Сергей Шаповалов – Император. Книга вторая. Ушаков (страница 11)

Ушаков и несколько офицеров, составляющих его штаб, собирались отплыть на пакетботе в Константинополь, для ведения дальнейших переговоров. Мне и лейтенанту Метаксе было приказано тоже собираться и захватить письменные принадлежности. Я отправлялся на переговоры не как секретарь, а как доверенное лицо императора.

Огромный восточный город обосновался на холмах, сползая к морю вихляющими улочками. Загадочный Константинополь, древний Царьград встретил нас шумными пристанями. Кругом островерхими пиками торчали минареты. Над городом возвышался величественный купол Софийского собора, перестроенного в мечеть. Выдавались в море мрачные стены древних бастионов. Лишь только мы сошли на горячие каменные плиты пристани, как тут же нас окружили калеки, прося милостыни. Грозные янычары, встречавшие нас, пинками и плётками разогнали попрошаек.

Нашего прибытия ожидали степенные сановники, посланные султаном Селимом. Среди них был российский посол Василий Степанович Томара. Невысокого роста, крепкий, пятидесятилетний казак. Хоть штатский, но с военной выправкой.

– Какой чудесный город, – не сдержал я восклицания, когда мы проходили мимо огромной каменной чаши фонтана. Прозрачные струи били высоко вверх, освежая знойный воздух. Вокруг цвели удивительные деревья с кожистыми широкими листьями. Цветы нежно-розового оттенка, подобные лилиям.

– Город великий! – важно кивнул Томара. – Бывшая столица великого Константина. Турки нынче зовут его Стамбулом.

– Здесь так много фонтанов, – продолжал я восхищаться, заметив ещё один водоём, вокруг которого собрались горожане, спасаясь от жары.

– Более пятисот, – сказал Томара. – Да, да. По последним подсчётам. Султан периодически проводит перепись имущества города. Домов около ста тысяч. Мечетей: одиннадцать султанских и более двухсот общественных. Тридцать рынков. В городе до сих пор действует водопровод, построенный ещё римлянами.

– Кто же населяет сей многолюдный город? – поинтересовался Ушаков. – Подсчёты такие ведутся? Я вижу в толпе не только турок.

– Конечно, народностей много, – заверил его Томара. – Жителей около миллиона.

– Так уж и около миллиона? – не поверил Ушаков.

– Представить трудно, – ответил Томара, – Но это абсолютно точный подсчёт из последней переписи. Знаю точно, что среди жителей сто двадцать тысяч греков, девяносто тысяч армян, пятьдесят тысяч евреев, пять тысяч всевозможных европейцев. Остальные – магометане, но среди них кроме турок много и других народностей: персы, арабы, курды, зазы, албанцы… и ещё всякие племена.

– И как народ различают? По одежде? – спросил капитан Сенявин.

– По одежде, по акценту. Можно даже по обуви, – ответил Томара. – Приглядитесь, сапоги и туфли у всех разные: турки любят носить жёлтую обувь, греки – чёрную, армяне – красную, евреи – синюю.

Нас сопроводили во дворец султана, где в просторном зале был накрыт огромный стол.

– Господа, – предупредил нас Томара. – Никаких напитков не пейте, кроме вина и горячего чая. Будут предлагать соки, щербет – отказывайтесь. Никаких сладостей.

– Совсем ничего? – возмутились офицеры.

– Можно угоститься фруктами, но прежде, чем откусить от плода, окунайте его вон в те пиалы.

– А что в них?

– Уксус. Да, да! И не возражайте, если не хотите страдать от дизентерии или ещё чего похуже.

* * *

Начался второй раунд переговоров. От Блистательной Порты выступали: великий визирь, рейс эфенди и ещё несколько важных сановников в разноцветных чалмах и шёлковых халатах, расшитых золотыми узорами. Появился и представитель от Великобритании, Спенсер Смит, чопорный носатый шотландец с пушистыми рыжими бакенбардами. Сперва обозначили направление удара. Было решено отвоевать у французов Ионические острова, чтобы устранить угрозу переброски вражеских войск на Апеннинский полуостров через Корфу и Занте.

Переговоры начались легко, о том: сколько кораблей и десанта предоставит Турция; возможность снабжения эскадры продовольствием, порохом и деревом для ремонта кораблей. Сначала Ушакову было предложено взять казну на содержание флота. Но адмирал отказался от денег и потребовал, чтобы эскадру снабжали натурально. Турки нехотя согласились. Выделили для этого военного комиссара Каймакана Калфоглу. Выписали ему султанские фирманаы, с помощью которых он мог требовать от местных пашей продовольствие и иной помощи. Но как только коснулись темы статуса будущих отвоёванных территорий, сразу возникли трудности. Турция требовала безоговорочного присоединения Ионических островов к Оттоманской империи.

Ушаков не соглашался, объясняя, что острова никогда Турции не принадлежали. На них живут православные греки, посему над островами возможно только ввести совместный протекторат России и Турции. Посланник Англии, Спенсер, занял странную выжидательную позицию и все твердил, что острова у французов, конечно, отвоевать надо, но нельзя забывать об эскадре Нельсона, ведущей блокаду побережья Египта. Ему нужна помощь. Требовал отрядить чуть ли не половину кораблей для поддержки английского флота. Турки были против, сообщив, что один из крупных французских отрядов подошел к границам Албании. Захватил прибрежные города: Паргу, Превезу, Вонницу и Бутринто. Наместник Янинский, Али-Паша, хоть и имеет сильную армию, но жалуется, что не в силах противостоять французам. Доходят сведения, что другой многочисленный отряд французов сосредоточился на берегах Венецианского залива и готов высадиться в Морее. Под пагубным влиянием якобинской заразы могут вспыхнуть восстание в Эпире, и дальше на Балканах. Египет потерять не жалко, – Балканы важнее. Споры длились долго, закончились безрезультатно.

Переговорщики разошлись, каждый при своём мнении.

Нам отвели отдельные покои во дворце. Комнаты с высокими потолками. Широкие окна от палящего солнца заслоняли деревья, поэтому в помещениях царила приятная прохлада.

– Ох, нехорошо как-то идут переговоры. Со скрипом. Словно телега несмазанная, – пожаловался посланник Томара. Показал Ушакову письмо, присланное из Петербурга. – От Адмиралтейств-коллегии.

– Что же предлагает мне Адмиралтейств-коллегия? – спросил Ушаков.

– Высокие чины коллегии весьма озабочены. Турция больше ста лет была союзником Франции в борьбе против России, – сказал посол. – Очень желательно надолго рассорить Париж и Константинополь. Вам рекомендуется не мешать действию турок на захваченных территориях. Всех пленных сдавать для отправки в Константинополь.

– Но как я буду предлагать условия капитуляции? – с возмущением спросил Ушаков. – Мы требуем сдать знамёна и шпаги, но в плен вас возьмут турки. Так что ли? На такие условия французы не пойдут. Всем известно, как поступают с пленными в Константинополе. Хорошо, если в подвалы посадят, а могут и на галерах приковать к вёслам. Французы будут стоять до смерти, нежели сдаваться туркам, – возражал Ушаков.

– Вы можете предлагать любые условия. Мы их будем соблюдать, – уговаривал его Томара. – Что касаемо турецкой стороны, то они всегда нарушали любые договоры. Вот, смотрите сами, что пишут из Петербурга: «…намерение высочайшего двора есть стараться чей можно более раздражить взаимно Порту и Францию, следственно, соблюдая с вашей стороны в рассуждении французов правила войны вообще принятые, не должно понуждать к соблюдению их турков. Пущай они, что хотят делают с французами, и турецкий начальник, хотя в самом деле вам подчинён, но в наружности товарищ, может поступать с ними как хочет, – нарушение же капитуляции вам приписано быть не может, а вам обременяться пленными не следует и невозможно».

– То есть мне предлагается высаживать турецкий десант, но самому на сушу не соваться?

– Совершенно верно! Турки, известные совей жестокостью, будут грабить и убивать всех подряд, чем вызовут гнев Франции.

– Я не могу согласиться с Адмиралтейской коллегией по трём причинам, – отверг все предписания Ушаков.

– И по каким же? – уже начал раздражаться Томара.

– Во-первых – турки трусливые. Если высадка не удастся, и десант понесёт потери, их больше не заставишь идти на штурм. Вторая причина: турки будут грабить местное население, состоящее из православных греков. Я, как христианин, не могу допустить резни ни в чем не повинных людей. Третье…

– Что же третье? – краснея от гнева, спросил Томара.

– Третье – честь русского офицера. Ради неё я готов пожертвовать не только карьерой, но и жизнью. Честь – превыше всего. Уж извините. Без поддержки местных греков острова нам не взять – людей погубим и ничего не добьёмся. А чтобы островитяне нас поддержали, я должен обещать им свободу. Если я что-то обещаю, то слово держу.

– Но, послушайте, туркам нужна добыча. Они в войне всегда видят только способ обогащения. Как вы их удержите на голодном довольствии?

– Это – моё дело. Не желаете видеть меня во главе флота – пригласите адмирала Мордвинова. Он согласится на все условия, погубит флот и запятнает позором Россию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.