Сергей Савелов – Внедрение (страница 75)

— Мало ли, что я сказала, — чисто по-женски отвечает она.

— Хорошо. Я тебя приглашаю после уроков встретиться, — предлагаю и чувствую, как сердце радостно забилось.

— Я подумаю, — довольно улыбаясь и разворачиваясь, победно взмахнула хвостом волос, стянутых резинкой на затылке.

— Что это с Маринкой происходит? — задаюсь вопросом, направляясь к классу Руля. Наверное, Танька все-таки права.

После уроков, дождавшись пока одноклассники разбегутся, веду Маринку к дому Вовки Руля. Поравнявшись с домом, провожу краткий инструктаж по конспирации. Указываю глазами на нужный подъезд и сообщаю, что через пять минут жду ее там. В подъезде показываю на выход во двор и рекомендую, чтобы она в следующий раз она входила через него со стороны гастронома. Показываю комнату Руля, и где может находиться ключ. Неожиданно замечаю, что Маринка держится из последних сил.

— Она же волнуется! — соображаю я, — Согласилась встретиться с парнем, а тот повел ее в чужую квартиру. Что может ее там ждать? — пытаюсь представить себя на ее месте.

Увидев, что комната пуста, Маринка немного расслабилась. (Чего она ожидала увидеть здесь?)

Неожиданно для меня в квартире поддерживался порядок. Небольшая прихожая, налево отгороженная от общей комнаты кухня с печью. Прямо за занавесками вход в комнату. Везде на полу половики. Сравнительно чисто, ничего лишнего не валяется. Кровать застелена. Стол посередине комнаты со скатертью пустой. В комнате большая кровать с горкой подушек под какой-то ажурной вышивкой. (Дома тоже есть подобное рукоделие.) У другой стены раскладной диван под покрывалом. На стенах матерчатые коврики с рисунками и фотографии. Маринка тоже заметила фотографии и устремилась к ним. Вероятно, хотела определить хозяев квартиры. На одной фотографии я с трудом опознал Римму Зябликову. Маринка никого не узнала. Конечно, трудно узнать в испуганном первокласснике нынешнего рослого Вовку Хрулева.

— Чья это квартира? — не выдержала Маринка.

— Это для тебя важно? — интересуюсь.

— Вообще-то нет, но все-таки! — неопределенно отвечает.

— Важно, чтобы никто не знал, что мы с тобой здесь встречаемся, — заявляю.

— Ты кого-то опасаешься? — неожиданно спрашивает.

— Я нет, а вот ты дорожишь своими отношениями с Володей. За тебя я и беспокоюсь, — пытаюсь объяснить конспирацию и скрытность наших встреч.

Сам не знаю, как мне начать с Маринкой и пока наблюдаю за ней.

— Есть не хочешь? Нам должны были что-то подготовить для перекуса. Могу чайник поставить, — предлагаю ей, внутренне насмехаясь над своей нерешительностью.

— Спасибо, не надо. Ты так и не сказал, чья это квартира? — интересуется.

— Одного моего хорошего знакомого. Он один здесь живет и до пяти часов квартира в нашем распоряжении, — наконец отлавливаю мечущуюся по комнате девчонку и усаживаю себе на колени.

Целую в губы, брови, глаза, симпатичные ямочки на щеках. Снова в губы. Маринка несмело отвечает. Начинаю руками исследовать ее тело. Она не препятствует, но, похоже, испытывает дискомфорт.

— Я не первая, здесь с тобой встречаюсь? — отстраняется и испытующе всматривается в меня.

— Я первый раз здесь с девчонкой. А вообще здесь второй раз всего, — отвечаю правду.

Она еще некоторое время ищет признаки неискренности у меня в глазах и не найдя, успокаивается и сама целует меня в губы. Целуемся долго, иногда касаясь языками.

— Давай разденемся и ляжем, — хрипло предлагаю Маринке, хлопнув рукой по дивану. Она задумчиво пожала плечами.

— Встань, — прошу, — здесь где-то должно быть новое постельное белье, — в замешательстве оглядываюсь.

— Посмотри в комоде, — советует Маринка, — ты готовился заранее к нашей встрече? Но этого не может быть! Ты планировал встретиться здесь с какой-то другой девчонкой? У тебя есть подружка? — Маринку посетила ревность и подозрительность.

— Нет у меня никого, — отвечаю, доставая белье, — если у меня кто-то появится, ты узнаешь об этом первая, — лукавлю я.

Кидаю одну подушку в изголовье и накрываю диван с подушкой одной простыней. Вторую простыню кладу, не разворачивая поверх первой. Маринка в нерешительности стоит посередине комнаты. Подхожу к ней обнимаю и шепчу на ушко:

— Тебя раздеть?

— Не надо, я сама, — опускает голову, стремительно краснея.

Раздеваюсь до трусов и ложусь поверх простыни.

— Отвернись, пожалуйста, я стесняюсь так, — просит смущенно.

Отворачиваюсь и слышу за спиной шорох одежды. Маринка из-под меня вытаскивает вторую простыню и, накрывшись, ложится рядом. Похоже, даже дышать она забыла. Поворачиваюсь к ней и поднимаю простыню. Маринка оказалась в майке, трусиках и бюстгальтере. Хихикнула, увидев мое обескураженное лицо. Прижал ее к себе. (Коленки и ступни — холодные.)

— Тебе холодно? — удивляюсь. Меня в жар бросило от близкого девичьего тела.

— Мне всегда холодно, — отвечает, пряча лицо и утыкаясь носом мне в шею.

— Сейчас согреешься, — обещаю и шарю по всему ее телу. Чувствую, что одежда мне мешает и главное, мешают мне мои трусы. Стягиваю их. Снимаю с Маринки майку и пытаюсь расстегнуть лифчик. Дрожащими руками у меня не получается. Изогнувшись, она расстегивает крючки и снимает его. Немного подумав, снимает трусики и засовывает их под подушку. Начинаю снова целовать Маринку и ласкать ее тело руками.

— Мне делать так же, как тогда? — спрашивает Маринка шепотом, возбужденно дыша.

— Нет, мы сделаем по-другому, — тоже шепчу я. Поворачиваюсь на спину и разъясняю, как заниматься активным петтингом.

— Вставлять не будешь? — уточняет она и усаживается сверху. Сначала медленно, потом ускоряясь и вскрикивая, начинает ерзать на члене. Кончаем одновременно. Блаженство. Маринка опять вцепилась ногтями мне в грудь при оргазме. Сдержался, не показав боли. Она пыталась, но не смогла удержать крик. Расслабленно лежим рядом.

Отмечаю, что хорошо вот так валяться с девчонкой, не опасаясь, что кто-то может войти или постучать в дверь. Хорошо иметь под рукой послушное девичье тело. Хорошо иметь симпатичную мне девчонку, которая хочет меня и получает реальное удовольствие. Через некоторое время я захотел снова и завел Маринку. (Может она сама завелась?) Повторили. Теперь мне пришлось делать перерыв, не успев кончить, т. к. после оргазма Маринка попросила подождать.

— Ты так с кем-нибудь делал? — интересуется Маринка в перерыве.

— Давай, я не буду отвечать, — предлагаю, — я ведь не спрашиваю, чем ты до меня занималась с парнями?

— Значит, было! — утверждает она, — мне скрывать нечего, — обижается, — С Вовкой и близко подобного не было, — сообщает.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты встречался с другими девчонками, — неожиданно признается Маринка.

— Так ты, оказывается, собственница, — обличаю. — Как же мне тебя делить с твоим Вовочкой? — интересуюсь.

— До его приезда еще много времени, — задумывается о чем-то.

— Давай я поищу у тебя эрогенные зоны? — предлагаю.

— Я не знаю как это, но давай, — отвечает заинтересованно.

Начинаю целовать и гладить ее тело. В каких-то местах она хихикала, а в каких-то возбуждалась. У нее оказалось довольно отзывчивое к ласкам тело и много эрогенных зон. Мы снова возбудились и еще раз занялись петтингом.

— Я не кажусь тебе слишком развратной? — стеснительно поинтересовалась она, — до тебя я считала, что девчонка должна быть более сдержанной, — признается, — но я не могу и не хочу сдерживаться с тобой.

— Мне хочется помыться, — непоследовательно заявляет.

— На кухне должна быть вода, — предполагаю. Маринка упорхнула на кухню, закутавшись в простыню, как в тогу. Насмешливо улыбнулась, оглядев обнаженного меня.

Погремев ведрами, вернулась холодная и мокренькая. Обнял ее, прижав к себе. Мне было очень хорошо.

— Плохо, что водопровода нет, — пожаловалась, — а ты не хочешь помыться? — спрашивает.

— Перед уходом. Мы ведь еще не уходим? — отказываюсь. Вставать мне не хотелось.

— Тебе еще хочется? — с притворным ужасом спрашивает.

— «Хочу тебя, хочу везде, хочу на суше и в воде!», — продекламировал, слышанный или прочитанный где-то стишок. Маринка хихикнула довольная.

— А у тебя, где эрогенные зоны? — интересуется.

— Не знаю. Наверное, только на члене, — задумываюсь. Вроде от прикосновений в других местах я не возбуждаюсь.

— Сережка! Ты разбудил во мне женщину! — игриво восклицает она. Берется рукой за член и начинает его ласкать и гладить.

— Я тоже тебя хочу, — шепчет на ухо. Мы в очередной раз доставляем удовольствие друг другу.

— Мне кажется, что я тебя знаю всю жизнь, и ближе тебя, у меня никого нет, — звучит очередное неожиданное признание Маринки. Я только крепче прижимаю ее к себе и целую в висок.

— В следующий раз, опять здесь встречаться будем? — спрашивает. (Уже планирует будущую встречу — отмечаю.)

— Тебе понравилось? — спрашиваю на всякий случай.

— Конечно! А тебе? Я все правильно делала? — беспокоится.

— Еще бы! Завтра опять тебя сюда притащу, — угрожаю.