Сергей Савинов – Почта Приграничья 2 (страница 52)

У Олега же в отличие от маленькой ведуньи откровение Мары не вызвало столь бурной реакции. Он, конечно же, имел представление об истории, причем весьма широкое, но вот в детали противостояния княжеских кланов никогда не вдавался. О Владимировичах он помнил лишь то, что это был один из родов, впавших в немилость и, как это обычно бывает, вырезанных на корню… Впрочем, как оказалось, не до конца. Вот только это хоть и странный факт — обычно князья не оставляли своих врагов в живых — но не настолько, чтобы уделять ему столько внимания.

— Вижу, ты не до конца осознаешь всю глубину вопроса, — вновь усмехнулась Мара, тряхнув головой точь-в-точь как Настя, только вместо косы она откинула от лица непослушную густую прядь. — А вот твою маленькую подружку прямо-таки разрывает от желания просветить тебя. Дать ей слово?

— Я думаю, пора уже полностью освободить ее и Хотена, — ровным голосом сказал Олег, не поддаваясь на насмешливый тон Мары. — Мы с тобой уже выяснили отношения и не собираемся сражаться, так что нет больше смысла держать их без движения.

— Ты прав, — неожиданно легко согласилась дочь Мораны, которая, похоже, ни капли не сомневалась в своих силах на случай, если что-то пойдет не так.

Она лишь слегка пошевелила рукой, и Настя с Хотеном вновь обрели способность двигаться. Сотник по инерции вонзил в деревянный пол свой меч, направленный до этого в Мару, и выругался. А маленькая ведунья, подскочив к Олегу и словно бы загородив его от с интересом наблюдающей за ней дочери Мораны, крепко его обняла. Злыдень подери, да она же думала, что его потеряла, потом снова обрела — так неужели нельзя потратить пару секунд на то, чтобы показать ему свои чувства! И строгий почтарь, не забывая при этом внимательно следить за Марой, тоже обнял девочку и прижал к себе.

— Хотен, все в порядке! — Олег посмотрел на сотника, который уже вытащил из крепкой доски свое оружие, и поспешил успокоить его.

К чести Хотена, он тут же убрал меч в ножны, хотя на Мару при этом посмотрел недвусмысленно — как на любую навью тварь, с которой нужно держать ухо востро.

— Я слышал ваш разговор, — сказал он. — Не буду мешать, но знай, Олег, что я с тобой и всегда наготове.

— Спасибо, Хотен, — почтарь искренне поблагодарил сотника и мягко отстранил Настю, посмотрев ей в глаза. — Рассказывай. Что она имеет в виду?

Мара, вздохнув, одним движением оказалась на гостевом диване в кабинете сотника, расположилась на нем, скрестив ноги и прищурившись, и принялась наблюдать за своими недавними противниками.

— Да как же! — Настя тем временем округлила глаза, отходя в центр комнаты и обильно жестикулируя. — Владимировичи — это же потомки того самого князя, который пошел против Ярополка! Того самого, что решил изгнать старых богов и заменить их одним новым, которому поклоняются латиняне!

— Князь Владимир? — неожиданно оживился Хотен. — Тот самый, что поначалу был ярым сторонником этих самых богов и даже хотел возвести капища прямо в центре столицы?

— Да! — с жаром воскликнула Настя, повернувшись к нему. — Вот только так было в самом начале, а потом он решил захватить власть, убив родного брата и заняв вместо него престол! И потом уже приняться за богов! Он многих тогда привлек на свою сторону, даже… — тут девочка смутилась и покраснела, а потом мысленно махнула рукой, понимая, что постоянно стесняться истории своей семьи она не сможет. Да и не должна. — Как ты понимаешь, род Маловых был обижен на Рюриковичей в то время, и наши предки тоже хотели присоединиться к Владимиру. Были даже споры внутри семьи… Часть была за, часть против, но в итоге все решил голос первого деда. Он сказал, что не уберег своего сына Мала, и не даст своим потомкам еще раз нарушить данную князю клятву верности. В итоге мы остались в стороне, Владимир же был разбит Ярополком при помощи Олега и других братьев.

— А что потом? — мягко спросил почтарь, понимая, что Насте не так уж и просто обсуждать эту историю, оказавшуюся такой похожей на историю семьи самой девочки.

— Владимира и других судили, — голос маленькой ведуньи дрогнул. — Его заставили отречься от княжеского рода и отправили в ссылку.

«Ну вот, — подумал Олег. — Отречься от рода — это фактически и есть то самое уничтожение под корень, о котором я думал. Нельзя использовать семейную силу, невозможно завести наследников… Наверно, даже смерть была бы милосерднее. Впрочем, судя по всему, тот Владимир смог найти выход, раз один из его потомков, которого по идее и быть не должно, сейчас устраивает нам такие неприятности».

— Отец как-то рассказывал, — продолжала тем временем Настя, — что он поступил на службу к хану, но, возможно, это просто были слухи. В любом случае Владимира лишили всего… Неудивительно, что продолжатель его рода теперь так жаждет мести.

— За грехи отцов страдают дети, — подала с дивана голос Мара. — И дети же мстят за грехи своих отцов! Везде так. И в Нави тоже.

— Значит, это далекий потомок опального Владимира, — спокойно проговорил почтарь, верно оценив намек дочери Мораны. — Раз есть потомок, выходит, как минимум один из наложенных на него запретов он каким-то образом сумел обойти. — Что ж, если ты права, Мара…

— Я права, — перебила его дочь Мораны. — И заодно — мне нет никакого смысла лгать тебе. Я так же, как и ты, жажду его смерти и отмщения.

— Ну, насчет смерти я бы пока приостановил рассуждения… — осторожно вступил в разговор сотник, но скорее машинально по требованию своей должности. Все-таки приговаривать кого-то к смерти без суда и следствия не приветствовалось даже здесь, в Приграничье.

— Успокойся, воин, весь этот род давно приговорен к смерти, так что твой закон не пострадает, — Мара улыбнулась, обнажив свои ослепительно белые зубы, которые прямо в процессе неожиданно заострились, превратив лицо красивой девушки в пугающую маску.

— Остается еще одна странность, — тем временем почтарь, нахмурившись, продолжал свои рассуждения. — Если Владимир лишился права занимать княжеский престол, а вместе с этим и силы князя, то как бы он смог так легко путешествовать по Нави? Знаете, мне кажется, что он каким-то образом сумел обойти и это правило тоже. Смог вернуть хотя бы часть былой силы, и именно она помогла ему так продвинуться на его пути.

— Именно так… Олег, — Мара впервые назвала почтаря по имени, словно бы пробуя его на вкус. Даже рот приоткрыла и причмокнула, как делают, оценивая новый деликатес. — Хочешь, расскажу, как он это сделал?

— Хочу, — быстро кивнул Олег. Он заранее предчувствовал что-то темное и неприятное в этой истории, но в то же время ему хотелось и понять своего врага, того, кто уничтожил его семью, того, кого он в ответ теперь должен будет убить.

— Владимира действительно отпустили, забрав всю силу, и он действительно нашел способ обойти ритуал, — начала свой рассказ Мара. — Сначала он нашел себе союзников, ундин-людоедов Северного моря. Обычный человек не смог бы подарить ему сына, но вот нечисть, что в свое время была изгнана за пределы Нави, не попадала под людские законы.

— Так он продолжил род, — Олег попытался подумать, был бы он готов пойти на что-то такое ради мести, и не смог найти окончательного ответа. — А как он снял блок с силы?

— Он не снял его до конца, и, поверь, это лишь еще больше подпитывало ненависть каждого из его потомков. Но он нашел решение, — глаза Мары снова стали чернеть. — Один отец и один сын — всегда. Вдвоем они не давали силе рода в своих генах растечься по разным ветвям и ослабнуть. Они ждали своего часа, и вот однажды один из потомков смог впервые призвать отголосок былой мощи.

— Но разве столь малой силы могло хватить на что-то? — уточнила Настя, когда Мара замолчала.

— Ты забыла, как Хотен пытался убить нашу гостью и что она сказала в этот момент, — Олег ответил вместо Мары. — Договор уравнивает силу князя и Навь. Всегда. Так что даже малой доли силы князя было достаточно, чтобы остановить хоть самое сильное существо или даже движение стихий в мире мертвых.

— Да, все так, — согласно кивнула Мара, снова задержав взгляд на почтаре и проверяя его эмоции. Холод, уверенность в себе и как будто совершенно лишняя в таком человеке маленькая яркая искорка.

— Он убивал созданий Нави и становился сильнее? — теперь уже Настя задала вопрос, опять невольно сравнив себя с этим наследником другого проклятого всеми рода.

— Нет, — на этот раз Мара покачала головой. — Смерти были бы замечены, а он не хотел привлекать к себе внимания. Так что он никого не трогал, но при этом залезал в самые глубины Нави в поисках редчайших артефактов из забытых легенд. Так что если сейчас какой-нибудь колдун или ведун сможет посмотреть на него, пробившись через отводящий взгляд полог, то увидит человека, украшенного как праздничное дерево. И это не считая еще немного увеличившейся возрождаемой им силы князя.

— Тот Владимирович, что смог ходить в Навь, это он к тебе в итоге пришел? — уточнил Олег. — Или…

— Его много раз правнук… — вздохнула Мара. — Они все это время копили силу, готовились и вот двадцать лет назад начали действовать.

— Откуда ты все это знаешь? — маленькая ведунья снова решилась влезть в разговор.

— В этом нет ничего удивительного, девочка, — усмехнулась Мара, а ее долгий глубокий взгляд вновь напомнил о том, что внешность девушки совершенно не отражает ее возраст и жизненный опыт. — Я два десятка лет не могла попасть домой, скрываясь от людей и от Нави. И потому у меня было достаточно времени, чтобы изучить своего врага. Я читала книги, слушала разговоры людей. Некоторые, не буду скрывать, рассказывали мне важные детали перед смертью… Забавно, а ведь ты, Олег, меня ни капли не осуждаешь.