Сергей Шакурин – Изгнанник (страница 13)

– Что за металл? – спросил парень, с равнодушным видом зачехлив стилет и положив его на место. Взял пришиваемые накладки на перчатки.

Лавочника расстроило, что стилет не заинтересовал покупателя, хотя он и сам не знал, чья это работа, каких мастеров ковка металла жёлтого цвета. Но оружейник бы что-нибудь выдумал, всё равно этот человек-зверь не из их краёв, раз не знает гýнров.

Хозяин лавки проверял на прочность и остроту стилет, и он был очень хорош, но его первому за сегодня покупателю тот не понравился. Честно говоря, достался ему жёлтый клинок даром. Когда лавочник возвращался с востока, как-то в один из вечеров он наткнулся на странный труп: у него не было лица, словно его сорвали, и его никто не обглодал, этот труп, хотя он лежал, по-видимому, уже давно. Но алчность торгаша переборола страх: он подошёл к мертвецу, к которому даже дикое зверьё не подходило, и обыскал. Как же лавочника расстроило, что из вещей у мертвеца оказался только этот стилет, зажатый в левой руке, которым тот, похоже, оборонялся.

– Сколько просишь за накладки? – тем же безразличным голосом спросил Сэт.

Лавочник прикинул, что его они не очень заинтересовали и могут вообще разочаровать своей ценой, а эти вещи с Востока и так уже год лежат, не пользуясь спросом, так как в Авинрáу преимущественно живут бастáры, у которых одна рука-гигант и он решил сделать такой ход:

– У меня к вам предложение. Я вам отдам кирасу, наплечники, поножи, накладки и кинжал в придачу, а вы мне за всё это – два тандра… – и он немного сжался, ожидая гневной реакции покупателя на свою наглость.

«Вот так повезло!» – про себя улыбнулся Сэт. За это можно было отдать всё золото, что имел при себе бритоголовый парень. Все эмоции остались внутри. Безразличный взгляд упёрся в хозяина лавки.

– Нет, вы не подумайте, я не собираюсь вас обобрать. Эти вещи действительно дорого стоят, только не в этом городе. Бастáры, понимаете?..

Сэт ещё минуту повертел в руке стилет из металла сочно-жёлтого цвета, который ему так понравился, и сказал:

– Уговорил, но… Вдобавок ты мне дашь хороший точильный камень.

Радости лавочника не было границ. Он аж подпрыгнул и убежал в дальнюю дверь, а через минуту появился, держа в руке небольшой плоский камень с идеально ровными поверхностями. Камень походил на заводского изготовления брусок зелёного цвета.

– Этот камень из подземного города гýнров. Отлично точит одной стороной и правит другой.

Только сейчас Сэт заметил, что одна сторона бруска была темнее другой.

– Где ты его взял?

– Это от деда ещё камни остались. Раньше с гýнрами иногда удавалось торговать. Это сейчас остались только латы, да и то в Жуин-Руáме.

– Так кто такие гýнры и почему злобные недоростки?

– Ну точно не здешний, – махнул рукой торгаш. – Гýнры – те же гномы… А гномы-то знаешь кто такие?

Сэт кивнул.

– И то ладно. Хотя гномов уже давным-давно нет в Тандрагáре. Ну вот, эти недоделанные потомки гномов – гýнры – очень злобные. Их острые зубы вообще пугают, и, чтобы у карликов хоть что-то получить – оружие, или латы, или ещё что, нужно знать к ним подход, иначе они могут просто убить. Говорят, даже сожрать…

– Ты веришь в сказки? – улыбнулся парень и стал снимать трофейную кирасу.

– Это не сказки! – лавочник с интересом наблюдал за своим покупателем, что-то ещё бормоча себе под нос.

Сэт достал из одного из потайных карманов, которые специально нашил в своей куртке, две золотые монеты и положил их на стол. Алчные глаза торгаша вспыхнули огнём. Он сгрёб драгоценный металл и начал пробовать его на зуб.

Пока лавочник наслаждался своим счастьем и богатством, Сэт надел приобретённую кирасу. Та оказалась малость великовата, пришлось туже затягивать ремни.

«На вырост взял», – усмехнулся он. Примерил наплечники, но левый снял – тот был лишним.

«Накладки потом пришью», – решил парень и убрал оставшиеся преобретения, кроме стилета, в походный ранец. Клинок жёлтого металла разместился на левом бедре.

Закончив экипировку, взял завёрнутый в ткань трофейный меч и двинулся на выход.

– Счастливого пути, – далеко не искренне пожелал вслед уходящему покупателю лавочник.

Лавочник не пошёл докладывать о странном путнике – он ему хорошо заплатил, а от этих сáлтов можно ожидать всё что угодно. И вот это – всё что угодно – случилось. Где-то через час после ухода покупателя доспехов к нему в лавку вошли сразу три шпионки… Хозяин лавки побледнел и похолодел – их он точно не ждал.

– Где он? – разом спросили три «ребёнка» лет десяти тихим, мягким голосом.

– У-ушёл, совсем недавно, – начал заикаться лавочник.

– Куда?

– Он, он не-не сказал… – глаза торгаша стали расширяться, так как три маленьких светловолосых чудовища начали к нему приближаться. На них были одинаковые неподпоясанные, складчатые платья.

– Я… я правда не знаю! – спина хозяина лавки упёрлась в стену. Между ним и троицей осталось метра полтора. Боковым зрением нашёл стоящий в углу топор. Но только он схватил его за рукоять, как три «ребёнка» выхватили из складок одежды длинные ножи.

Первый удар перерубил запястье. Кисть так и осталась сжимать рукоять топора. Крикнуть лавочник не успел, так как второй нож разрубил ему горло, а третий распорол живот. Мужик сполз по стене на пол, захлёбываясь кровью.

Три девочки обтёрли лезвия об одежду хозяина лавки и также незаметно спрятали их в складках платьев.

5

Посёлок на холме охватила паника. Кто-то, собрав скарб, бежал в Авинрáу. Кто-то в надежде, что до них не доберутся, закрывался в своих домах, прятался на крышах.

На пути от поместья Вéлеона до этого посёлка жилых поселений не осталось. К холму подходило уже целое войско из живых мертвецов. Их называли цэсты, а возглавлял пожирателей живой плоти мёртвый граф. Так рассказывали люди, которым удалось убежать от этого нашествия.

Когда-то давно, как говорилось в легендах, мёртвые уже выходили из могил и бродили, как призраки. С ними легко справлялись: их просто рубили на куски и сжигали.

Эти же, «новые мертвецы», были опасными. Смертельно опасными. Нет, не из-за того, что в руках у них было разное оружие, а из-за того, что эти существа общались между собой. Они говорили и даже размышляли, а их мёртвый граф командовал ими.

Конечно, дисциплины в мёртвом войске практически не было, цэсты, завидя живых, сразу набрасывались на людей и начинали их пожирать, а оружие шло в ход, только когда кто-то оказывал сопротивление. Дисциплина заключалась в том, что от одного посёлка до другого живые трупы шли более-менее кучно, не разбредаясь по сторонам.

* * *

«Сколько разного народа!» – размышлял, глядя по сторонам, Сэт.

К центру города улицы раздвинули свои обочины до ширины шести телег. Скорей всего, город Авинрáу считался в этих краях самой главной торговой точкой, так как торговля здесь шла повсюду.

Одна улица называлась Растительной – на ней продавалось всё, что растёт. Другая – Тканная. Столько видов тканей Сэт не видел ни разу. Была и Обувная. Улиц, на которых продавалась одежда, он встречал несколько. Здесь и кожаная, и тканная, и с мехами; в общем, в этом городе можно было купить всё, что пожелаешь.

Сэт направлялся к центру, туда, где должен находиться дворец правителя города или что-то типа того. Зачем? Да так, из любопытства, объяснял он себе.

И вот, когда из-за крыш домов показалось высокое строение, Сэт заметил знакомое лицо. Взгляд исподлобья, причёска как у панка. Он мелькнул в толпе, но Сэт уловил его цепкий взгляд и сразу изменил направление, двинувшись за «шпионом».

Переулки, как и во всех мирах: тёмные, заваленные различным мусором и застроенные мыслимыми и немыслимыми постройками непонятного предназначения.

В этом лабиринте переулков люди и полузвери встречались редко. «Шпион», которого преследовал, успевал поворачивать в разные проёмы в стенах, и Сэт только звериным чутьём находил нужный поворот.

Повернув налево, бритоголовый парень вышел в переулок метров в тридцать длиной, стены зданий которого возвышались на десять метров, все окна и двери были заколочены. Справа вдоль стены стояло с десяток бочек и непонятно для чего, было приспособлено несколько деревянных навесов.

Переулок раздваивался под острым углом.

«Куда он исчез? – заметались мысли. – Это засада!»

И не успел Сэт подумать, как из проулка, откуда он сам вышел, выбежали трое с мечами в руках.

Это были не люди. Жёлто-коричневая, грязного оттенка кожа морд обезображена рытвинами. Две ноздри вместо носа тяжело втягивали воздух на бегу. Острые жёлтые зубы и серые, почти без зрачков глаза, источали ненависть.

Бритоголовый парень посмотрел на их доспехи. Худощавые тела закрывали толстые кожаные накладки на различных частях тела. Головы обтягивали шлемы из такой же кожи с длинными, свисающими до плеч ушами. Щитов не было, и это радовало.

Сэт отбросил завёрнутый в ткань трофейный меч и, медленно отступая в глубь переулка-засады, достал свой клинок. Троица начала растягиваться, охватывая его в полукольцо. Сэт не стал ждать нападения, а атаковал сам.

Ложный выпад – коричневорылый на него среагировал. Но тут же переход в верхнюю петлю, которая лишила желтозубого урода обоих глаз. Визг боли разнёсся по проулкам, а Сэт уже отбивал выпад слева и сразу уклонился от правого верхнего рубящего удара.