Сергей Савинов – Душа Короля 4 (страница 43)

Обезьян сжал кулаки, а потом развернулся на месте. Сегодня он пропустит учебу. Во-первых, нужно вернуться в Схиллы и отменить свой заказ на эту парочку. Тратить десять тысяч, которые скоро могут очень пригодиться, на то, что точно не сработает – больше он не будет допускать подобных ошибок. А во-вторых, ему нужно предупредить семью. Кацу знал, что очень многим золото людей застит взор, а значит, его родные в большой опасности. Лучше уйти куда-нибудь в дикие территории и переждать.

«Теперь я понимаю, что имел в виду дед, когда говорил, что люди как пожар. На них смешно смотреть со стороны, это даже красиво, когда они разбираются с другими. Но стоит встать у них на пути, и никому не поздоровится. Вот только пожары недолговечны. А значит, мне надо будет просто переждать. В этом сила уже нашего рода. Мы умеем не спешить. И пусть пожар хоть тысячи раз сжигает лес, мы будем снова и снова его сажать, строя свой мир…»

Кацу почувствовал, как сила внутри него закипела. Он только что сделал важное открытие, которое помогло лучше понять силу обезьян, и сразу несколько путей пробили закрывавшие их раньше тупики.

– Задница мартышки! – выругался Кацу, никак не ожидавший ничего подобного. – И что, мне теперь после всего еще и спасибо им сказать надо будет?

Никто ему не ответил. Рядом было пусто, а братья, о которых он думал, в этот момент как раз добрались до кухни и уплетали свои честно заслуженные пироги.

Глава 23

– Большое спасибо вам, – Денис еще раз в пояс поклонился толстому обезьяну, который отвечал за питание в Академии. – Не знаю, как вы это делаете, но ваши пироги просто божественные!

– Не представляю, каких высот вы достигнете, когда станете бабушкой. В смысле дедушкой, – чавкая, добавил Илюха.

Денис тут же бросил взгляд на обезьяна, но тот не обиделся. Кажется, и у них именно бабушкины пироги ценились больше всего. И это было удивительно приятно. Парню почему-то очень нравилось, когда у людей находилось что-то общее с другими расами. Даже с обезьянами, несмотря на все, что успело встать между потомками двух Великих королей в прошлые эпохи.

– Кажется, нам пора, – Денис посмотрел на часы.

– Всегда буду рад видеть вас снова, – толстяк-повар только добродушно улыбнулся в ответ.

Вообще, нахождение учеников в служебных помещениях Академии не приветствовалось. Главный безопасник Роги Пирс и вовсе категорически это запрещал. Но после недавнего похищения ему стало совсем не до таких мелочей, а старый повар любил детей. Любых – они напоминали ему внуков, которых он когда-то давно потерял. А ученики-обезьяны слишком уважали правила, чтобы он мог угостить и их. Ну, разве что кроме профессора Ци-Фу, которого точно нельзя было назвать ребенком.

«И да, я уже дедушка», – мысленно добавил он на прощание.

Люди убежали, а повар еще долго смотрел им вслед. Ходили слухи, что эти двое, несмотря на довольно безбашенный характер, считаются лучшими на своем курсе. Скорее всего, они получат место на корабле ректора, когда тот соберется в Великий провал. Повар почесал подбородок. Может быть, вот он знак, которого он так долго ждал?

Денис с Илюхой не опоздали. Платформа с учениками, конечно, улетела без них, но они уже знали, что к чему, и смогли догнать ее на личных кафедрах. Так было даже удобнее. Не пришлось терпеть выкрутасы с сальто и переворотами, которых при обычном путешествии было не избежать. А еще братья причалили к переднему краю общей платформы и, ловко отодвинув пару последователей Дарса Хаусса, заняли место прямо у перил.

– Братан, как думаешь, это будет нормально? – игнорируя недовольное ворчание, поднявшееся вокруг них, Илюха показал Денису небольшой мешочек с пирожками.

– Хочешь поделиться с Ци-Фу? – понял тот.

– Это не будет казаться, что я подлизываюсь? – было видно, что Илюха пока еще сомневается.

– Плевать, что думают остальные, – Денис начал с самого главного. – Тут гораздо важнее то, что вы оба искренне любите пирожки. А помочь своему собрату по еде никогда не будет считаться подлизыванием.

– Точно, это просто долг настоящего мужика! – Илюха решительно кивнул, а потом прицелился и одним ловким движением закинул мешочек на только-только показавшуюся из-за угла кафедру Ци-Фу.

– Минус один балл за попытку подкупа профессора, – обезьян молниеносно среагировал на пирожки. – Плюс один балл за понимание истинной красоты.

Среди учеников пронесся удивленный вздох. От такой личности, как Ци-Фу, даже просто компенсация минуса за нарушение правил – это было что-то выходящее за рамки. Денис неожиданно обнаружил, что некоторые одноклассники начали смотреть на них с братом с большим уважением, чем даже после сражения с проклятым стражем.

Тем временем кафедра со старым обезьяном долетела до его места перед всем курсом.

– Сегодня мы с вами поговорим о дне памяти Двенадцатого, он же день Прощения, – Ци-Фу обвел взглядом внимательно следящих за ним учеников. – Кто мне расскажет, откуда пошли эти названия?

– День Прощения – это официальное название, которое ввел совет Сотни семей Схилл две эпохи назад… – Маюки затараторила, стоило взгляду профессора задержаться на ней буквально на мгновение.

Денис с улыбкой посмотрел на свою старую знакомую. А ведь у них было почти свидание, если, конечно, можно считать свиданием встречу, когда через пять секунд после того, как вы сели за стол, ты понимаешь, что вас хотят убить. Маюки выглядела немного уставшей, но в каждом ее слове скользила такая уверенность в себе… Денис понял, что чем бы ни занималась девушка все это время, она точно достигла результата. И это было хорошо.

Маюки тем временем рассказала, как был введен термин «прощение» и как в народе все равно сохранилось старое название, связанное с памятью о тех событиях.

– Почему высокие кланы захотели, чтобы этот праздник ассоциировался именно с прощением? – Ци-Фу решил, что рассказ нужно направить в нужную сторону. Он мог бы спросить уже кого-то другого, но, почувствовав, что Маюки действительно разбирается в этом вопросе, дал ей шанс самой нащупать новые для себя выводы.

– Умение прощать – это хорошее чувство. Оно показывает силу того, кто на это способен. Подчеркивает величие и глубину его души. Мы не просто помним о двенадцатом сыне Великого короля, мы помним, как после его смерти наш народ смог остановить бойню, в которую готовы были погрузиться все наши миры.

Денис слушал Маюки и невольно в этот момент думал о недавних словах кота. «Если бы они могли уничтожить нас, они бы обязательно это сделали…»

– А еще красивые слова хорошо маскируют слабость, – парень не удержался и включился в разговор под довольную улыбку Ци-Фу. Тот всегда любил, когда на его уроках не просто слушали, а еще и ломали копья своих мыслей. Сталкивали друг с другом оценки и идеи.

– Ты хочешь сказать, что потомки Великого короля обезьян были слабы и не справились бы с теми, кто лишь с помощью предательства смог убить всего одного из наших лидеров? – Маюки тут же повернулась к Денису. Она уважала человека, но сейчас, по мнению девушки, он полез туда, куда не следовало. Некоторые свои преступления надо просто признать и постараться искупить. Всей своей жизнью, всей своей волей.

– Не надо приписывать мне то, что я не говорил, – Денис понял, что их ждет долгий спор, и постарался обозначить его правила на будущее. Эмоциональный пересказ чужих слов в своем ключе – это прием, не имеющий никакого практического смысла, но зато сильный. И поэтому стоило позаботиться о том, чтобы Маюки им не злоупотребляла. – Что же касается той истории, я просто хотел бы обозначить несколько противоречий, которые меня смущают. Скорее даже просто вопросов. Если ты сможешь мне на них ответить, то я с радостью приму твою сторону и признаю свою неправоту.

Когда братья однажды столкнулись с Ци-Фу на кухне, тот посоветовал им пару книг. Об истории, о том, как вести споры, и сейчас Денис опирался в том числе и на этот опыт.

– Я тебя слушаю, – Маюки могла бы проигнорировать слова человека. И она бы так и сделала, если бы ее целью было победить в споре. Но девушка знала, что Ци-Фу этого не позволит. Профессор следил, чтобы ученики на его уроках не только мерились знаниями и эго, но еще и искали истину. И, обратившись к этой главной цели, Денис поставил ее в безвыходное поражение.

«Было сыграно красиво, – подумала Маюки, буравя Дениса взором. – Но не стоит думать, что я не смогу ответить тебе, какие бы хитрые каверзы ты ни выдумал. Можно играть словами сколько угодно, истина при этом все равно будет только одна».

– Вот и прекрасно, – Денис искренне улыбнулся. Уроки Ци-Фу нравились парню в том числе и тем, что там можно было спорить. По-настоящему, так, как никогда бы не получилось без строгого профессора, следящего за тем, чтобы ученики не отходили от главного. – Тогда вот те самые противоречия. Вопросы, которые, как мне кажется, мы не учитываем. Первое: а могли ли обезьяны уничтожить людей в то время? Второе: что бы случилось после этого и кому бы это могло не понравиться? Третье: почему мы рассматриваем столкновение наших предков в вакууме? Тогда вокруг точно было множество других сил, и они так или иначе точно влияли на происходящее.

– И это все, что пришло тебе в голову? – Маюки с трудом удержалась от того, чтобы не расхохотаться. – Могли ли обезьяны уничтожить людей? А что бы нас остановило? Духи оружия еще не вошли в силу, слишком велика была в них боль от смерти вашего короля. Мы выиграли все битвы до того дня и выиграли все после. Некоторые сомневающиеся вроде тебя рассуждают о трех первых этажах, что отделяют каждый мир от общего подземелья. Так вот знай, не обязательно доходить до врага ногами, чтобы его уничтожить. Были исследования, и силы всего шести сыновей Великого короля хватило бы, чтобы за год залить все этажи и ваш мир бесконечным пламенем, которое уничтожило бы вас раз и навсегда.