Сергей Щербаков – Старшинов (страница 69)

Я помню это!

Акростих

Когда желанная весна Опять звенит в лесу и в поле, Лазоревая новизна Ее растений снова в холе. Сосна, освободясь от сна, Теперь не унывает боле, А расцветает в новой роли. Роскошна радость и ясна. Шикарна вешняя природа, И можно в это время года Нам выбрать лучшие пути: Отправиться на всякий случай В великолепный лес дремучий У трех берез сморчки найти!

Владимир ГОРДЕЙЧЕВ

В пароходы,

в строчки

и в другие долгие дела…

Курс равняя по вершинам вулканических пород, «Николай» плывет «Старшинов», коктебельский теплоход. И понятную тревогу ты из сердца гонишь вон осознаньем: «Слава богу,  слава богу, что не он…» Облегченно взглядом шаришь, и улыбка щеки рвет: хорошо, что мой товарищ, нет, пока не пароход. Хорошо, что жив гвардеец, сухопар и черноглаз, с кем в Москве еще надеюсь я увидеться не раз. Слышишь, Коля! Золотыми буквами блестят струи, и фамилию и имя отражая не твои. Тот, чье имя возле клюза, был десантником в Крыму. Капитан. Герой Союза. Память вечная ему. Ты — в пехоте. Он — в Морфлоте. Равный труд и равный риск. Лишь по случаю на фронте ты не лег под обелиск. Хороша морская качка теплоходу в синей мгле. Хорошо, что нас пока что греет жизнь и на земле. Хорошо, что в общей доле мне дано послать привет, адресуясь просто Коле, излучающему свет.

Николай ДМИТРИЕВ

Н. Старшинову

Я люблю твой изломанный почерк — Разобрать его трудно сперва. Научи погибать между строчек, Воскрешающих веру в слова. Вот опять ты кого-то спасаешь, Телеграммы, как хлеб, раздаешь, И озябшие пальцы кусаешь,