Сергей Сергеев – Империя сосредотачивается (страница 24)

— Здравствуйте-здравствуйте, — раздвинул он губы в подобие улыбки, получилось у него не очень, но ладно, спишем на провинциальность.

— Здравия желаю, тщ начальник, — бодро ответил я за нас обоих. — Как здоровье, как жизнь, как творчество?

— Да какое у нас тут творчество, рутина сплошная, — машинально ответил он, но быстро спохватился, — что же мы тут стоим-то, пойдемте в студию, там уже все собрались.

Ну пойдем конечно, хотя кофе для приличия можно был бы сначала предложить, подумал я, а вслух спросил:

— Какой формат передачи, какой хронометраж, мы с самого начала в кадре или позже подводимся?

Беспалов с некоторым удивлением покосился на меня, но ответил очень подробно, что это, мол, круглый стол, все сидят за ним с самого начала, ведет передачу непосредственно он, приглашенные гости отвечают по очереди на его вопросы, при этом возможна некоторая дискуссия, а время передачи один календарный час.

Зашли в довольно просторную студию с круглым столом… ну не совсем круглым, овальным, но не будем придираться… там уже сидели какие-то сумрачные хозяйственники и о, сюрприз-сюрприз, Станислав Игоревич собственной персоной. Вокруг суетились операторы, двигая и настраивая здоровенные, как чемоданы, камеры.

— Садись, Сережа, вот сюда, — показал мне куда садиться Игоревич, — а Анюта рядом. Ты бы хоть полслова сказал о своих приключениях-то, а то мне сегодня такого понарассказывали, аж уши вянут…

— Извини, Игоревич, дела сразу навалились, некогда было, да и приключений-то, если честно, не особо много было…

— Мне-то не заливай, знаю я все, что у тебя там случилось, — с хитрой усмешкой ответил он, но тут режиссер передачи (Беспалов-2 практически, такой же маленький и в очках) скомандовал, что мол минутная готовность, мол все быстро заткнулись и уставились в объективы.

Заткнулись и уставились, чо.

---

Рассказывать про саму передачу особенно и нечего, сначала сумрачные хозяйственники мрачно рассказали о своих подшефных хозяйствах, потом Игоревич про перестройку и гласность чего-то, а на закуску мы с Анютой, как смогли, поведали о китайском вояже… Анюта не подкачала, улыбалась и щебетала со скорострельностью 120 слов в минуту, шуток ей подбрасывать не пришлось, сама справилась. Сам Беспалов проникся и под конец общался исключительно с ней, игнорируя меня напрочь, я даже обиделся немного… Дублей почти не пришлось делать, так что в пять вечера мы свободны были. Игоревич прибыл сюда на обкомовской Волге, так что в Кремль мы вместе уехали.

Зарулили прямо внутрь через ворота у Кладовой башни, а там прямо и направо к самому входу в обком, класс…

А там нас уже ждали, вот ни секунды задерживаться не пришлось, прямиком из приемной в кабинет Христораднова проследовали. Чай-кофе на этот раз предложили, я решил не отказываться, кофе, если можно, правильно, Анюта? Она согласно кивнула, ну и хорошо, посмотрим, какой ассортимент напитков в коридорах… ой, в кабинетах власти имеется.

Ассортимент был, прямо так скажем, небогатый — кофе растворимый марки Пеле… кстати пару предложений про эту марку, если уж к слову пришлось. К футболисту Пеле она имеет самое прямое отношение, в начале 70-х, когда он уже ушел из футбола и жил, если честно, небогато, а если совсем честно, зубы на полку клал, к нему подкатила бразильская продуктовая корпорация Касик, у которой тоже на тот момент дела были швах. Ну а плод, так сказать, их совместной работы в виде ярко-красных баночек с дымящейся чашечкой на этикетке стал дико популярен во всем мире… ну не так, конечно, как Нестле или Якобс, но вполне достойное место занял в кофейных хит-парадах. Сам Пеле на этом деле состояние себе нажил, не такое уж прямо, как Абрамович или Безос, но на жизнь стало хватать.

Но это мы отвлеклись, давайте к нашим обкомовским баранам… то есть делам.

— Ну здравствуй-здравствуй, Сережа и эээ… Анюта, что же это ты… вы про нас забыли совсем? — легонько попенял мне с порогу секретарь, — ты там такие серьезные дела завариваешь, касающиеся напрямую нашей области, а мы и не в курсе, так что уж будь добр, введи нас в курс дела.

О как я высоко залетел, подумалось мне, хозяин региона нижайше просит ввести его в курс, искательно заглядывая мне в глаза… ладно, введу, раз просят.

— Да какие там дела, Юрий Николаич, дел-то никаких пока и нет, так, перекинулись парой слов с Михал Сергеичем, когда в Шереметьево самолета ждали… подробности?… да ради бога, могу все дословно рассказать…

И я передал ему практически без купюр беседу с генсеком по поводу витрины обновляемого социализма. Ту часть, что про Афган была, конечно пропустил, зачем загружать человека лишней информацией? Христораднов посидел немного, переваривая сказанное, потом продолжил:

— Ну и как же эта витрина нового социализма, эээ…

— Два-ноль, — помог ему я.

— Да, два-ноль… прямо как счет в футболе… — сидящий рядом Валерий Палыч радостно заржал, поддерживая шутку начальника, я тоже позволил себе улыбнуться, — как же она конкретно будет проводиться в жизнь, можешь рассказать?

Ага, по дням, часам и минутам щас расскажу, как же…

— Эх, дорогой Юрий Николаич, если б я сам знал, Социализм 2.0 это самый общий лозунг, а конкретное его наполнение по ходу дела выяснится… могу только сказать, что работать будем в самом тесном сотрудничестве с областными властями и конкретно с вами, уважаемый Юрий Николаич…

— Ну хорошо, — с видимым оттенком недовольства сказал он, — по ходу значит по ходу… как в Китай-то слетали, можешь рассказать?

О, про это я час без перерыва мог бы говорить, но ограничился 15 минутами, Анюта оживляла мой рассказ непосредственными замечаниями, так что все присутствующие развеселились окончательно.

— Так прямо два атомных взрыва пережил и ничего тебе не случилось? — докопался до меня Палыч.

— Так ведь они же термоядерные были, относительно чистые в смысле радиации, там же 99 % в ударную волну и световое излучение уходит, если пережил их, то радиация тебе уже не страшно, — пересказал я учебник по гражданской обороне, — так что не волнуйтесь, нас уже четыре раза врачи проверили, все чисто… да, а нам же завтра опять в столицу ехать, — вспомнил я свои насущные проблемы, поможете с билетами, а то в кассах их уже не достать?

Христораднов переглянулся с Палычем и ответил:

— Да какие вопросы, дорогой, конечно поможем… Палыч, распорядись там… а зачем вам в Москву, расскажете?

— Конечно расскажем, все как на духу выложим, — бодро ответил я, — там завтра аж три мероприятия, настоятельно требующих нашего с Анютой присутствия, в 12 пресс-конференция по итогам китайского визита…

— Михал Сергеич будет присутствовать? — быстро поинтересовался Христораднов.

— Насколько мне известно, нет, отходит от огнестрельного ранения, Чазов ему постельный режим прописал… потом нам на Мосфильм надо, утрясти вопросы по совместному фильму…

— Да, слышал-слышал, там еще какие-то знаменитые китайцы должны участвовать…

— Ага, Джеки Чан и Брюс Ли… ну это, если получится их уговорить конечно… и под конец дня награждение в Кремле.

Секретарь с Палычем мгновенно сделали стойку:

— Какое награждение? Кого? Чем? — это они поочередно спросили.

— Ну там целую группу товарищей награждать будут, как я слышал, а если конкретно про нас, то Анюту «Дружбой народов», а меня Звездой Героя, да…

Обкомовцы посидели некоторое время, потрясенные новой информацией, потом зашевелились:

— Сережа, а ты не мог бы устроить, чтобы меня… ну нас с Палычем, пригласили на эту пресс-конференцию?

Ну дела, ну дела, как говорилось в советском мультфильме, такого я не видела — полноправный хозяин целой области нижайше просит какого-то там Сергуню об услуге… ну надо помочь конечно, хорошие отношения в дальнейшем не помешают.

— Можно я от вас по вертушке позвоню?

— Звони конечно, вон она крайняя справа на том столе.

Набрал вызубренный уже назубок номер Владиленыча и за три минуты договорился насчет пресс-конференции. Расстались мы короче друзьями… да, а в приемной Палыч нагнал нас и сказал, что вы летите завтра утром из Стригина на… на АН-24, машина вам кажется знакомая.

Глава 8

Дорогая моя столица мне всегда под утро снится

На следующее утро приземлились мы короче не в Шарике, а в виде разнообразия совсем даже и в Быково, я уж и забыл, что такой аэропорт на земле был когда-то. Сарайчик-сарайчиком, но весь стеклянный конечно… когда проходили через зал ожидания, увидел ностальгическую табличку на стене «Не курить, не плевать», обратил на нее внимание Анечки.

— А что в ней не так? — удивленно спросила она.

— Не хватает еще одного требования в конце, «не быковать», — ответил ей я.

— Почему? — непонимающе спросила она.

— Ну мы как бы ведь в Быкове находимся, правильно?

Анечка немного подумала, потом согнулась в смехе, добрался таки я до ее юмористических нервных центров. Никто нашей встречей не озаботился, так что пришлось самим добираться до центра, на автобусике, ладно еще, что без пробок обошлось. На Зубовский бульвар рановато было еще двигаться, зашли по традиции в Шоколадницу на Тверской… на Горького то есть, пока закусывали блинчиками, запивая горячим шоколадом, вспоминал, как я это делал совсем недавно со старой Анютой и тосковал… всего-то полтора месяца прошло, а кажется, что в прошлом веке это было.