Сергей Савинов – Маска из другого мира (страница 9)

— Живьем брать демонов! — заорал я, цитируя безымянного персонажа из советской комедии «Иван Васильевич меняет профессию». — Зеленою весной под старою сосной!..

Не знаю, зачем я вдобавок затянул песню, но мне это придало сил, и я с бердышом наперевес прыгнул со сцены, подскочил к рядам кресел и, не особо прицелившись, с размахом тяпнул хутхэна по башке. Честно говоря, я думал, что сейчас послышится глухой стук — трудно ожидать от театрального реквизита чего–то большего, но я хотя бы оглушить монстра смогу. И каково же было мое удивление, когда череп твари хрустнул, а сама она как–то противно и жалобно пискнула.

— Молодец, Мишка! — обрадованно закричал Костик. — Давай его! Добивай!

В запале я размахнулся, но на этот раз не попал. Бердыш со свистом пролетел мимо окровавленного, но вполне бодрого хутхэна, и воткнулся в спинку одного из кресел. Воткнулся! Да так, что застрял, и я не сразу его вытащил! Это что, преобразование действительно работает? Вот так? Да это же круто! А я еще над ребятами с их топором и мечом смеялся. Но если я не могу его использовать в полную силу, а только на малую часть, получается, у меня все равно не совсем настоящий бердыш?

К хутхэнам сомнения! Деревяшки он рубить может и черепушки монстров, значит, этого уже достаточно! Издав какой–то неправдоподобный боевой клич, я размахнулся и сшиб резво скачущую тварь с кресел. Наш противник вякнул и рухнул между рядами, а Костик с неожиданной ловкостью бросился туда рыбкой, и в следующую секунду раздался противный мокрый хруст. Я было решил, что с хутхэном покончено, но тут наш красавец–брюнет с криком неожиданно подлетел вверх и больно ударился спиной о ряд кресел. Элечка взвизгнула, но не от страха, а как–то даже яростно, и в этот момент в сопровождении треска ломающейся мебели прямо на меня выскочил весь залитый темно–красной кровью монстр. С диким воем он сшиб меня с ног, я упал, прикрыв голову руками, чтобы не получить сотрясение, и вздрогнул от оглушительного звука выстрела. Стоп, что еще за стрельба?

Осторожно, чтобы ненароком не схватить пулю, я выглянул из–за чудом оставшихся целыми кресел и увидел в дверях малого зала Артемия Викторовича. Он стоял, держа в вытянутой руке дымящийся пистолет, и смотрел прямо перед собой. Я невольно проследил за направлением его взгляда и наткнулся на валяющегося на полу хутхэна. Его лапы разбросало в разные стороны, будто он перед гибелью полз по–пластунски, а голова была вывернута под неестественным углом. В затылке мини–демона зияла огромная рваная рана, из которой толчками выплескивалась густая кровь, пополняя огромную лужу на полу…

— Нет ничего надежней «Маузера», — с улыбкой проговорил режиссер и убрал пистолет в кобуру за поясом, прикрыв его полой пиджака. — По крайней мере, здесь на Земле. В своем–то мире им на них почти плевать.

Я беспомощно посмотрел на свой почти настоящий бердыш, на оружие Элечки с Костиком, потом перевел взгляд на Артемия Викторовича.

— У меня есть официальное разрешение на оружие, Миша, если ты об этом, — ответил он на мой невысказанный вопрос. — Но именно это, к слову, тоже призванное — в основном мой пистолет представляет собой обычную качественную игрушку. И только после преобразования становится смертоносным.

— Но?.. — начал было я, однако главреж по своему обыкновению выставил вперед руку с поднятой ладонью и прервал меня.

— В том мире, Михаил, — пустился он в объяснения, — почти не действует оружие отсюда. Как и наоборот — поэтому я говорил тебе о древней крови, что способна запустить механизмы по ту сторону портала. Мы не знаем до конца, в чем дело, просто принимаем это как факт… Против хутхэнов можно сражаться только оружием призванным, а для этого необходима модель. Хоть простейшая, пусть даже детский деревянный меч. Дальше же вступает в силу преобразование. Конечно, будь у каждого из нас полная маска…

Режиссер мечтательно прикрыл глаза.

— И как же действует преобразование с полной маской? — поинтересовался я.

— С полной маской нам не нужны образцы, — улыбнулся режиссер. — Достаточно лишь представить оружие, и сила маски воплотит его. Более того, ходят слухи, что настоящие мастера создавали себе даже защитные доспехи. Но из–за того, что почти никаких текстов или инструкций по оружию не осталось, мы не можем это проверить.

— Кстати, Артемий Викторович, — из–за постоянных скачков событий я все никак не мог прийти в себя, а потому только при слове «инструкция» вспомнил о бумажке в моем кармане. — Это, конечно, не советы по изготовлению доспехов, но вдруг пригодится.

С этими словами я протянул главрежу схему работы с антисценой, что досталась мне вместе с маской. Не вижу смысла оставлять ее у себя и уже тем более скрывать. Мне самому она не нужна, а вот Иванов явно найдет ей применение.

— Стандартная справка, — Артемий Викторович, прищурившись, взглянул на листок и почему–то помрачнел. — Ты ее там же нашел?

— Ага, — я смущенно кивнул и хотел было извиниться, но главреж покачал головой.

— Нашел и отдал мне, — сказал он, вернув на лицо слабую улыбку. — Все правильно сделал. Как инструкция эта бумажка особой ценности не представляет, но с исторической точки зрения… Ей лет двести, никак не меньше. Сохраним для будущих музейных фондов.

Он бережно сложил листочек и аккуратно сунул себе в карман. И в этот момент Костик вынырнул из–за сидений с торжествующим видом.

— Ха! — Наш брюнет что–то держал в вытянутой руке, но оно было настолько маленьким, что мне было не разобрать. — Кусочек маски Капитана! Процента два на вид. Артемий Викторович, взгляните!

Главреж отвлекся от меня и повернулся к Костику, который живо подскочил к нему и протянул руку с кусочком маски. Артемий Викторович бережно принял трофей и принялся внимательно его разглядывать.

«Ничего себе! — подумал я. — В этом театре что, старинные записи и куски древних масок как мусор валяются?»

— Из нашего хутхэна выпал, — поняв мое замешательство, пояснил Костик. — Они, когда маски распылили, поглотили их частички, и теперь после каждой драки с этими тварями можно найти уцелевшие кусочки. Странно только, что Капитан из такой мелочи вывалился. Повезло, наверное.

Слушая Костика, я вспомнил, что Артемий Викторович уже мне об этом рассказывал. О сожранных предках, о кристаллизующихся, как жемчужины, масках в желудках хутхэнов… Вот только поверить в подобные вещи мне до сих пор очень и очень непросто, так что неудивительно, что все вылетело из головы.

— Более чем повезло, Сильвио, — тем временем режиссер закивал с самым серьезным видом. — За один день мы обрели Труффальдино, нашли старинную… гм… инструкцию и получили в виде кусочка маски Капитана очередной козырь для разговора с Гонгадзе… Ребята, вы молодцы! Приберитесь тут, а чуть позже поговорим.

Артемий Викторович уверенными шагами вышел из малого зала, а я, услышав знакомую фамилию, в очередной раз удивился. Гонгадзе, которого упомянул наш режиссер — это же директор ТЮЗа, он–то тут при чем? Или глава конкурирующего театра тоже обладатель маски? Если так, то в маленькой Твери подобралась теплая компания!

— Миша, иди сюда, — лицо Элечки, когда она меня вырвала из размышлений, было серьезным и сосредоточенным. — Помоги его отсюда убрать. Костик, а ты принеси какую–нибудь тряпку.

— Какую? — тем временем брюнет беспомощно закрутился в поисках чего–то такого, что можно было без жалости использовать для утилизации следов битвы.

— Да вон хотя бы ту дерюгу! — Элечка ткнула изящным пальчиком в какое–то пыльного вида покрывало.

Костик быстрыми шагами подошел к тряпке, брезгливо схватил ее, отмахнувшись от пыли, и принес к лежащему трупу хутхэна. Я осторожно подошел поближе и посмотрел на пол. Демон по–прежнему лежал темной кучей с закатившимися глазами, но теперь еще и вонял. Да–да, именно так — из открытых ран тянуло такой острой вонью, что протухшие яйца мне в тот момент могли показаться прекрасными благовониями.

— Фу-у! — скривилась Элечка и зажала носик рукой. — Костик, накрывай!

Брюнет, отдуваясь и пуча глаза, накинул покрывало на труп демона и со страдальческим выражением лица принялся заворачивать его в куль. Хорошо еще, что хутхэн был довольно маленького размера, и закрутить его удалось настолько тщательно, что ни черная кровь, ни отвратительный запах не пробивались через плотную тряпку.

— И куда его теперь? — спросил я, получив в ответ два удивленных взгляда.

— Швырнем в подсобку, — пожала плечами девушка. — Хутхэны довольно быстро растворяются без следа, особенно на воздухе. Просто воняет жутко, и оставлять его просто так нельзя. Вот и завернули для этого.

— Растворяются, значит, — кивнул я. — А ты часто сталкиваешься с хутхэнами? Мы же только недавно переехали в здание с антисценой!

Костик с Элечкой переглянулись, причем лица обоих, как мне показалось, выражали снисходительное понимание. Да нет, все же только показалось — по привычке. Ко мне действительно стали относиться по–другому, и сейчас, было видно, собирались все рассказать.

— То, что наш театр долгое время не был мостиком между мирами, не значит, что труппа не участвовала в походах на ту сторону, — принялась рассказывать Элечка. — Каждый обладатель маски на счету, и ты, Миша, наверняка об этом знаешь. А потому мы можем участвовать в рейдах других команд… за деньги. Кланы без порталов, каким был наш до недавнего времени, имеют на это право по договору между носителями масок. И всем в итоге хорошо: ты за свои услуги получаешь живые деньги, а тот, кто тебя нанимает — подготовленного бойца, который может внести вклад в общее дело. ТЮЗ никуда не переезжал из своего старого здания, где есть рабочая антисцена, и Иванов часто выбивал рейды на ту сторону для нашего клана…