Сергей Савинков – Штуцер. Пепел надежды (страница 32)
Я уселся в кресло Паука. Откинулся назад и закинул ноги на стол. Нужно постараться и поставить себя на место Паука. Большинство в качестве пароля используют комбинации чисел, но наш почивший друг был не из таких. Его эксцентричная натура больше всего ценила две вещи: деньги и красивых женщин. Значит, паролем может быть имя любимой женщины или что-то такое. В поисках хоть какой-то подсказки я осмотрелся. Над рабочим местом хакера висели десятки старых плакатов и постеров. Полуобнажённые девушки и дорогие автомобили. На столе и вовсе царил форменный хаос. Обёртки от шоколада соседствовали с пустыми банками от энергетика. Несколько карандашей и ручек. Какие-то записи на китайском. Блокнот и парочка дисков с порнухой. Неужели мы ошиблись? Нет, должно же быть что-то. Так. Ну-ка, попробуем. Я попробовал ввести в строку кличку самого хакера. Безрезультатно.
– Штуцер, не знаю, как ты, но я уже начинаю жалеть, что вы его грохнули.
– Если так, то можешь спуститься и спросить у него пароль. Глядишь и ответит.
– Нет, я лучше подожду, когда ты сдашься и признаешь свою полную некомпетентность в подборе пароля.
– Гадюка, если ты не забыла, это не я, а Зиг сбросил нашего азиатского друга с башни.
Девушка нахмурилась.
– Но приказ же был твой.
– А я виноват, что у него оказался такой длинный язык? Да и этот гад наговорил кучу обидных вещей Зигу. Это нанесло непоправимый ущерб его тонкой душевной организации.
Слышавший всё это экс решил мне подыграть. Он как раз возился у дальнего стола. Когда речь зашла про душевные травмы, он шумно высморкался, а затем вытер руку об стену.
– Фу-у, – Гадюка скорчила недовольную гримасу. – Зиг, ты отвратителен.
– Извини, цыпа, но я ничего с этим не могу поделать. Привычка.
– Стоп-стоп. Что ты сейчас сказал?
– Говорю, привычка такая.
– Привычка… Привычка.
Я зашарил по столу в поисках новых подсказок. Наконец, я приподнял мышку, и мой взгляд зацепился за изображение на коврике.
Глава 28
– Ты издеваешься? Я битый час пыталась взломать этот сраный компьютер.
Я пожал плечами и не сдержал довольной улыбки.
– Как видишь, всё это время ответ был у нас под носом. Кто бы мог подумать, что Паук был фанатом старушки Памелы Андерсон?
Гадюка скривилась.
– Фу, это же отвратительно.
– Ну, знаешь, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет.
Раздался шум лифта, мы рванули в стороны и заняли позиции за стойками с аппаратурой. Не сговариваясь, взяли коридор на прицел.
– Штуцер, Гадюка, расслабьтесь, это я.
– Тьфу ты, – я выругался, не сдерживая эмоций.
Мы с облегчением убрали оружие и выбрались из укрытий.
– Зиг, нашёл что-то интересное?
– Всё ништяк, – экс бросил на пол набитый до отказа рюкзак. – Тут патроны и кое-что по мелочи.
– Добытчик ты наш, – Гадюка чмокнула обалдевшего пилота в щёку.
– Кхе-кхе. Стесняюсь спросить, а что это? – я указал на несколько брезентовых сумок на плече у экса.
– Это? Да так, мелочь…
– Зиг…
– Да чего ты пристал? Тут всего лишь приятный бонус.
– Зиг…
– Ну ладно. Я там у них немного поискал и нарыл вот эту прелесть. Зацените, – пилот раскрыл одну из сумок. – 91 % гексогена, 2,26 % вистанекса, 5,31 % диоктилсебацината и 1,5 % жидкой смазки. С-4 собственной персоной. Всё лучшее – детям, хе-хе.
Мы с наёмницей инстинктивно сделали два шага назад.
– Твою мать, Зиг. Только не говори, что хочешь её здесь взорвать.
– А почему бы и нет? Установку, как я понимаю, вы уже отключили, но оборудование-то целёхонькое. Вы ведь понимаете, что, если оставить всё это в рабочем состоянии, жди беды. Кто знает, что с её помощью могут устроить эти узкоглазые? Как говорят в Китае: «Ху…лю лю хули ибу ибу ху…суши». Что в дословном переводе значит: «Грязно-серая лиса шаг за шагом возвращается в общежитие». Не знаю, как вы, а я не хочу дожидаться, пока желторотики явятся сюда, чтобы проверить, всё ли в порядке. Они ведь увидят наши художества и обязательно захотят сделать мне больно. К тому же я же не заставляю тебя с Гадюкой мне помогать. Просто очень уж хочется перед уходом устроить китайцам большой бада-бум. Напомню им про новогодние традиции, хех. Да и вообще, тут у меня личные счёты.
– Зиг, что ты несёшь? Какие могут быть счёты?
– У меня дед погиб под Халкин Голом, – не моргнув глазом соврал наёмник.
– Зиг, а тебя не смущает, что тогда вроде воевали с японцами?
– Да ну тебя, Штуцер, не мешай мне мстить за деда. Тем более для меня азиаты все на одно лицо, и давай в этот раз обойдёмся без твоих нравоучений. А то я им припомню ещё извращённую еду, внедорожники, атипичную пневмонию и прочее дерьмо. Эх, будь у меня чуть больше взрывчатки, я бы смог разрушить эту проклятую башню до самого основания.
– Зиг, ты прям как Александр Македонский. Он ведь приказал разрушить вавилонскую башню, – отпустила шпильку наёмница.
– Нее, цыпа, я не какой-то там Макаронский. Я куда круче, – экс гордо выпятил тощую грудь.
Я едва сдержал рвущийся наружу смех. Заметивший это пилот насупился и обиженно поджал губы.
– Ладно, вы тут милуйтесь, а я пойду прикину хрен к носу.
Наёмник закурил сигару и удалился, насвистывая себе под нос какой-то мотив.
– Как думаешь, сколько ему нужно времени на то, чтобы всё тут заминировать?
Я посмотрел на часы.
– Не беспокойся, любимая, мы успеем отсюда убраться. Судя по рвению и общему настрою, этому психу хватит и пятнадцати минут. Ладно, чёрт с ним, пусть развлекается.
– И то верно, давай лучше соберём наше барахло, – девушка кивнула на разбросанные на столах вещи и снаряжение.
Пока Гадюка перекладывала содержимое рюкзаков и безжалостно выкидывала из них ненужное, я принялся снаряжать опустевшие магазины.
Несколько раз я прерывался и подходил к окну, чтобы оглядеть окрестности.
Зиг, увлечённый своим планом мести всему азиатскому народу, суетливо носился по помещению. Зеленоватая картинка близлежащих кварталов не слишком изменилась. Хоть и ретранслятор уже был отключён, тварей среди развалин было предостаточно.
Пока нам везло. Путь для отступления оставался свободным. Монстры не приближались к башне и держались от неё на расстоянии. Заваленная обломками дорога к лодочной станции была как на ладони, но меня не покидали сомнения в верности собственного плана. Что, если я просчитался, и нам не удастся найти пригодное для плаванья корыто? Что делать тогда? Обходить водохранилище по кругу? Нет, без транспорта и с моим сломанным даром это не лучшая затея. Проще прямо сейчас пустить пулю себе в лоб.
Проклятье, как же мы вляпались с этими камнями. Теперь недостаточно просто принести их Фаберже, нужно умудриться сохранить при этом голову. Интересно, сколько ещё людей охотится за этими камнями?
Как бы там ни было, нужно поторопиться.
– Зиг, как успехи?
– Всё окейно, шеф.
– Тогда забирай оружие и рюкзак и уходим. К нам гости.
Повторять второй раз не пришлось. Мы оставили при себе лишь рейдовые рюкзаки и двинули к лифту. Если дальномер не врёт, группе до башни идти ещё с полкилометра. Даже цифровой зум не позволил мне рассмотреть двигавшихся среди развалин людей. Из-за дождя сложно было рассмотреть детали. Но, судя по уверенности, с которой они двигались, это были бойцы Триады. Другие бы не стали переть напролом к башне через развалины, а просто бы их обошли. Вооружение и общая численность группы тоже была под вопросом.
Пока мы спускались вниз, я лихорадочно соображал, как же нам уйти от прямого столкновения с противником. Будь у меня винтовка с оптикой и заранее подготовленная позиция, я бы перещёлкал их как цыплят, но увы. В руках был лишь ПП, и это накладывало на меня серьёзные ограничения. Противник – не зелёные новички. Их не провести фокусами с пылью. Увидят в тепловизор, и кранты. Можно попытаться проскочить мимо них по самой границе развалин, но чувствую, что не всё тут так просто. Придётся договариваться.
– Зиг, у тебя осталась взрывчатка?
– Нет.
– Плохо, придётся делать все по старинке, – я вытащил из разгрузки одну из гранат и разжал усики.