском.

Шарг отхватил себе порцию вдвое больше. Он подбирал коркой сок со дна тарелки и урчал так, что дребезжала посуда. Вчерашний голодный оскал был на месте.

Когда тарелки опустели, я подал десерт. Разрезал карамельный клубень на ломтики и раздвинул их веером. Блестящая корка с крупинками соли тихо треснула, и оба демона повернули головы на звук. Гость заранее скривился, поддел пробу когтем, сунул в пасть — и замер. Потом съел порцию до последнего волокна и провёл пальцем по плошке.

— Сладкое с солью, — сказал он. — Кто ж так делает… — Остаток карамели исчез с пальца. — Выходит, надо именно так.

От прежней настороженности гостя не осталось следа. Начальник шахты откинулся, оглядел пустую посуду и повернулся к Шаргу.

— Такой обед можно получить ещё раз?

— Можно, — шире оскалился Шарг. — Смотря как договоримся о тушах.

Я убирал посуду без спешки. Демоны заговорили о поставках при мне: повара, который забирает тарелки, они уже перестали замечать. Тем лучше, послушаю.

— Условия такие, — говорил Шарг. — Часть туш пускаешь мне отборными по прежней цене. Плату за доставку убираешь, возить будешь за свой счёт.

— Ишь ты. — Гость скорее развеселился, чем разозлился. — Пирог у тебя хорош, тут спорить не буду. Только отборная туша дороже рядовой, а перевозка жрёт своё. Вкусная еда этой разницы не отменяет. Нет.

— Тогда предлагаю кормить тебя этим столом каждую неделю. Каждую, понял? Такого обеда нет больше ни у кого в карьере.

Гость побарабанил когтями по столешнице, прикидывая выгоду. По глазам видно.

— За еженедельный обед… — Он ещё раз задумался. — В ближайший месяц каждая десятая туша пойдёт тебе отборной без доплаты. Только месяц, Шарг. Общий объём и остальные платежи остаются прежними. Дальше поглядим, стоит ли твой повар продолжения.

— Добавь доставку в договорённость.

— Доставку оплачиваешь отдельно, — отрезал начальник шахты. — Возим по-прежнему. Если условие тебя не устраивает, забирай туши у ствола сам.

Шарг посопел, шевеля губами. Он прикидывал выгоду от отборных туш и затраты на обеды. Судя по морде, всё сошлось в его пользу.

— Идёт. Договор на месяц, каждая десятая туша отборная, обед раз в неделю. Доставка оплачивается отдельно.

— Согласен, — подтвердил гость. — Месяц, десятая туша отборная, обед за тобой. При поваре и сказано.

Так они подтвердили условия, глядя друг другу в глаза, и на этом торг закончился.

Начальник шахты уходил довольным, наевшись пирога и сохранив плату за перевозку. Общий объём поставок тоже остался прежним. В чужой торг я не вмешивался, вопросов о разработках задавать не стал, хотя язык чесался. Услышанного хватало: мой обед принёс Шаргу месяц отборных туш, а повторять эту работу мне теперь каждую неделю.

Шарг даже после такого обеда пытался свалить на гостя доставку. Сам мне прибавку точно не предложит. Поговорю сейчас, пока вкус пирога у него ещё во рту.

Едва гость скрылся за воротами, Шарг повернулся ко мне.

— Слушай сюда, Рамзи. С этого дня ты мой шеф-повар. Помимо моего стола теперь отвечаешь и за приёмы с важными гостями. Утренняя кухня с твоими тремя тоже остаётся. — Он произнёс это тоном, каким вручают великую награду, и начал разворачиваться к чанам.

— Погоди. Новую должность я услышал. А условия?

Шарг остановился.

— Каких условий тебе ещё надо? Я тебя к себе приблизил. Другие за такое место глотку рвут.

— Вчера я уже был твоим поваром за пластинку в день, койку и еду. Теперь на мне твой стол и гости, от которых зависят поставки. Работы прибавилось, Шарг. Давай поговорим о жаловании.

Жёлтые глаза резко сузились. Шарг шумно засопел, но ругаться не стал. Телега с отходами в этот раз даже не всплыла. Похоже, после сегодняшнего обеда швыряться поваром ему стало жалко.

— Ну, называй свою цену.

— Две пластинки в день.

— Целых две! — Шарг всплеснул лапами. — Да я тебя лучше кормить стану, с хозяйского стола. Ставка прежняя, жратва моя. Ты и так живёшь за счёт двора.

— Еду с койкой ты дал мне вчера. За них я накормил двор. Сегодняшний обед принёс тебе отборные туши на месяц. За такую работу я хочу две пластинки.

— Полторы, — Шарг выставил коготь. — И скажи спасибо, что вообще со мной торгуешься.

— Две. Отборные туши целый месяц идут тебе без доплаты, ради этого гость будет ждать моих обедов каждую неделю. Сам прикинь, кто больше выигрывает от уговора.

Уходом я не грозил, ведь идти мне некуда, да и незачем. Стоял, не отводя глаз, пока Шарг тяжело сопел и шевелил губами, перебирая свою выгоду.

— Ладно, — буркнул он. — Получишь две в день с сегодняшнего. Учётчик всё оформит.

Две пластинки. После ночного ремонта маски кошелёк пуст до дна, так что миска с хозяйского стола мне бы не помогла. Осталось выбить дверь.

— Ещё нужна отдельная комната при кухне.

— Опять требуешь! — Шарг хлопнул ладонью по столбу навеса, осыпав с крыши труху. — В бараке у тебя койка есть, прибавку ты выторговал. Вот и спи там, радуйся.

— Теперь я отвечаю разом за утреннюю кухню и твои приёмы. Встаю раньше всех, ложусь позже остальных. Барак на двенадцать глоток превращает отдых в мучение, ты сам слышал этот храп.

— Остальные работники там спят и не дохнут.

— А тебе они не готовят обеды, от которых зависят поставки. Хочешь такие обеды каждую неделю — дай мне высыпаться. Комната нужна для работы, а жалование — плата за мастерство.

Про главную причину Шаргу знать было не положено. В бараке я не мог снять маску даже на вдох. Сказанного хватало: в хорошем поваре Шарг сам был заинтересован.

Шарг жевал губами. Долго, с чувством.

— При кухне есть пустая кладовка, — наконец выдавил он. — Бери её. Но помещение принадлежит двору. Уйдёшь или сдохнешь, оно вернётся двору.

— Мне годится.

Учётчик пришёл по кивку, выслушал хозяина, черкнул по своей табличке и снял с общего кольца тяжёлый костяной ключ с грубыми зубцами.

— Ставка две пластинки с сегодняшнего дня, выдача каждый вечер после работы, — сказал он, передавая ключ. — Кладовка при кухне теперь за тобой, за порчу спрошу.

Ключ лёг в ладонь, и пальцы крепко сжались. За спиной остались поместье на Южном холме и торговый дом с рестораном в городе у Провала. Сейчас меня по-настоящему грел костяной ключ от кладовки в демоническом карьере.

Своя дверь, за которой можно запереться, снять маску и хотя бы час побыть с собственным лицом. Первый выделенный мне одному угол в этом городе. Конечно, собственность двора, зато дверь запираю я.

Кладовку я осмотрел сразу, благо она находилась в трёх шагах. Каморка два на три шага, каменные стены и дощатый топчан. Под потолком темнела отдушина с кулак. Окон не было, дверь прилегала плотно и запиралась изнутри тем же ключом, так что барак со своим храпом и подглядываниями мог навсегда обо мне забыть.

— Настоящие хоромы, — сказал я вслух почти довольно, услышав привычную хрипотцу.

Обе уступки пришлось выдирать по отдельности: деньги и дверь. У Шарга даром не достаётся даже труха с навеса.

Я уже прикидывал, как обживать кладовку, когда управляющий от души хлопнул меня по плечу. Даже хрустнуло.

— И вот ещё что, повар. Раз готовишь для моего стола, значит, тебя можно назвать личным помощником. А такое дело у нас отмечают, как велит обычай. — На этот раз Шарг оскалился почти торжественно. — Сегодня идём в Дом Фантазии, причём плачу я.

Дом Фантазии. Название ничего мне не объясняло. Переспрашивать я пока не стал. Приглашение в круг начальника обещало знакомства, которых на кухне не заведёшь. После жалования и своей двери получил ещё и это. Хороший день, что ни говори: на рассвете скоблил чужую грязь, сейчас стою шеф-поваром с ключом в кармане.

Радуемся и широко улыбаемся. Главное поменьше болтать, пока не разберусь, что там у них за обычай.

Я проверил знак двора за пазухой. Он оставался на месте. Ключ сунул поглубже и зашагал следом за Шаргом к воротам, решив пока смотреть, слушать и вовремя кивать.

Глава 11

От ворот двора Шарг свернул на подъём, к соседнему кольцу. Шагал размашисто и сыто порыкивал себе под нос. Завидев его тушу, встречные носильщики заранее жались к стене. Мне оставалось поспевать следом да глядеть по сторонам. День и без того удался. Жалование выросло вдвое, в кармане лежал ключ от собственной двери. Теперь предстояло выяснить, что за обычай прилагается к новой должности.

На нижних кольцах продавали еду прямо с огня. У жаровен толпились рабочие со смен. Торговец шлёпал в миски куски со шкворчащего листа, сгребал пластинки и рявкал, чтобы следующий шевелился. Захватанные миски споласкивали в одном ведре и снова пускали по кругу. Вода давно стала мутной жижей. Сесть было негде. Ели стоя, локоть к локтю, а задержавшихся над едой выдавливали из ряда плечами.

Рядом из глиняных кувшинов разливали питьё. Единственную кружку привязали жилой к лотку. Покупатель заикнулся, что пойло жидкое, и получил в ответ рык. Не нравится, вали к соседям, у них ещё жиже. Он подумал и остался.