Сергей Сезин – Как Якир развалил армию. Вредительство или халатность (страница 19)
Я сын кулака, в 1930 году хозяйство отца было раскулачено. Эти обстоятельства я скрыл при поступлении в партию и призыве в Красную Армию. Естественно, что эти обстоятельства меня озлобили против Советской власти, я стал проявлять резко политическое недовольство мероприятиями партии и правительства по вопросу ликвидации кулака как класса, проявлял антагонизм к рабочему классу.
В 1934 году, работая на складе № 27, я сблизился с прибывшим на склад после окончания Военно арт. Академии РККА на должность начальника мастерской „Б“ Массаловым Аркадием Ал-дровичем, который в моем присутствии вел беседы на антисоветские темы, проявлял неверие в достижения социалистического строительства, обвинял партию и Советскую власть в неправильном руководстве, в результате которого страна пережива…
(далее страница отсутствует)
В.: Назовите известные вам факты вредительской диверсионной деятельности известных вам участников контрреволюционной организации.
О.: Вредительская диверсионная работа указанных мной выше этой организации мне известна:
Булгаков являлся руководителем всей диверсионно-вредительской группы на складе № 27 по его указанию проводилась вся подрывная работа, направленная на ослабление мощи Красной Армии.
Массалов руководил подготовкой ряда диверсионных актов по взрыву мастерской, по его указанию я пытался провести диверсионный акт в мастерской, проводил вредительскую деятельность – вывел станок из строя.
Кузьмин на протяжении его работы техником-плановиком мастерской лит. „Б“ и начцха (так в тексте) умышленно допускал сборку 76 мм зарядов с малоустойчивыми порохами, предназначенными для переделки на заводе.
Его же распоряжением при сборке и ремонте 37 мм бронебойных гранат не ставил клейм соответственно содержимых взрывчатых веществ.
В июле 37 года вредительски он установил взрыватели 152 мм гранат на 13 мм длиннее.
Умышленно отпускал выстрелы в негодной упаковке, отчего получался перекос.
Производственные планы, составленные им, не предусматривают главных технологических процессов
1. (Пункт нечитаем, так как попал на обрез текста.)
2. Контроль соединения снаряда (неразборчиво) шрапнелью и гранатами.
3. контроль прямизны среза дульца гильзы
4. контроль клеймения гильз и укупорки
5. в марте 1936 года при развеске пороха для 122 мм зарядов уменьшал вес.
Протокол записан с моих слов правильно, мною прочитан в чем и расписываюсь.
Дробленов.
Допросил: оперуполномоченный ОО ХВО сержант госбезопасности Шульженко“. [3.]
Имел звание воентехник 2 ранга.
Арестован 14.10. 1937 года. Приговорен 8.01 1938 года к ВМН, расстрелян 9 января.
Выписка из протокола допроса Киселева Евгения Яковлевича 27 июля 1937 года
Родился в 1898 г., г. Варшава; русский; Нач. арт. снабжения отдела артиллерии КВО.
„Бывший Начальник склада № 27 Булгаков
Руководство складом со стороны Булгакова отсутствовало в связи с…(неразборчиво) на складе было много недочетов в хранении и техническом состоянии имущества. Работу снаряжательной мастерской Булгаков организовал так, что собираемые ей заряды были непригодны для употребления (высокая посадка пыжа).
Все это, а также политическая неустойчивость Булгакова дали мне основание вербовать его в военно-троцкистский заговор. Этому предшествовала отработка Булгакова, сводящаяся к тому, что я неоднократно обращал его внимание на явное вредительство, проводимое им на складе и в мастерской, на вероятность его суровой ответственности в случае придания огласки его деятельности, полностью подчиняя его своему влиянию.
В июле 1935 года, будучи в Кременчуге с обследованием склада, я снова указал на выявленные мною факты его вредительства и на возможные для него последствия, в связи с тем Булгаков вынужден был это признать. Я заявил ему что проводимое им вредительство на складе полностью соответствует задачам военной организации, существующей в Красной Армии, которая преследует цели – свержение Советской Власти, эту организацию возглавляют Тухачевский и Якир, и тут же утвердительно сказал Булгакову: „По-моему, вы являетесь участником этой организации. Я тоже в ней состою.“ Булгаков ничего не ответил. Я продолжал: „Вам смущаться нечего. Этой организацией руководят такие большие люди, которые нас не подведут. Я рекомендую вам войти в состав этой организации. В отделе артиллерии КВО этой работой руководит Бобров“. Булгаков дал согласие.
Тогда же я дал Булгакову следующие задания:
1. Привлечение новых участников антисоветского военно-троцкистского заговора по артскладу № 27 и снаряжательной мастерской.
2. Организация и проведение вредительства по артскладу № 27 и снаряжательной мастерской.
3. Подготовка и проведение диверсионного акта на артскладе, для этой цели создать диверсионную ячейку.
Эти задания Булгаков принял к исполнению.
Во исполнение этих заданий Булгаков провел следующую работу:
а). Привлечение к участию в антисоветском заговоре
Начоперотдела склада Ходосько
Начотдела хранения Фостий
Нач. цеха снаряжательной мастерской Трахтенберг
Булгаков этим лицам дал задания:
Ходосько – задерживать выдачу нарядов в отделы склада на отправку имущества войсковым частям, несвоевременно выдавать документы войсковым частям на отправленное им имущество с расчетом дезорганизации снабжения частей артимуществом.
Фостий – производить неправильную комплектацию боеприпасов, бессистемное распределение в хранилище с целью осложнения выдачи их в мобпериод, задерживать ремонт их.
Трахтенберг – вредительски проводить ремонт и переснаряжение выстрелов с целью невозможности их использования.
По заявлению Булгакова эти лица приступили к выполнению этих заданий. Об этом меня информировал Булгаков в ноябре 1936 года в бытность его в служебной командировке в г. Киеве.
б). тогда же Булгаков сообщил мне, что в части диверсионной работы он подбирает соответствующих лиц для создания диверсионной ячейки в соответствии с моими указаниями, данными ему при вербовке.
Давая эти указания Булгакову, я сообщил ему, что подготовкой и взрывом склада и снаряжательной мастерской будет руководить участник антисоветского военно-троцкистского заговора пиротехник склада № 27 Ткаченко с которым нужно иметь связь по диверсии и подобрать ему в помощь соответствующих лиц из личного состава склада.
Ткаченко об этом мною был предупрежден.
Киселев.
Верно: начальник группы опертехники мл. лейтенант госбезопасности (Крашенников)
С копией верно:
Оперуполномоченный ОО УГБ НКВД ХВО сержант гос. Безопасности (Спирин)
Приговорен: ВК ВС СССР 9 сентября 1937 г., по обвинению согласно статье 54-1б, 8, 11 УК УССР. [4.]
Приговор: ВМН Расстрелян 10 сентября 1937 г. Место захоронения – г. Киев. Реабилитирован 22 декабря 1956 г. ВК ВС СССР».
Группа этих выписок из следственных дел говорит все о том же: нарушениях нормальной работы склада и угрозе того, что эти нарушения могут вызвать пожары и взрывы боеприпасов, хранящихся на складе. Следует учесть и то. что сотрудники НКВД вряд ли разбирались в деталях устройства артиллерийских выстрелов, правилах хранения и подобных узкопрофессиональных вопросах. Да и им не было принципиальна работа в этом поле. Когда есть показания, уличающие арестованного в участии в военно-фашистском заговоре, очные ставки и его признание – зачем неклейменные 37 мм бронебойные гранаты и смешение имущества разных категорий хранения? Практика осуждений показала. что террористические намерения как бы могут вытекать только из самого факта участия в заговоре (приговор по делу Амчеславского с применением закона от 1 декабря 1934 года, хотя ничего о терроре в деле нет) или только словесные высказывания (дело Блажевича). Видимо, все же в руках следствия имелись документы, которые говорили об опасных нарушениях в работе склада, а уже следствие решало, почему именно порох и снаряды портятся под открытым небом – согласно приказам Тухачевского с Якиром или по разгильдяйству. И эти документы в деле имеются, и будут приведены позднее.
Отметим еще вот такой момент.
Киселев является начальником снабжения округа, где артиллерийских складов около десятка. Допрашивается он в городе Киеве и дает показания о четырех сотрудниках склада, хорошо помня, кем они являются на складе и их функции там, то есть он не заставляет в своих показаниях их заниматься делом, не свойственным им, а сообщая, что они вредительски исполняют свои обязанности.
Для начальника склада Булгакова это было бы нормой, поскольку он не один год работал и сталкивался с подчиненными каждый день, а, возможно, и несколько раз в день.
Киселев – это столичный деятель, бывавший на складе лишь иногда.
А работники на складе меняются. Если Фостий работает на складе с 1919 года, продвигаясь по службе от валового рабочего до начальника отдела, то в мастерской «Б» и оперотделе люди меняются достаточно часто.
И Киселев их не путает.
Откуда он так хорошо их знает? Следователи вряд ли ему подсказывали. Им нужны были больше люди из верхушки округа, чем начальник цеха мастерской военсклада.
1. Следственное дело № 5364 на Кузьмина А. Ф., стр. 13–19.
2. Там же, стр.89–78.
3. Там же, стр. 15–20.
4. Там же, стр. 79–80.