Сергей Шемякин – Амазонки за кромкой (страница 41)

Сетасан нащупала указательным пальцем верёвку и аккуратно, уменьшив луч рассоединения до длины ногтя, разрезала её. Колец было несколько и связали руки её прочно. Понадобилось четыре реза, прежде чем путы спали. Девушка размяла руки и наложила на себя заклятие исцеления. Звон в ушах пропал, появилась бодрость и ощущение силы. Всё, о чем говорили немцы она слышала и понимала. Сейчас она находилась в подвале за обитой железом дверью. Могла вырезать стену, или дверь. Но за дверью находился часовой, который мог поднять тревогу. Оба включённых амулета во время взрыва бомбы вышли из строя. И амулет невидимости, и амулет связи. Они были достаточно сложны в изготовлении и могла полететь какая-то связка заклятий. Немцы оставили все четыре амулета на месте, видно посчитав их за украшения, колечко тоже. Накопители лежали в кармане гимнастёрки. Света включила амулет малой связи на пять лиг, особо не надеясь, но вдруг кто-то услышит.

— Это Света, ответьте, кто слышит.

— Это Жора. Мы подлетаем к городу, где ты находишься?

— В комендатуре, в подвале за металлической дверью. Вещи у коменданта в кабинете.

— Жди и не дёргайся. Один раз мы эту комендатуру вырезали, вырежем и второй.

— Стефа, выдвигайтесь к комендатуре, разговор вы слышали. Через две минуты мы с Аришей будем там.

— Хольман, — заглянул Вольбург в комнату своего радиста, — Связь с батальоном майора Витцеля есть?

— Нет, пропала полтора часа назад. Сначала с третьей ротой, потом с первой. Радист первой роты сообщил, что вступили в бой, транспорт уничтожен.

— Попытайся установить связь. Может ответят, — распорядился комендант.

Решение он уже принял. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы сообразить, что как только диверсанты прикончат роты Витцеля, будут искать девчонку. И обязательно придут сюда, в Камень-Каширский. Здесь они уже были и всё знают. Он сложил все вещи в новый сейф (старый отдали в мастерскую для замены замка) закрыл на ключ и спустился вниз.

— Я на станцию, — сказал он дежурному. — Доктор и фотограф, как придут, пусть ждут.

Комендант сел в машину и поехал к станции. Если он правильно рассчитал, то в течение двух часов диверсанты свою девчонку заберут. В комендатуре сейчас четыре человека, не столь большие потери в случае нападения. Он пока проверит состояние складов и службу железнодорожников.

Сержант с Аришей приземлились за зданием комендатуры. С задней стороны дома имелся запасной выход, и сержант им воспользовался. Ариша в течение тридцати секунд срезала доски с заколоченного входа и замок. Эта дверь через пятиметровый коридорчик с несколькими ступенями выводила на первый этаж.

— Стефа и Криста, следите за обстановкой на площади. Мы с Аришей уже внутри, — распорядился Принц.

Двое невидимок прошли по коридору и вошли в вестибюль. Убили дежурного и часового у входа в подвал. Ариша вскрыла дверь.

— Света, мы заходим к тебе, — предупредил Принц, понимая, что магичка могла начать атаку на входящих в камеру.

Светка стояла у входа. Эльфийские уши уже услышали возню с той стороны двери.

— Не били?

— Пусть бы только попробовали!

— А что раньше на связь не вышла?

— Все включённые амулеты вышли из строя.

Жора полез в сумку и дал ей амулет невидимости. Светлана тут же его надела и задействовала.

— Ариша, пометь себе на будущее, на амулеты надо ставить защиту от взрыва. Как-то ударной волной магию срывает. У многих ловцов при взрыве гранаты тоже сорвало защиту. Да и у нагов, при взрыве мин. Поднимаемся на второй этаж, — сказал Принц, — кабинет коменданта там.

— Жора, солдат ведёт двух гражданских в комендатуру.

— Это врач и фотограф, — сообразила Света. — Комендант приказал оказать мне помощь и сфотографировать.

— Стефа пусть зайдёт следом, солдата тихо убить, гражданских оглушить, связать и вставить кляп, — распорядился сержант. — Всех рассовать по комнатам.

Тела убитых ими часового и дежурного лежали на лестнице около двери подвала и их не было видно.

Поднялись на второй этаж. Вошли в знакомый кабинет. Сейф стоял новый.

— Наверное в сейфе, — кивнул Жора на металлический шкаф. Пока Ариша резала запоры на металлической двери, обошёл кабинет. На полке появилось несколько книг.

«Черт, а ведь я хотел учебники посмотреть», — вспомнил сержант. «Надо девчонкам ещё и сказки купить». Он посмотрел книги коменданта, но его ничего не заинтересовало. Читалось очень тяжело. Он не привык к длинным составным немецким словам.

— Стефа, гражданских вырубила?

— Да, но не сильно. У них у обоих очень много интересных вещей в сумках.

— Сейчас спустимся, — сказал Жора.

Светлана проверяла вещи, сержант не мешал. Пусть лучше потратит лишнюю минуту, чем оставит магическую гранату или патрон. Магичка одела часы, намотала на запястье кистень, навесила оружие и сказала:

— Всё, я готова.

— Тогда вниз, — распорядился сержант.

Врач был старым евреем. Судя по значительному набору стерильно упакованных инструментов — хирургом. Ясно, что мужика допросят и расстреляют. Пока просто у немцев руки не дошли. «Отвезём Потанину. Пусть бойцов лечит». У фотографа на шее висел фотоаппарат, в бауле был фотобачок, реактивы для проявления плёнок и две плёнки в кассетах.

— Баулы забрать, вот этого старого грузим на арилёт. И взлетаем. Вы с Кристой возвращаетесь на базу. Там красноармейцы должны оружие привезти. Почистить и обслужить.

— Жора, — сказала Стефа. — Там немцы опять полный лагерь людей набили, но гражданских. Охрана слабая, даже пулемётов нет. На вышках только четыре полицая, ещё четыре и один немец в домике охраны.

— Предлагаешь перебить?

— Конечно! Там в лагере и дети есть и женщины.

— Мысль абсолютно правильная!

Стефа взяла врача, магички по баулу и пошли к заднему входу. Лесная побежала к Кристе садиться на лошадь. Загрузились, привязав баулы к перилам. Доктора магички посадили между собой, наложили заклятие исцеления и ввели в сон. Полетели к лагерю пленных. Пока ждали амазонок Принц рассматривал бродивших за колючей проволокой людей. Разных возрастов, есть женщины и дети. Раненых нет. Много евреев.

«Заложники», — сообразил сержант.

Четырьмя бесшумными выстрелами он снял охрану на вышках. Криста и Стефа вырезали всех в домике. У немца девчонки забрали автомат и магазины к нему. Жора подошел к воротам и снял невидимость.

— Граждане Камня-Каширского, товарищи! Я командир партизанского отряда Ветров, — прокричал сержант. — Немецкие захватчики предназначили вас в заложники! Вас всех убьют, расстреляют и женщин, и детей. Охрану мы перебили, и вы свободны. У вас сейчас два пути, остаться в городе и прятаться, или уходить в лес. В лес уйти мы вам поможем, но это не значит, что мы будем вас кормить и содержать. Партизаны должны воевать и освобождать нашу землю от захватчиков. Но уйдя в лес вы хотя бы сохраните свою жизнь, может удастся прибиться в село или создать свою деревню. Заберите винтовки на вышках и у охраны, они вам пригодятся. Все, кто решит уйти из города, двигаться на восток в лес. Там вас встретят.

Сержант размотал цепь на воротах и открыл створки. Народ озадаченно стоял, потом первые смельчаки двинулись к выходу. Трое пареньков помоложе полезло на вышки. На дальнюю никто не полез. Люди не хотели брать в руки оружие — боялись. В лес направилось человек семьдесят. В основном с детьми. Остальные растворились в городских улицах. В лес он отправил Кристу и Стефу с задачей людей пересчитать и скрытно двигать этот отряд в сторону лагеря красноармейцев.

Людей завели в лес, примерно на полкилометра и сержант приказал толпу остановить и построить.

— Мне нужны учителя физики, химии, математики. Инженеры, техники и механики. Если есть такие, прошу выйти из строя, — прокричал Принц.

Вышла пять человек. Две женщины с детьми и трое мужчин в возрасте. Все русские. Одна жена командира преподавала математику в Ковеле, другая химию, мужчина был учителем физики в местной школе. Один был инженером деревообрабатывающей промышленности, парень помоложе — механиком МТС. Все были направлены на усиление местных кадров в тридцать девятом году. Эту группу он отвёл в сторону.

— Коммунисты, комсомольцы и желающие воевать в партизанском отряде — выйти из строя! — начал формировать вторую группу сержант.

Вышло человек тридцать. Этих сразу было видно по винтовкам, прихваченным у лагерной охраны. Было и четыре девушки.

Сержант подошёл к остальным, половина которых составляли женщины и евреи.

— Кто такие и чего хотите?

— Наших мужей расстреляли немцы, за то, что помогали партизанам разгружать городские склады. Нас пять семей, с детьми. Деваться нам некуда. В городе выдадут и убьют, родни у нас в ближайших сёлах нет.

— Встаньте пока все сюда, — показал Жора. Вышло шесть женщин, одна старуха, шестеро детей, из них четверо мальчиков.

— Вы? — обратился он к пожилому еврею, вокруг которого собралось человек двадцать.

— У нас есть родня в дальних сёлах, мы бы хотели, чтобы нас проводили туда, — сказал старший.

«Осторожный мужик, даже село не назвал», — подумал сержант.

— Хорошо, проводим, — согласился сержант.

Осталось четверо парней и пожилая женщина.

— Я учительница литературы, преподавала литературу в местной школе, — представилась женщина.

— Идите к учителям, — распорядился Принц.

— Я врач местной больницы, — представился парень постарше. — В армию не взяли, у меня больные ноги. Из комсомольского возраста вышел.