Сергей Савинков – Экзорцист (страница 41)
- Вы гораздо более хитрый человек, чем я думал. Похитить моего единственного сына, что может быть более глупым, чем это?
- Предлагаю обмен: ваш сын взамен на Халфассу, - сказал я.
- Можете не продолжать, я приду один, - сказал адвокат.
- О месте обмена договоримся позже, - сказал я и выбросил телефон в окно. - Давай к дачному поселку, - сказал я Николаю, там его точно искать не станут, а у меня еще куча дел, надо посетить одно кладбище, - сказал я.
Мы свернули к поселку недалеко от трассы.
- Давай, выходи из машины, - сказал я, открывая дверь и выбираясь наружу.
Парень выбрался на улицу и тут же принялся подпрыгивать, стараясь согреться.
- Ну, хватит, иди к домику, - сказал я, пинком ноги придавая парню ускорение.
- Я смотрю, клиент готов, - усмехнулся один из охранников Зотова, встретивший нас у калитки.
Когда Игорь Геннадьевич предложил мне спрятать похищенного парня здесь, я был немного удивлен. Больше всего домик напоминал пыточную.
Скромная обстановка. Несколько металлических труб, вмурованных в стену.
- Давай, Аркаша, двигай, - сказал Николай и, придавив рыхлого парня к стене, пристегнул его руку наручниками к одной из труб.
- Я замерз! - возмущенно вскрикнул парень, но тут же охнул, прижимая руку к пострадавшему боку.
- На том свете согреешься, ушлепок, - сказал Николай и потер кулак. - Значит так, Володя, охраняешь этого уродца до нашего возвращения, - сказал Николай, указывая на скорчившегося в углу Аркадия.
- Все понял, шеф, - сказал охранник.
- На, держи, чучело, прикройся, - сказал я и кинул парню одеяло с кровати.
- Похоже, здесь и перевалочная база, и карцер, и конспиративная квартира, - сказал я, осматривая помещение.
- Ага, и морозильная камера, - кивнул мне Николай. - Если будут какие-то новости или проблемы – звони, - сказал Николай, пожимая руку охраннику.
- Этого не кормить, и до ветра не выводить, пусть посидит в своем же дерьме, а нагадит - затолкай ему же в глотку, - сказал я охраннику и вышел из помещения.
- Едем в район Агрегатного завода, там я покажу. Лопату и лом взял? - спросил я у охранника.
- Обижаешь, - усмехнулся Николай. - Все барахло давно в багажнике.
Я устало прикрыл глаза и откинулся на сиденье.
- Николай, есть у Игоря Геннадьевича какое-нибудь пустующее помещение, желательно с минимумом окон, но с двумя выходами?
- Да, есть такое, - сказал охранник после минутного раздумья.
- Мне нужно, чтобы обмен заложниками произошел именно там. Плюс, мне будет нужен транспорт, чтобы скрыться, - сказал я. – Да, и деньги на первое время, - добавил я.
- Куда бежать собираешься? Вас же найдут, вон, как они ловко накрыли твою демонессу в заброшенном бомбоубежище. Церковники - это то еще дерьмо, -сказал Николай, выезжая на трассу. Игорь Геннадьевич, конечно, найдет способ их приструнить, но пока они уверены, что ты спер книгу, а значит, тебя попытаются захватить. Тебе нужно перевести стрелки на Оскара Осиповича.
- Я думал над этим, - сказал я охраннику, который, к моему удивлению, оказался не таким уж и тугодумом, как мне показалось в нашу первую встречу.
- Значит, планируешь ковыряться на кладбище? - сказал он, когда до места оставалось еще километра три.
- Да, собираюсь добыть спрятанные там вещи. Кстати, а почему твой шеф отказался от этой затеи? - спросил я у Николая.
Охранник немного смутился, но, все же, ответил.
- Я бы на твоем месте туда не совался.
- Это еще почему?
- Я не особо смыслю в вашей магии и прочей дряни, но малолеткам, которым мы велели проверить ту могилу, кто-то свернул шею, мы туда с девяностых не совались. А раз даже Грузенберг с его церковниками не стал, значит, там небезопасно.
- Ладно, разберемся, - сказал я, наблюдая, как Николай паркует машину недалеко от кладбища.
- Ты учти, я посигналю, если увижу полицию или еще кого-то, ты тогда беги со всех ног оттуда, - сказал он.
- Думаю, полиция сейчас занята трупом того парня, который охранял Грузенберга, - сказал я.
- Может ты и прав, - сказал охранник, пожимая плечами. – Держи, это тебе пригодится, - сказал Николай и протянул мне складной нож.
- Спасибо, - сказал я и убрал нож в нагрудный карман, затем вытащил из багажника лом и поспешно скрылся среди деревьев.
Надеюсь, никому не взбредет наблюдать за кладбищем посреди ночи.
Снег оказался на удивление глубоким и рыхлым. Несколько раз я падал, запнувшись об упавшие надгробия, но, судя по всему, нужная могила должна быть неподалеку. Странно, на одном из надгробий была сложена пирамидка из камней, что меня сначала насторожило. Осмотревшись, я направился в дальний угол кладбища, тут, если мне не изменяет память, и должен храниться тот сундучок. Наконец, я оказался у нужной мне могилы.
Странно, на каменном надгробии и перед могилой снега не было совсем. Я осторожно наклонился и потрогал землю. Похоже, тут именно то самое место, которое я ищу, понял я. Размахнувшись, вогнал лом под край каменной плиты, пытаясь её сдвинуть. Странно, даже не шелохнулась. Налег на лом всем весом, но результат остался прежним. Присел перед надгробием и провел по известняковой плите ладонью.
VERTUNTUR IN SANGUINEM. Надпись вспыхнула и исчезла.
- Пролей кровь, значит, - я хмыкнул и достал из кармана нож.
Чиркнув по руке, я болезненно зашипел и капнул немного крови на надгробие. Звук сдвигающейся каменной плиты заставил меня отпрыгнуть в сторону. Заглянув в темный провал, я увидел ступени. «Как же хорошо иметь ночное зрение», - подумал я, пригибаясь и начиная спускаться в подземелье.
Запаха плесени или разложения я не почувствовал. Посреди выложенного камнем пространства находилось надгробие с какой-то антропоморфной фигурой. Раньше мне доводилось видеть фотографии с надгробиями рыцарей и английских королей, но увиденная фигура больше напоминала грубую поделку, словно из глины.
- quidefilessepulchrummorietur (Осквернивший могилу умрет), - раздался в подземелье зловещий шепот.
За спиной послышался шум закрывающейся плиты.
«Ловушка захлопнулась», - подумал я.
Глава 22
Едва плита закрыла вход, как фигура, лежавшая на каменном саркофаге, начала меняться. Склеп был довольно внушительных размеров. Метров шесть на десять, никак не меньше.
- Мать его, сука, гребаные раввины с их вселенской мудростью, это ж надо было придумать, поставить сторожить могилу голема! - выругался я, заметив серую фигуру хранителя склепа.
Удар ломом не дал результата. Мое единственное оружие увязло, не причинив противнику вреда. Тварь сформировала из своей руки что-то вроде кувалды и отмахнулась от меня, как от назойливой мухи. Получив удар в грудь, я болезненно вскрикнул. Судя по треску, моим ребрам пришлось несладко.
- Ах ты, падаль, ну держись, хохлома не расписанная! - заорал я, бросаясь в атаку.
Несколько раз мне удалось ударить голема по голове, от чего тварь немного замедлилась. В следующий момент голем нанес ответный удар своей рукой-кувалдой. Я снова я отлетел в угол склепа, где болезненно приложился затылком о стену. Будем думать, регенерация не даст мне подохнуть. Если я ничего не путаю, у этой твари во рту должен быть свиток с заклинанием или шем, который заставляет его двигаться и выполнять приказы. Тварь, тяжело ступая, подошла ко мне. Торчащий из головы лом голем попросту игнорировал. Я начал аккуратно отползать от голема, очень сильно желая, чтобы в руке оказался нож. Увы, чуда не произошло. Я судорожно схватился за обрез, и уже хотел было выстрелить в противника, но передумал. Толку стрелять в ожившую глину? Ну, вышибет пару кусков из твари, а смысл?
Тварь склонилась надо мной, а я схватился за край лома и попытался его выдернуть из головы монстра. Голем дернулся и отмахнулся, а я едва не распрощался с зубами.
- Сука! - проорал я и, оттолкнувшись от земли, обхватил монстра за пояс, надеясь припечатать его к саркофагу.
Куда там, голем прочно стоял на ногах, а по моей спине заколотили увесистые кулаки. Выдержав несколько ударов, я попытался приподнять монстра над головой. Безрезультатно. Спина горела огнем, а я вопил от боли, чувствуя, как мои кости хрустят. Голем заключил меня в медвежьи объятия.
Извернувшись, я вбил один из кулаков в голову твари и начал шарить внутри в поисках свитка. Как на зло, моя рука не чувствовала ничего, кроме глины.
- Где этот проклятый свиток? - прошипел я, чувствуя, как меня сдавливают с нечеловеческой силой.
Голем, вероятно, понял мои намерения и перехватил мою руку. Тварь заключила меня в объятия, словно своего лучшего друга.
- Пусти меня, урод, - хрипел я, дрыгая ногами.
Неожиданно голем дернулся, словно получил удар хлыстом. Хватка ослабла, а я, сплевывая на пол кровь, покрепче ухватил появившийся в руке нож.
- На, падаль, получай.
Я полоснул ножом по груди монстра. Глина на месте удара буквально превратилась в черепки и начала осыпаться. Склеп осветил вспыхнувший свет от десятков неизвестных мне символом. Стены, потолок, все было освещено огненными печатями и какими-то надписями. Монстр быстро пришел в себя и ринулся ко мне. Несколько раз я удачно уходил от атак голема, кувыркаясь в ограниченном пространстве. Наконец, от безысходности, я запрыгнул на саркофаг и принялся наносить удары клинком по его крышке. Болезненные стоны, раздавшиеся в склепе, стали музыкой для моих ушей. Голем стал замедляться.