Сергей Шиленко – Инженер. Система против монстров 9 (страница 53)

— Кровь Серокрыла, — пояснил я. — Твой боеприпас. Как раз собирался отдать, но ты перешла к активным боевым действиям.

Повернулся к ней спиной и шагнул к краю пригорка. Время, потраченное на дисциплинарное взыскание, уже не вернуть.

Можно было плюнуть и атаковать сразу, как только она поставила метку. Напасть, не расставив все фигуры по позициям, не выгадав подходящего момента. А самое главное, показав, что она может делать всё, что хочет без последствий. И это нам ещё крупно повезло, что Левиафан никак не отреагировал на метку. А ведь мог атаковать в момент, когда мы ещё не были готовы. Эта красноволосая тварь демаскировала нашу позицию просто, чтобы проверить, есть ли у меня яйца.

Так что хрен ей, а не помилование. Не умеешь держать себя в руках, не признаёшь авторитетов, плюёшь на собственное слово — плати. Страхом, кровью, жизнью. Тут уж как пойдёт.

Левиафан внизу снова зашевелился. Гребень на его спине запульсировал ярче.

— Всем приготовиться, — скомандовал я. — Респираторы и защитные очки на лицо. Прометей, «Осиное гнездо». Борис, Медведь, фланги. Искра, Горыныч, позиции за деревьями. Ждать моей команды. Ну а ты, Рейн, сама разберёшься.

Все засуетились, берсерки разошлись в разные стороны и начали спускаться с холма, стараясь слиться с ландшафтом. Доспехи немного громыхали и самую малость бликовали на солнце, так что маскировка получилась крайне условная.

Я нажал кнопку на древке. Крио-копьё в руке едва заметно завибрировало, активировался контур охлаждения. На тактической карте вспыхнули четыре маркера — места, куда я планировал мгновенно развернуть турели «Цербер-2», как только начнётся основная фаза.

— Прометей, действуй.

Андроид вышел вперёд, заняв позицию на небольшом пятачке, свободном от кустов. Его правая рука с «Молотом-А» осталась опущенной, но наплечные блоки «Осиное гнездо» пришли в движение. Броневые щитки раздвинулись, открывая скрытые направляющие. Каждая установка содержала по шесть микроракет, оснащённых простейшей системой самонаведения по контрастным целям. Они не могли среагировать на тепло мишени, не могли работать по лазерному целеуказанию, но этого и не требовалось. Левиафан огромный и неподвижный, даже при желании трудно промахнуться.

— Залп, — произнёс Прометей бесстрастно.

С резким щелчком сработали вышибные заряды. Шесть ракет, одна за другой, сошли с направляющих, оставляя за собой белые дымные хвосты. Никакая корректировка курса не требовалась. Ракеты устремились по прямой, набирая скорость.

Левиафан дёрнулся, почуяв угрозу. Его глаза завращались, фокусируясь на приближающихся точках. Но было поздно.

Первая ракета ударила в перепонку крыла, в метре от костяного ребра жёсткости. Взрыв! Ослепительная вспышка, грохот, ошмётки плоти взметнулись в воздух. Вторая ракета ударила рядом, расширяя пробоину. Третья и четвёртая легли чуть дальше по размаху, разрывая маслянистую кожу и обнажая внутреннюю структуру крыла: сложное переплетение хрящей, связок и мышц. Пятая и шестая взорвались ещё немного дальше, основательно закоптив шкуру.

Монстр взревел.

На этот раз вой получился не утробным, а яростным, полным боли и злобы. Левиафан забился, пытаясь подняться. Огромные крылья заскребли по земле, вздымая тучи пыли и брызги кислоты. Воздушные мешки под брюхом начали ритмично раздуваться, набирая воздух для нового рывка. Хвост хлестнул по склону, разметав несколько кустов, словно булавой.

А потом он понял, откуда исходит угроза.

Монстр развернулся всем телом, подминая под себя сломанные деревья и оставляя глубокие борозды в земле. Его пасть-воронка приоткрылась, обнажая ряды зубов. Шесть глаз уставились прямо на нас. Мутные, но полные концентрированной злобы.

— Есть контакт, — констатировал Прометей, переводя «Молот-А» в боевое положение. — Объект начинает движение в нашу сторону.

Левиафан пополз. Неуклюже, переваливаясь с боку на бок, волоча повреждённое крыло, но быстро. Очень быстро для такой туши. Мешки под телом раздувались и опадали, а целое крыло в этот момент делало толчок. Его немного вело в бок, но он подгребал обратно. Каждый толчок сопровождался глухим ударом о землю и дрожью, которую я ощущал даже через амортизаторы доспеха.

— Готовность! — крикнул я, усиливая голос динамиками. — Держать дистанцию!

Борис и Медведь синхронно заняли фланговые позиции. Их щиты были подняты, тела напряжены. Берсерки готовились к рывку. Искра отступила за ствол толстой липы, её палочка пылала, собираясь метнуть огненный шар. Горыныч, хихикая, спрятался за валуном, его глаза горели не хуже пламени.

Рейн вдруг выругалась сквозь зубы. Я бросил на неё быстрый взгляд.

— Метка тускнеет, — процедила она. — Слишком большая цель. Мана уходит быстрее, чем я рассчитывала.

Искра, не удержавшись, фыркнула из-за своего дерева.

— В следующий раз думай головой, кровопийца. Может, не стоило тратить ману зря, а?

— Иди к чёрту, — огрызнулась Рейн с досадой. Она подняла руку, подпитывая угасающую Метку. Но было видно, что это требует усилий, ей пришлось сразу же достать кристаллы для подпитки.

Горыныч нетерпеливо выглянул из-за валуна.

— Чего мы ждём⁈ — выкрикнул он. — Давайте просто взорвём его! Я могу! Пять секунд, и бабах! Будет почти как от ракет!

— Заткнись и слушай командира, псих! — рявкнула Искра.

— Пламя рвётся из меня наружу! — отозвался Горыныч.

— Смотри не пукни, — бросила Искра, больше не глядя в его сторону.

Я не слушал их перепалку. Мой взгляд был прикован к ползущей туше. Левиафан преодолел уже половину расстояния до нашего пригорка. Кислотная лужа осталась позади. Он выполз на сухую землю, покрытую жухлой травой и опавшими листьями. Под его брюхом хрустели ветки и чавкала грязь. Гребень на спине пульсировал всё быстрее, ярко-зелёный свет теперь горел почти непрерывно. Что-то готовилось.

Я активировал модуль щита на левом предплечье. С тихим гудением перед рукой развернулся полупрозрачный энергетический барьер — мерцающее поле, способное отразить материальные атаки, а заодно и часть магических.

Заряд кристалла: 100%

— Приготовиться! — скомандовал я. — Сейчас он атакует!

Рейн, матерясь, открутила крышку канистры. Из горлышка зазмеился багровый поток.

Левиафан остановился. Его пасть-воронка раскрылась шире, и я увидел, как глубоко внутри, в глотке, начинает клубиться зеленоватое свечение. Точь-в-точь как перед кислотным залпом по аэроплану.

— Щиты! — рявкнул я, одновременно активируя интерфейс.

Борис и Медведь мгновенно выставили перед собой массивные металлические щиты, хотя находились внизу, их атака вряд ли зацепит. Искра отступила от дерева, выбросила вперёд руку, и перед ней разгорелся «Тепловой щит» — мерцающая завеса раскалённого воздуха, способная испарить жидкие атаки. Рейн, не тратя времени, соткала «Кровавый щит» — багровую, пульсирующую плёнку, вставшую перед ней полусферой. Горыныч, не имея защитных навыков, просто нырнул глубже за валун, продолжая хихикать.

Прометей остался стоять. Я сдвинулся так, чтобы прикрыть и его, но если атака будет слишком массивной… Большинство кислот не берут титан, но кто знает, как поведёт себя эта волшебная хрень? Хорошо, что у меня есть план «Б».

И Левиафан плюнул.

Не одной струёй, как в прошлый раз, а широким веером. Десятки, если не сотни, крупных капель кислоты вырвались из пасти и устремились к нам, покрывая широкий сектор. Это походило на кассетный боеприпас, разрывной заряд, разбрасывающий смертоносную жидкость по площади. Капли, каждая размером с кулак, летели с гадким шипением, оставляя в воздухе зеленоватые следы.

Мой мозг перешёл в авральный режим. Окно Хранилища фракции развернулось перед мысленным взором быстрее, чем первая капля достигла зенита траектории. Раздел «Стройматериалы», подраздел «Металлопрокат», «Нержавеющий прокат». Лист 6000×2000×2 мм, AISI 304. Выбор. Подтверждение.

Голубая вспышка резанула по воздуху, и прямо передо мной, вонзившись нижней кромкой в землю, материализовался шестиметровый стальной лист. Тяжёлый, матово-серый, он встал вертикальной стеной, заслонив меня и Прометея.

Не дожидаясь первого удара, я повторил процедуру. Вспышка левее. Ещё одна правее. Благо, что прокачанная инта позволяет думать быстро, а значит, и реагировать. Три листа, поставленные внахлёст, перекрыли сектор атаки. В этот момент кислотный веер достиг цели.

Капли врезались в сталь. Бум! Бум! Бум! Нержавейка держалась. Хром и никель в сплаве сопротивлялись агрессивной среде куда лучше обычного железа. Но от ударов конструкция застонала и накренилась.

— Отход, — бросил я, сервомоторы ног сработали синхронно с командой.

Толчок, короткий полёт, приземление. Прометей отскочил одновременно со мной. Его сервоприводы зажужжали в ином, более высоком регистре. Электромеханические суставы андроида отработали алгоритм экстренного смещения, сократив мышцы-актуаторы до предела. Тяжёлый корпус робота переместился на четыре метра вбок за долю секунды, а затем так же резко замер, развернув оружие обратно к цели.

Рядом с грохотом рухнули листы. Теперь я заметил, что в это время произошло с другими участниками событий. Берсерки не должны были попасть под удар струёй, но от такого дождя досталось и им. Металлические щиты приняли удар на себя. Кислота зашипела, оставляя дымящиеся язвы. Борис выругался, помянув родственников Левиафана до седьмого колена и пообещав все кулинарные кары, какие только знал.