Сергей Савинов – Последняя надежда (страница 19)
Так и здесь: решили пойти через порталы, открыли бы их в поле и отстреливали бы всех посторонних. И если те же «нагибаторы» попробовали начать возмущаться, то их бы никто не поддержал. А сейчас они герои: прорвались вперед в одиночку и урвали дроп у крупного альянса. Так что это теперь не только финансовые, но и имиджевые потери. Поэтому действительно интересно, как же Борис будет из этой ситуации выходить. Впрочем, еще интереснее, почему он выступил в Ларенхоу, не дождавшись обещанного мне срока, да еще через порталы, как будто стремясь успеть все побыстрее? И пусть я все равно здесь, но условия договора-то были нарушены.
Пока отряды перегруппировывались, а Борис строил перед собой всех быстро пойманных и собранных «нагибаторов», я быстренько составил петицию о нарушении договора и требовании компенсации.
– А чего они просто не выйдут из игры? – рядом опять незаметно пристроился Арарат. Так как ему удалось стать обладателем довольно редкого лекарского класса, то Виталик тоже пристроил его в свой отряд. Мне же мое место досталось, судя по всему, благодаря довольно высокому уровню, что я себе нарисовал.
– Они в плену, так что, даже если выйдут, их тушки останутся в наших руках. Вот они и выжидают, хотят понять, что их ждет.
В этот момент Борис вышел вперед и огласил свое решение.
– Ваш лидер отказался вернуть незаконно полученный дроп и оплатить убытки, поэтому я приговариваю каждого из вас к двадцати смертям. Вы можете сбежать и будете умирать каждый раз, как попадетесь кому-то из клана, а можете послужить нам, участвуя в авангардах наших операций. Как только вы погибнете в них двадцать раз, ваш долг будет закрыт. Рекомендую выбрать второй вариант, так вы, конечно, тоже потеряете двадцать уровней, но это произойдет не сразу, и у вас будет возможность попробовать быть не крысами, а чем-то большим.
– Развязать их, – сказал Виталик и усмехнулся. – Искупительный отряд, стройсь.
Все, кроме одетого в лохмотья Капительмана, резво устремились к нему, а герой дня попытался воспользоваться случаем и скрыться в переулке. Увы, когда тебя сжигают заживо, это довольно-таки непросто сделать.
– Забыл сказать, – оказывается, Борис может быть жестоким, ощущения в Джи хоть и помягче, но все равно поджечь человека и держать пламя, пока он не затихнет, сможет не каждый. – Для Владимира Витальевича количество смертей не ограничено.
Что ж, получилось не так плохо, как могло бы быть, даже кое-какую выгоду в виде отряда смертников извлекли, но вот если бы эту жестокость применить вовремя, то все могло бы пройти гораздо спокойнее. Вспомнилась книга про Ивана Грозного, которую недавно читал: посадить человека на кол в нужное время и в нужном месте тоже нужно уметь.
Кстати, насчет нужного времени, можно кое-что провернуть. Залезаю через интерфейс в почту от имени Михаила Светлова и отправляю Борису сообщение: «Слышал, вы отправились в Ларенхоу без меня и раньше оговоренного срока. Даю вам возможность объясниться».
А вот письмо дошло и прочитано – аж приятно стало, как перекосилось его лицо. Всегда интересно наблюдать за эмоциями людей в твой адрес, когда они думают, что ты их не видишь. Правда, отвечать он не спешил, вместо этого построил отряды и двинул их в центр города.
За время передвижения из-за атак местных жителей мы потеряли еще почти сотню человек, на этот раз доставалось всем отрядам. Сам я выжил только благодаря уровню, один раз совсем девочка, еще секунду назад лежавшая на земле, бросилась на меня и попыталась ударить ножом. Ее нарядное платье было все в комках грязи, а высохшее от болезни тело, казалось, не могло принадлежать живому человеку. Но все равно поднять на нее руку год назад я, скорее всего, и не смог бы. А сейчас парой ударов под ключицу, оба из которых оказались критическими, отправил ее на тот свет, если он, конечно, есть для таких обезумевших программ. Несколько парней, шедших рядом, согнулись в приступе рвоты, а пара девушек, находящихся чуть вдалеке, посмотрела даже с ненавистью. Интересно, что я был должен сделать, в их представлении, – умилиться и умереть счастливым? Ну уж нет, не дождетесь.
Идиллию прервали крики ужаса из головы колонны: наш нагибаторский авангард попал в ловушку. Стоило им выйти на очередной перекресток, как земля под их ногами вспыхнула линиями наливающейся силами пентаграммы. Из трещин в брусчатке прямо им под ноги начала вылезать черная слизистая масса, первое же ее касание парализовало человека. А потом она начинала постепенно растворять их кожу и кости. Развернутое системное окошко запестрело новыми сообщениями.
– Да что это за игра такая! – завопила женщина рядом со мной. – Тут же могут быть дети!
Такова жизнь, Анна Степановна. Тут она бросилась вперед и попыталась вытолкнуть одно из задыхающихся от криков тел из слизи, но только попала в ловушку сама. Стоило ей прикоснуться к моему однофамильцу, как ее тоже парализовало, а слизь, как мне показалось, даже с каким-то диким и голодным урчанием устремилась на ее руки.
– Не могу смотреть, как они мучаются! – кто-то из лучников попытался выстрелом оборвать мучения одной из жертв, но вместо этого сам присоединился к ним. По траектории прилетевшей стрелы назад сразу же устремилось черное щупальце и поразило его.
– Отходим! – а вот это правильно, нечего рисковать людьми, когда вокруг происходит что-то непонятное, лучше обойти и сосредоточится на главном. Хотя вот лично мне вся эта гадость что-то напоминает. Ну, конечно, пустое множество с космического корабля, где я получил двадцать первый.
– Араратик, – самому рисковать не хочется, к счастью, рядом постоянно крутится кое-кто полезный. – Попробуй использовать на эту мерзость лечение.
– Ты что? Обалдел? – он даже замер, не решаясь поверить, что кто-то может предположить, что человек в здравом уме полезет к этой твари.
– Вовсе нет, – а ведь мне же все равно, получится у него или сейчас он присоединится к остальным крикунам на площади, из-за этого голос почему-то звучит даже убедительнее, вот странность. – Уже встречал подобных созданий в лесу, и мне, используя аптечку, удалось с ними справиться.
– Но у меня ведь совсем слабое лечение! – И не пытайся найти оправдание, чтобы ничего не делать. Со мной такое не пройдет.
– Ничего страшного, у него на самом деле довольно мало жизней. Давай, неужели ты не мечтал стать героем? А ведь вокруг, несмотря ни на что, всего лишь игра!
– Получилось! – радостный крик Арарата прервала ответная струя слизи, залетевшая ему прямо в горло.
А вот стоять на месте не стоило. Но дело было сделано, один из командиров заметил успех нашего лекаря, и Борис уже начал разворачивать всех обратно. У него-то лекарей хватит, чтобы выжечь тут все дотла. Тут меня отвлекло тренькнувшее сообщение: моя петиция о нарушении договора была рассмотрена.
Аж руки чешутся кое-что сделать, но будет правильно не торопиться и посмотреть, какой вариант для меня будет выгоднее. Стоило мне отвлечься от чтения, как оказалось, что лекари уже построились в какой-то странный порядок, замахали руками, а потом по площади прокатилась волна света.
Копаться в слизи в поисках дропа отправили последнего чудом выжившего «нагибатора». Судя по его страдальческому лицу, никаких приятных ощущений ему это не доставляло, как вдруг его лицо осветилось улыбкой и он выхватил из наиболее крупной черной лужицы какую-то тряпку.
Правда, длилась его радость недолго: свечение – и тряпка уже в руках у Бориса. Да, дружок, теперь ты часть рейда, а значит, любую полученную тобой вещь может забрать у тебя лидер. Второй раз дать себя обмануть лидер «Бури спокойствия» явно не собирался.
– Глупцы! – к нам приближалось новое действующее лицо. Судя по одежде, еще один священник, а раз эти ребята предпочитают пуляться метеорами, то будет нелишним выпить зелье огненной защиты.
– Вы напоили демона свежей человеческой кровью, и теперь наша жертва может оказаться напрасной. – Хоть старик и говорит загадками, но общая картина начала проясняться. – Мы пожертвовали своими душами, пойдя к нему в рабство, чтобы запечатать его в стенах города, но теперь, если он выпьет всю вашу кровь, ему хватит сил, чтобы уничтожить печать. Уходите! Или вы, глупцы, надеетесь победить?
Квест оказался, мягко говоря, с подковыркой. В отличие от истории с демоном в Сорренфелле, здесь все было гораздо сложнее. Что ж, игра определенно становится все более глубокой и интересной – это вам не злоболисов истреблять. Сейчас перед каждым игроком стоял мучительный выбор – рискнуть и уничтожить демона, возможно, ценой своей, пусть и игровой, жизни или уйти, поняв, что жители целого города обречены. Все до единого, от самого крохотного младенца до глубокого старика. Интересно, а многие ли сейчас понимают, что жители обречены в любом случае?