Сергей Савинов – Король башни (страница 11)
Не знаю, как часто у других бывают срывы, у меня же в тот момент случился именно он. Иначе не могу представить ни одной причины, почему я тогда сделал то, что сделал. Взял и отпустил все свои алтари: отказался от Зла, Обмана, Смерти… Всех своих темных стихий, неважно из какого времени они пришли, и где и как я их получил. Отпустил их, чтобы начать все сначала, без висящих за спиной обязательств и долгов.
И вот тогда случилось странное. Стихии отделились от меня, но не улетели и не исчезли. Они зависли вокруг моего тела, как будто планеты вокруг солнца, а потом начали медленно крутиться. Несколько мгновений я завороженно смотрел на этот незамысловатый хоровод, а потом, отказавшись от глупых идей, потянулся к отпущенным в свободное плавание алтарям. И те снова вернулись ко мне, неспешно втянувшись куда-то в районе груди. С одной стороны, это было красивое, но бесполезное действо, апогей накрывшей меня в тот момент боли, но с другой… Я узнал, что мои стихии не так-то и горят желанием меня покидать, и это открывало интересные возможности.
Не на каждый день. Пока я не пойму, почему это работает именно так, злоупотреблять подобной способностью я не буду. Но в самые важные моменты вроде сражения с первым королем воронов, когда других шансов хоть как-то навредить этой совершенной машине Смерти – почему бы и нет!
И я снова отпустил свои стихии, и они опять не исчезли, а начали кружиться вокруг меня. Время как будто замедлилось. Мне показалось, что в воздухе откуда-то появился перезвон колокольчиков. Замерли все вороны, зашевелил губами, выговаривая что-то ругательное, Самайн. Шелли и Дайя, наоборот, пискнули что-то восторженное. Кафра нахмурилась, словно пытаясь узнать когда-то давно виденный прием. Меч первого короля начал наливаться силой еще больше, чем раньше – тот, видимо, почувствовав что-то неладное, решил последовать примеру бывшего ученика Атона и взять меня голой силой. Зря.
Вокруг меня, словно огненные письмена, начерченные жирной черной краской, горели знаки.
Все правильно, я же только что отказался от своих алтарей, а значит… Я поднял руку, и маленькие звездочки стихий втянулись в нее, ускользая из-под удара королевского клинка, который как раз понесся в нашу сторону.
Вот так вот просто. Благодаря тому, что мои силы отказались меня покидать, я смог повторить свой прием из будущего-прошлого. Конечно, о том, чтобы, как там, превзойти все остальные стихии мироздания и получить возможность менять саму реальность, и речи не шло. Но я смог стать значительно сильнее. В разы выросла физическая мощь тела. Впрочем, это была такая мелочь, всего лишь невольное следствие временного развития моих стихий. Четырнадцать алтарей, что почти стали частью меня, четырнадцать искр, четырнадцать раз по десять процентов усиления для сильнейших стихий, которые расширили мои горизонты и которые я слил в силу духов, увеличивая количество доступных мне Шагов.
Четыре постоянных плюс временный бонус, итого восемнадцать! Да, в таком виде они не давали мне понимания, что собой представляют Кровавые поля, да, они не давали ничего нового. Никаких приемов и способностей. Но их сила пылала во мне и рвалась наружу. И тогда я вытянул руку и позвал частицы Смерти из водопада вокруг, чтобы они сложились в черный клинок у меня прямо в руке. И на него я принял удар первого короля.
Как же быстро порой все меняется и как медленно при этом тянется время.
– Чтоб тебя! – до меня донеслись чьи-то ругательства, кажется, Самайна, когда буря от столкновения нашей воли ударила во все стороны.
– Кот! – закричали Шелли и Дайя, когда сошлись наши клинки, и от мощи высвободившихся стихий их впечатало в стены. И это даже с учетом поставленного Кафрой занавеса Смерти.
– Ты… – глаза первого короля уставились прямо на меня, потом его меч треснул, а мой, продолжая движение, снес голову древнего духа с пронзительными голубыми глазами. Почему-то это стало заметно только сейчас.
Меня всего трясло, кости и мышцы ходили ходуном, казалось, что один неловкий шаг, и я просто рухну, так тяжело оказалось сдержать прошедшую сквозь меня мощь стихий. И еще тяжелее стало без нее, когда искры угасли, и отведенные мирозданием десять секунд подошли к концу.
– Это было… впечатляюще! – Самайн не сразу нашел нужные слова.
Сестры что-то пискнули, а вороны – и те, что принадлежали Смерти, и те, в которых горела безумная Жизнь – смотрели на меня расширившимися совиными глазами. Впрочем, я быстро понял, что это так проявилось удивление Кафры. Сама она осталась холодной и безучастной, но вот за силой башни, которой удерживала воинов другой стихии, не уследила.
– Кажется, я победил, – стены Смерти вокруг меня опали, и я снова столкнулся взглядом с хозяйкой башни.
Вот сейчас мы и проверим, правильно ли я поступил, потратив свой небольшой секрет на шанс заполучить силу целого клана Смерти.
– Грязно играешь, – хозяйка башни смерила меня взглядом. – Но я так давно не видела искры стихий, что не буду сильно возражать. Пусть это станет началом эпохи новой большой войны. Итак, выбери своего зверя…
На мгновение в воздухе повисла пауза, я почему-то ожидал продолжения борьбы, игры словами, попыток увести разговор в сторону, но, кажется, стихия Смерти сделала Кафру более прямолинейной, чем можно было ожидать. Что, впрочем, очень естественно для такой силы. Это жизнь бывает разной, а смерть – она всегда одна. Либо есть, либо нет.
– Кот, – ответ, кого выбрать в качестве тотемного образа для своего клана духов, родился сам собой. – Дикий кот.
– Хорошо, – кивнула Кафра, но потом ее глаза нехорошо так блеснули. Тоже правильно, сюрпризы смерть умеет подбрасывать как никто другой. Я ждал продолжения, и оно не замедлило последовать. – Только не дикий кот. Ты, как я и сказала, играешь грязно, так пусть это станет вечным символом твоей силы.
И едва она замолчала, едва палец пробежался по горбинке носа, словно поправляя несуществующие очки, в тот же миг всю башню словно пронзило звуком невидимого горна. С вековых стен посыпалась пыль, а живущие на верхних этажах вороны, которые уже почувствовали движение огромных сил где-то внизу, но еще не поняли, что это такое, встревоженно загалдели.
– Что ж, вот ты и добился того, за чем пришел, – Кафра продолжала внимательно смотреть на меня. – Спасение пленника было лишь способом. Сила – определяет все. Выбор, достойный настоящего короля.
Она говорила, а я, с одной стороны, чувствовал искренность в каждом слове – она действительно одобряла мой выбор. Но с другой, когда все это прозвучало вслух, внутри меня родился протест. Собирая сторонников, я всегда преследовал свои цели, но в то же время, чтобы выжать из них максимум, всегда был готов встать и сражаться рядом с ними или за них. Был… Сейчас же я словно вживую увидел изменения, что творились со мной после смерти Санни. Я и раньше знал, что они есть, но просто не получалось осознать, насколько они велики.
Что ж, тем проще будет решить, что делать дальше. Клан я создал, набирать мертвецов для его пополнения я точно буду не здесь. А значит, самое время…
– Эй, – я позвал Коракса и Лауру, – когда мы закончили с этими играми в испытание, может, теперь вы покажете, где держат вашего лейтенанта?
– Но ведь сейчас вся башня гудит, король и генералы наверняка уже возвращаются – нам не дойти до него без боя, – удивленно уставился на меня черный ворон.
– И зачем тебе Кери-Дон? Зачем тебе вообще левое крыло ворона, когда у тебя появился собственный полноценный клан? – выпалила девушка.
– Потому что могу, – ответил я ей, а потом посмотрел на Коракса и иронично поднял бровь. Неужели после сражения с первым королем он думает, будто меня кто-то сможет остановить? Вернее, сможет. Точно сможет, учитывая, что я еще не оправился. Но я знаю, как этого не допустить.
Всего еще одна небольшая хитрость. Пора грязным котам начинать зарабатывать себе славу под солнцем Кровавых полей.
Варус и Тинги, еще два старших воина-ворона левого крыла, переглянулись. Они не верили в план Кери-Дона, они отказались в нем участвовать. Но сегодня все пошло именно так, как когда-то тот и говорил. Вернее, началось все уже давно, но поняли они это только сейчас.
– Думаешь, этот взрыв основания башни Голубой собаки был отвлекающим маневром? – тихо спросил белоперый Варус, наклонившись к невысокому рыжему Тинги.
Тот быстро оглянулся, но остальные духи головы клана ворона, к которой их прикрепили в качестве наказания, понизив до рядовых, были заняты своими делами. Слушали потоки Смерти, использовали Шаги на всю доступную им мощь, чтобы как можно глубже зарыться в истинную суть мира Кровавых полей… И их можно было понять: впервые за тысячи лет твари Вечных равнин показали себя. Генерал Горн рассказал об этом, получив первые доклады от адъютантов левой лапы клана Барсука. Именно поэтому, решив, что именно на их территории твари устроят прорыв, те и запросили помощи.