Сергей Шиленко – Искатель 16 (страница 31)

Мы неслись во весь опор. Старатели на ходу выкрикивали, где и что, по их мнению, залегает, я тут же чиркал пометки на карте, а Кору зорко следила за окрестностями, готовая к любым угрозам. Её тренированные рапторы бесшумно скользили рядом, дополняя наш импровизированный эскорт.

Исследование даже мельком огромной, с бесчисленными хребтами и долинами территории заняло немало времени, и при нашей скорости передвижения солнце успело подняться в зенит, скатиться к западу и наконец багровым диском застыть на горизонте. Мы обследовали далеко не всё, предстояло изучить ещё тысячи акров, но результаты обнадёживали. Нашлось несколько отличных мест для будущих шахт. Как только сюда через портал прибудут первые рабочие, тогда и отправим разведчиков для уже более детального изучения остальной территории, а пока…

Пока у меня имелось ещё одно важное дело. Я повернулся к Кору.

— Перенеси нас в Последнюю Твердыню Гурзана, пора её осмотреть.

— Ко входу? — Кору спрыгнула с раптора, готовясь соткать портал.

Я помотал головой.

— Нет, прямо внутрь. Хочу, чтобы старатели осмотрели главный вход и начало туннелей, может, там у самой поверхности найдётся что-то, что можно быстро добыть, не вкладываясь в место, которое мы всё равно рано или поздно потеряем. Так что давай в дальний конец пещеры, а оттуда пойдём к выходу и сначала проверим, чисто ли снаружи, прежде чем возвращаться в Твердь.

Была и другая причина, почему я хотел появиться сразу в глубине пещеры: смутное, но навязчивое подозрение. Гномы — народ упёртый. поэтому я почти не удивился, когда, шагнув сквозь мерцающий разрыв пространства, ещё до того, как глаза привыкли к темноте, увидел в дальнем конце туннеля яркие пляшущие огни факелов.

Чёрт возьми! Они серьёзно?

Тут же нырнул обратно.

— Проходим без факелов и не шуметь. Старатели, держитесь сзади. Кору, мне нужны ты и рапторы.

— Горшок мне в зад! — прорычала моя алая спутница, её лицо мгновенно окаменело. — Опять эти мелкие ублюдки⁈

— Ага, — вздохнул я. — Пошли, разберёмся.

Бесшумно проскользнули внутрь. Оставив старателей под охраной самого крупного раптора, зверя 26-го уровня, личного скакуна Кору, мы с орчианкой и четырьмя оставшимися ящерами двинулись к свету, осторожно ступая в темноте. Надо отдать хищникам должное, они двигались абсолютно беззвучно, и по спине пробежал холодок при мысли, что такая тварь может вот также красться за тобой в лесу. Кору тоже старалась не шуметь, но «ночного зрения», как у меня, ей приходилось держаться за седло своего скакуна и осторожно прощупывать ногами дорогу, так что её сапоги нет-нет да и шаркали по камням.

Впрочем, у входа копошилось с десяток гномов, и шумели они так, что наш тихий подход был излишней предосторожностью. Они деловито заваливали входной туннель, а их предводитель, единственный боец в этой компании, выкрикивал приказы, попутно затачивая свой боевой топор. Воин имел двадцатый уровень, остальные и того ниже. Дилетанты!

Мои рапторы, все за двадцатку, могли бы порвать их в клочья в одиночку, как и Кору со своим кинжалом. Да и я легко мог бы убрать их всех, если бы захотел. Но самое смешное, эти идиоты сами уничтожили свой единственный путь к отступлению.

Жестом приказав Кору и ящерам рассредоточиться и окружить гномов, сам вышел в свет факелов. Щелчок тетивы, и над их головами вспыхнула Пульсирующая стрела, заливая пещеру стробоскопическим светом.

— Нарушители! — прорычал я, вкладывая в голос всю мощь. — Вы вторглись на территорию, на которую я имею законное право. По приказу Хорвальда, губернатора Бастиона, вы все арестованы!

Гномы в шоке обернулись и застыли, обнаружив меня у себя в тылу у заваленного прохода. А вот их вожак отреагировал как истинный берсерк: с рёвом бросился вперёд, занося топор. Он либо не удосужился проверить мой уровень, либо ему было плевать.

Я лениво отбил топор гнома предплечьем и, не меняя положения тела, пнул его в грудь, на мгновение забыв, какую пропасть означает разница в уровнях. Раздался тошнотворный хруст. Мой противник, отлетев на несколько метров, мешком рухнул на камни у стены туннеля, и звук ломающихся костей повторился.

Ого! Вот чёрт…

Быстро скрыв удивление за маской холодной ярости, снова рявкнул:

— Сдавайтесь!

Шахтёры — не воины. Гномы переглянулись, мигом побросали свои кирки, покорно опустились на колени, заложив руки за головы, и явно порадовались своему разумному решению, когда мгновением позже из темноты, свирепо рыча, вышли Кору и рапторы.

Пока орчиха без особых церемоний связывала пленников, я подошёл к их главарю. Жив, но еле дышит, а здоровье на критически низкой отметке. Поскольку целителей среди них не оказалось, этому парню оставалось только корчиться от боли.

— Ублюдок! — прохрипел гном, когда я склонился над ним.

— Ты хоть понимаешь, что ваше присутствие здесь — это акт войны? — холодно произнёс я. — Из-за вашей тупости Бастион может стереть Гадор с лица земли.

Воин харкнул мне в лицо кровавой пеной, я легко увернулся. Он даже не пытался оправдаться, сослаться на незнание или приказ, это было чистосердечное признание.

Я щёлкнул пальцами, подзывая старателей, и кивнул Кору.

— Забудьте про разведку, готовь портал. Доставим эти куски дерьма в Тверд.

— Да вы, что, шутите⁈ — простонал Хорвальд Валаринс, входя во двор порталов и обводя взглядом сгрудившихся в углу пленных гномов. Его лицо выражало вселенскую усталость.

— Хотел бы, — выдохнул я. Через порталы мне пришлось тащить на себе их раненого вожака, и сейчас плечо гудело от напряжения, потому бесцеремонно сбросил тяжёлую тушу на брусчатку. — Этого засранца нужно подлатать.

— Выживет, — без особого сочувствия бросил старый Проходчик. — Что на этот раз?

Я вкратце пересказал историю: визит в Терану, портал в Последнюю Твердыню, гномы-диверсанты, но успел закончить, как к нам присоединился лорд Экариот. Пришлось начинать сначала, теперь уже для графа Востока, который на всем протяжении моего рассказа то и дело раздражённо проводил рукой по своим взъерошенным волосам.

— Они будто на прочность нас проверяют, — прорычал Экариот, когда я закончил. — Как пить дать или смерти ищут, или настолько безмозглые…

— Безмозглые — да, но, возможно, не настолько, как ты думаешь, — задумчиво протянул Хорвальд. — Они, вероятно, знали, что я и лорд Артём, находимся в Кордери, на другом конце региона, потому и рискнули. Надеялись, что даже если вернусь, это всё равно займёт достаточно времени, чтобы они успели завалить туннели, и я просто сдамся перед перспективой сотен часов работ по расчистке, или что к тому времени они накопят достаточно сил для отпора.

— Они не учли, что у меня есть свой Проходчик, — сказал я, приобнимая Кору за талию. Она удовлетворённо хмыкнула, скрестив руки на груди.

— Что ж, теперь они в дерьме, — отрезал паладин. — Гномов поймали с поличным. Мы предупреждали, что их вторжение в Последнюю Твердыню Гурзана равносильно объявлению войны.

Хорвальд устало вздохнул.

— Сейчас начнётся! — подумал я. — Очередные политические игры.

— Они, конечно, сошлются на незнание, — начал он. — Скажут, что прошло всего несколько недель, как мы отправили к ним Торгарта, и они не успели никого отозвать. Или что эта группа действовала без их ведома. Могут даже заявить, что это просто разведотряд, который случайно забрёл в пещеру.

— Случайно забрёл и тут же начал обрушивать вход, чтобы отрезать путь? — усмехнулся я. Даже Экариот, который меня откровенно презирал, фыркнул. — И что, им это просто так с рук сойдёт? Значит, мне придётся раз в пару недель мотаться туда и арестовывать очередных идиотов, пока гномы наглеют всё больше?

— Да фиг им! — неожиданно ругнулся Хорвальд. От изысканного аристократа я такого не ожидал. — Гномы Гадора из-за своей злости прекратили всю торговлю с Бастионом. Их караваны теперь идут в Элайвар и Ковану, а мы от них не получаем ничего, кроме головной боли, которой у нас и без того хватает.

— Значит, война? — спросил Экариот. В его голосе смешались шок и плохо скрываемое предвкушение.

— Не обязательно. Устроим гномам блокаду и начнём конфисковать все торговые грузы, пока они сами не приползут к нам на коленях, — ухмыльнулся хитрый старый лис. — А ещё лучше, сохраним блокаду в тайне, начнём перехватывать их караваны так, чтобы никто не видел. Они могут отправить десятки, прежде чем поймут, что что-то не так.

Сочувствовать гномам мне как-то не хотелось.

— Кстати, раз уж зашла речь, — спросил я. — Они, я так понимаю, отказались от моего предложения?

— Они вышвырнули Торгарта вон, — помрачнев, ответил старик. — Наверное, и прирезали бы, если бы не опасались, что лорд Джинд Алор за такое их в порошок сотрёт, — он вздохнул и по-отечески похлопал меня по плечу. — Я отправлю этих пленных к тем, что уже сидят у маршала, и попрошу его подготовить бумаги, чтобы приговорить их всех к пожизненным каторжным работам. Сородичи пленных всё равно не намерены договариваться об их освобождении.

Экариот хмыкнул.

— По иронии судьбы эти мелкие ублюдки вносят куда больший вклад в восстановление Бастиона своим рабским трудом, чем когда просто сидели и смотрели, как регион горит.

— Мне нужно что-то сделать? — спросил я.

— Просто продолжайте присматривать за Последней Твердыней, — Хорвальд покачал головой. — Арестовывайте всех дураков, которые сунутся туда, мы же начнём медленно пускать кровь гномам Гадора, пока они либо не заключат с нами договор, либо не рухнут. В любом случае, я дам вам знать о результатах.